Сила под запретом
Шрифт:
Все думают, что поступят так, но единицы решаются и…
Их заставляют смотреть на изнасилование своей же женщины.
Долго…
Несколько часов…
Сколько времени пройдет с моральной точки зрения???
Долгие годы или десятилетия? А может века?
Это губит молодые души, вытесняя из них все надежды воображаемого светлого мира.
Но как быть?
Есть ли способ противостоять закону? Правилам? Традициям?
В этом мире есть…
С уст он слетал легкой фразой, исполнить которую было невероятно сложно.
Нужно было лишь постичь Силу.
Такую, чтобы завидев её, враги бежали так долго, пока бы не стерли ступни в кровь и не смели бы оборачиваться. Никогда. Но лучше всего — обрести такую мощь, что позволяла стереть их всех с лица земли. Каждый мечтал об этом и, конечно же, не каждый к этому стремился. Все задумываются об это слишком поздно.
Когда Сила нужна — её нет, а когда твоя любимая хочет свести счеты с жизнью — смысла в Силе уже не будет.
Вот и попал обычный пятнадцатилетний деревенский конюшек в ситуацию, единственным выходом из которой было геройство.
Жирдяй Орис, закончив свои грязные дела с пастушкой, которой стукнуло весной четырнадцать, почесал свою куцую оранжевую бороденку и взмахом руки позволил своим рыцарям вдоволь насладится молодым телом.
Рядом стоящий Маг в черном халате и зализанной набок прической, что-то записывал своим чернильным пером в старую, видавшую виды тетрадку, не обращая никакого внимания на происходящее.
Помахав своей дряблой рукой перед лицом Мага, Орис недовольно на него прикрикнул.
— Эй, Курт! Курт, твою мать! Восстанови-ка мне силы. У меня еще парочка сочных девчат осталась…
Мужчина скучающе взмахнул рукой и снова уткнулся в тетрадь. Барона на секунду окутала зеленая вспышка света и он, схватившись за пах, пустил слюну и двинул к скованной цепями девчонке, которую держал за волосы глава охраны Зилга.
Черноволосая злобно смотрела на приближающегося барона и явно что-то хотела сказать, но кляп во рту не давал произнести хоть слово.
Черты лица девочки и конюха были довольно сильно схожи.
Брат и сестра. Очередная шутка судьбы.
Орис приблизился и рывком вытащил из её рта кляп. Поток ругани и плевков в лицо барона прервала сильная боль в левом боку.
Зилга знал свое дело и отточенный удар по корпусу, не заставлял в этом сомневаться. Внутренние органы были в порядке, но девочка все равно упала на землю, пытаясь в позе эмбриона уменьшить боль.
Онан со скрипом сжал зубы и не заметил, что краем глаза за ним наблюдет Маг.
Вот уже жирдяй силой раздвигает ноги его сестре и пытается порвать единственное белье, защищавшее девочку от этого ублюдка.
Вот рыцари уже поглощены первой жертвой…
Простая пацанская уличная ложка-заточка ложится в руку сама по себе.
«Три метра…Три…и я убью тебя…падла! Дай только добраться…»
Сухое тело конюха дернулось вперед, неся под боком будущую смерть барона, который уже ни на что не обращал внимания и даже не старался стереть слюни, текущие по его потрескавшимся губам.
От вбуханной дозы адреналина мозг парня начал работать быстрее, и каждый его шаг превратился в борьбу с сопротивлением воздуха…
Капилляры полопались в его широко раскрытых глазах, в которых горела чистейшая ненависть.
Три метра…
Два…
Один…
Череп человека пробить очень трудно, поэтому нужно искать лазейки, позволяющие прикончить мгновенно.
Заточка понеслась прямиком в то место, где располагался блуждающий нерв, прямо в боковую поверхность шеи.
Щелчок пальцами.
И теперь жалкий сантиметр разделял Ориса и его почти достигшую кару.
«Маг!!! Чтоб ты сдох, тварина, вместе со своим хозяином!!!»
Парень застыл на месте, не в силах пошевелится.
— Барон! Оглянитесь, но только осторожно.
Орис недовольно повернулся и открыл рот. Удивление быстро сменилось пониманием и повалив недвижимое тело конюха на землю, жирдяй начал его избивать.
— Ничтожный смерд! Ты как посмел!? Да я всю твою семью на кол посажу! Но сначала пусть мои слуги отдерут девчонку. А ты скот, наблюдай! Я потреплю…Давайте парни! Нужно преподать урок этому уродцу!!!
Орис поднял разбитое лицо Онана с земли и направил его прямо на его сестру.
Довольные таким поручением рыцари отбросили полумертвую пастушку и схватили черноволосую.
Разбитыми губами конюшек зашептал, плача одним глазом, пока второй вытекал из глазной впадины:
— Кто-нибудь, помогите, все отдам, только спасите…
И будто услышав его тихие слова, перебиваемые голосами рыцарей, откуда-то сверху раздалось слово.
Оно было пропитано Силой. Как такое было возможно, Онан понять не мог, но почувствовал ясно.
— Бездна.
Время замедлило свой ход, а мир потерял свои краски, став черно-белым.
Перед мальчиком появился красноволосый человек. Его глаза были желтого цвета, в которых зрачки подрагивали тоненькими иглами.
Человек или существо, бывшее разноцветным в этом странном мире присел рядом с ним на корточки и заговорил.
— Я спасу вас, в обмен на твою Душу. У тебя есть три секунды, парень. Ты же хочешь её спасти?
Глава 49. Крик надежды
Единственный целый глаз Онана горел незатухающим пламенем ненависти. Он без раздумий уцепился за предложение Триса, желая только одного.
— Убейте их! Всех, всех, всех!!! Что угодно отдам, но только спасите сестру! Душу или еще что, без разницы! Только уничтожьте этих мразей!
Губы красноволосого сами по себе разъехались в хищный оскал.
«Какие чистые эмоции! Превосходно. Просто замечательно! Только за них я готов помочь ему. Мне редко удается ощутить столь неуправляемый поток чувств. Он напоминают мне те далекие времена, когда я был способен на нечто подобное…»
Нейросеть не стала молчать и вставила свои пять копеек.
[ «Хозяин, самое интересное начнется после…»]
«О, даа…Жду, не дождусь.»
Мир и время вернули себе привычное состояние.