Сибантийский транзит
Шрифт:
Но тут Анджей оглянулся и увидел всадников на тремпаро. Тех самых. Худых, серо-голубых. Нормального, правда, роста и размера, но, кажется, очень злых, судя по доносящемуся с той стороны вою.
Их собственный зверь тревожно вращал хоботом, но пока повиновался цоканью таншайва. Расстояние все еще было изрядным, но легкие серо-голубые не так утруждали своих «коней», как упитанный таншайв на пару с человеком. Более тяжелая ноша замедляла темп.
– Что им надо? – крикнул Анджей, пригибаясь к спине своего спутника.
То, что ответил таншайв, означало примерно следующее. Серо-голубые желали видеть преследуемых, уложенными плечом к плечу на дне ручья с тщательно переломанными костями. Желательно, чтобы в этом ручье водились еще и ядовитые рыбы.
– Я же иностранец! – воскликнул Анджей. – У меня неприкосновенность!
– Не переживай так сильно! – ответил явно озабоченный таншайв. – Они тебя касаться не будут, для этого есть специальные приспособления!
Через пару минут тремпаро с двумя всадниками влетел на городскую окраину и сразу же встал на дыбы перед каким-то крошечным мобилем так, что чуть не сбросил седоков. У Анджея лязгнули зубы, он прикусил язык, но едва это заметил, потому что таншайв соскочил сам и выдернул из «седла» партнера. Последним отчаянным движением он содрал с шеи освобожденного животного свой пояс и во всю прыть бросился бежать по улице. Анджей немедленно припустил за ним.
Бегал лемур хуже, человек сразу же опередил его метра на полтора.
– Вправо, вправо поворачивай! – крикнул сзади таншайв. – Там каменная стена и ворота с прутьями! Звони в калитку!
Довольно широкая улица с двух сторон оказалась засажена деревьями. Стволы деревьев были предусмотрительно прикованы толстенными цепями к вбитым в деноровое покрытие кольцам. Анджей на ходу было принялся перепрыгивать через цепи, потом взял правее и выскочил на тротуар. Оглянувшись, он увидел въезжающих на улицу всадников и отчаянно размахивающего руками таншайва. Правее! Еще правее!
И тогда он рванул к ближайшему забору: низенькому, из зеленого штакетника. Он не видел, как таншайв за его спиной сделал почти то же самое, только притянув себя к забору рывком хвоста, следующим броском зацепившись за ветку дерева. Молодое дерево затрещало под упитанным телом лемура, но тут рядом свистнул аркан, и таншайв оттолкнулся от сломанного дерева, чтобы вскочить на крышу веранды. Дальше он уже бежал по крышам в сторону заветного переулка.
Анджею повезло меньше. В первом же дворе, куда он влетел, оказалась собака. Или то, что хозяева собакой считали: помесь краба и зайца. Эта скотина лихо прыгала и пыталась клешней ухватить Долански за ногу. Без ноги свою дальнейшую жизнь Анджей пока не представлял, потому со всего маху огрел прыгуна по панцирю его же собственной миской. И перескочил в следующий двор.
В следующем дворе оказалась старушка «божий одуванчик», которая при виде незнакомого молодого человека заорала благим матом. И не только благим. Пока Анджей мчался через лужайку, он узнал много нового о себе, о своей семье, а также о предках до седьмого колена.
Но где-то рядом гулко бухали о деноровое покрытие копыта, поэтому Анджей проигнорировал словоохотливую старушку и вскарабкался на стену соседского гаража.
Он чуть не ввалился в пустой бассейн, вытоптал несколько клумб, и носом к носу столкнулся с хозяином следующего дома.
– Проверка площади участка! – крикнул на космолингве. – За превышение – штраф!
Пока возмущенный хозяин подбирал слова для нежданного проверяющего, «государственный чиновник» лихо перескочил через забор и оказался перед заветными воротами. С прекрасными металлическими прутьями вверху, с проволокой, определенно протянутой не для красоты. С изумительной, утопающей в зелени, резной калиткой с ручкой в виде драконьей пасти.
И с серо-голубыми уродцами, угрожающе раскручивающими над головами арканы.
9 Эшик
Если кто-то думает, что я люблю стикинсов – он глубоко неправ. Кочевников не любит никто, даже они сами. Виданное ли дело: устраивать такой тарарам из-за какой-то хромоногой скотины! Не надо ее бросать у дороги без присмотра! На ней же не написано, что она частная собственность! Любой может ошибиться, тем более что клеймо у нее между горбами, сел – и уже не видно!
Вот, если у меня будет тремпаро, я ему клеймо на лоб поставлю, тогда никто не сможет сказать, что не видел обозначений!
В общем, что говорить, вляпались. Откуда я мог знать, что эти оборванцы так хорошо в городе ориентируются? Я только еще подбирался к воротам виллы Идальго, как на меня набросили пару арканов и поволокли по дороге. Прощай мои новые кожаные штаны! Я их только четыре дня, как начал носить! Правда, они спасли мои колени, иначе донор наделал бы в шерсти проплешин. Говорил я Идальго: давайте перед воротами плитку положим… Хорошо, что он меня не послушал! А то эта плитка ребра мне бы пересчитала.
В общем, я проехал на пузе метра полтора, и уже совсем собрался притвориться мертвым, но тут веревка ослабла, потому что мой стикинс резко осадил тремпаро. Я поднял голову и увидел, как с забора почтенного Давишона спрыгивает чужак. Кочевники обрадовались, что сцапают обоих тремпарокрадов, и уже начали раскручивать над головами свои идиотские веревки.
Но тут мой найденыш зачем-то рванул обратно, прыгнул, двумя ногами оттолкнулся от забора и кувыркнулся почти под брюхо ближайшему тремпаро. Естественно, что арканы поймали пустоту!
Я даже сел, забыв о своем предполагаемом обмороке. Очень уж хотелось посмотреть, как кто-то обставляет стикинсов.
Чужак залез под брюхо тремпаро и снизу схватил всадника за ногу. В результате стикинс полетел на дорогу так же быстро, как папаша Бонки, когда чуток переберет с выпивкой. Правда, папаша Бонки раза в два тяжелее. Зато у стикинса на лапе висел чужак. Так что, грохнулись на деноровое покрытие оба. Но чужак опять боком перекувыркнулся и вскочил на ноги.
Тут уже кочевники осерчали всерьез. Слишком тесно сгрудились, чтобы арканы раскручивать, так они погнали своих тремпаро прямо на обидчика. Но тот не стал дожидаться, пока его затопчут, а сам ринулся навстречу погибели. За два шага до ближайшей животины, он подпрыгнул, легко взбежал по боку тремпаро и, обхватив двумя руками всадника, вместе с ним полетел на дорогу. Но в этот раз сверху рухнул еще и остановленный на всем скаку тремпаро!
Остальные стикинсы придержали животных, только мой развернулся и подъехал поближе, протащив меня по дороге теперь в обратную сторону. Выброшенный из «седла» кочевник уже поднялся, и злобным шипением подзывал своего скакуна. В центре круга барахтался испуганный тремпаро, подмяв под собой человека и стикинса.
Боковым зрением я успел заметить, как к месту нашего аттракциона постепенно подтягиваются соседи. Впереди, само собой, сеньора Нерия. Да так ногами перебирает, что даже про клюку забыла! За нею папаша Бонки с сынком, который, вообще-то, в это время должен быть уже в школе. А там и кумушки Далия и Рита шеи вытягивают. Лучше бы за мужьями своими следили, чем на драку глазеть! И ни один же гад не вступится за несчастного таншайва! Я, так всегда их перед Идальго отмазываю, сколько раз хлопотал за них по всяким делам! И где благодарность?!