Чтение онлайн

– Устранили, – ответил Шутт. – Беда в том, что такой уж большой прибыли и не намечалось. Грандиозный план Гюнтера заключался в том, чтобы привлечь клиентов предлагая лучшие шансы, чем в других казино на Лорелее. К несчастью, эти шансы были настолько благоприятны, что его прибыль почти свелась к нулю. Я ничего вам не говорил потому, что все еще пытаюсь решить, как быть дальше. Дать ли ему продление займа, или пойти дальше и получить сорок пять процентов акций?

– Возможно, вы должны учесть следующую возможность, капитан, – сказала полковник, глядя в бокал, который вертела в руках. – Мистер Рафаэль может и не пожелать выкупить вашу долю. Я вижу определенные преимущества для него в том, чтобы вы продолжали оставаться его тайным партнером, вложившим капитал и заинтересованным в процветании "Верного Шанса".

– Забавно, что вы об этом говорите. – Командир хитро усмехнулся. – Бикер тоже указывал мне на это. Возможно, мне как-нибудь захочется быстренько провести ревизию бухгалтерских книг Гюнтера. По крайней мере, я хочу, чтобы он снизил шансы на выигрыш, пока они не придут в большее соответствие с шансами в других казино.

– Между прочим, а где же Бикер? – спросила Рембрандт, оглядывая комнату, словно ожидала обнаружить спрятавшегося за мебелью дворецкого. – Я бы хотела при случае угостить его, теперь, когда напряжение немного спало.

– У него свободный вечер, – ответил Шутт. – По-моему, у него свидание.

– Вы хотите сказать, опять с этой Мороженой Сукой? – нахмурилась Рембрандт. – Не понимаю, почему вы не пытаетесь отговорить его, капитан. От этой женщины у меня мурашки бегут по коже.

– Я полагаю, это личное дело Бикера, с кем ему встречаться, – возразил командир. – Однако, раз уж вы спросили, то насколько я знаю, он сегодня встречается с Ди Ди Уоткинс.

– Ну, эта уж ему никак не подходит, – проворчала Рембрандт, снова наполняя свой бокал.

– Вам кажется, что не подобает звезде проявлять интерес к какому-то ничтожному дворецкому? – осведомился Шутт довольно прохладным тоном.

– Нет… я хочу сказать… не понимаю, что он в ней нашел.

– А я понимаю, – ухмыльнулся Армстронг.

Рембрандт показала ему язык.

– Кстати о мисс Уоткинс, – сказал Армстронг, – тут действительно возникла ситуация, о которой вам следует знать, капитан.

– Что еще?

– Ну, сэр, – Армстронг тайком подмигнул Рембрандт, которая в ответ усмехнулась, – помните тот фильм, который мы состряпали, чтобы оправдать эвакуацию людей из комплекса? Мы получили массу звонков как от тех, кто хочет вложить деньги в этот фильм, так и от прокатчиков, желающих заполучить права на эксклюзивный показ этого фильма. Пока Мамочка только записывает их имена и сообщения, но в конце концов, кому-то придется позвонить им и сообщить, что никакого фильма не существует. Мы с Ремми все обсудили, и сошлись на том, что по логике вещей вы должны взять это на себя… сэр.

Командир нахмурился.

– Почему?

– Ну, кроме того, что у вас больше опыта в обращении с денежными людьми, вы еще и…

– Нет, – перебил Шутт. – Я хотел спросить, почему я должен сказать им, что никакого фильма не существует?

– Сэр?

– Почему бы не создать компанию и не снять фильм? При наличии всех этих инвесторов и прокатчиков, у вас уже имеется необходимый ингредиент – деньги. По крайней мере, похоже, что это может стать достойным вложением средств фонда.

– Но мы же ничего не знаем о производстве кино! – запротестовал Армстронг.

– Так наймите людей, которые знают, чтобы они его для вас сняли, – сказал командир. – Людей, подобных… скажем, актерам и каскадерам? Может быть, даже оператора? Держу пари, что в тех областях кинопроизводства, в которых они сами не разбираются, им известны нужные люди.

– Боже мой! – воскликнула Секира, начиная безудержно хихикать. – Это настолько нагло, что может и получиться!

– Не вижу причин, почему бы и нет, – заметил Шутт. – У этого предприятия лучшая база, чем у большинства тех компаний, которые я купил или основал, когда только начинал. Черт, у нас даже есть подпись Ди Ди Уоткинс под контрактом на многосерийный фильм.

– Когда она об этом узнает, то поднимет жуткий скандал, – сказала Рембрандт. – Можно, я сама ей сообщу, капитан? Пожалуйста!

– Сперва позвольте мне еще раз просмотреть этот контракт вместе с Лексом, – возразил командир. – Думаю, мы выработаем более справедливые условия. В конце концов, если ваш партнер по контракту сердит и обижен, так как считает, что его эксплуатируют, пострадает прибыль.

– О, тогда никакого удовольствия! – протянула Рембрандт, притворно надувшись.

Шутт ухмыльнулся.

– Вы будете удивлены, лейтенант. Я не говорю, что мы сделаем ей сверхвыгодное предложение – просто оговорим чуть более справедливые условия, чем те, которые она уже подписала. Можно получить истинное удовольствие, ведя переговоры по новому контракту с человеком, который уже подписал неудачную сделку, особенно, если он знает, что если не согласится на новые условия, сохранит силу прежний контракт. Если хотите, можете провести первый раунд этих переговоров.

– Благодарю вас, сэр! – Лейтенант расцвела улыбкой и послала ему воздушный поцелуй, в придачу.

– Знаете, капитан Шутник, – сказала Секира, – чем больше я вас слушаю, тем больше подумываю о том, чтобы вложить в дело часть собственных средств, если есть еще место для новых инвесторов. Возможно, мы обсудим это за обедом – это, и еще кое-что.

– Что, например, полковник? – устало спросил Шутт.

Секира заколебалась, взглянула на лейтенантов, потом пожала плечами.

– Наверное, не будет вреда, если я хотя бы упомяну об этом в их присутствии. – Она улыбнулась. – Увидев ваших младших офицеров в деле, я подумала, что пора подумать о повышении их по службе. Если вы согласны со мной, то считаю, они готовы стать самостоятельными командирами.

Изумленные этим неожиданным поворотом разговора, лейтенанты переглянулись.

– Я… В этом нет никакой необходимости, полковник, – заикаясь произнесла Рембрандт. – Не могу говорить за лейтенанта Армстронга, но мне вполне хорошо и на этом месте.

– Если у меня будет выбор, сэр, – сказал Армстронг, – я бы предпочел продолжать совершенствоваться под началом капитана Шутника.

– Посмотрим, – произнесла полковник. – А пока…

Она осеклась и нахмурилась, так как раздался настойчивый сигнал наручного коммуникатора Шутта.

– В самом деле, капитан. Неужели нельзя повесить на эту штуку бирку "Не беспокоить"?

– Именно так я и сделал, – ответил Шутт и нажал кнопку ответа. – Шутник слушает!

– Привет, Большой Папочка! – раздался голос Мамочки. – Простите, что беспокою, но у меня на линии генерал Блицкриг. Настроены поговорить с ним, или сказать ему, что вы ночуете в тюрьме?

– Поговорю, – ответил командир. – Погоди секунду.

– Нам уйти, капитан? – предложил Армстронг, делая движение встать.