Чтение онлайн

Моя попутчица мягко засмеялась.

— Боюсь, что в таком случае от иных книг останутся одни чистые страницы! — проговорила она.

— Так и будет. Фонды большинства библиотек уменьшатся во много раз. Но зато представьте себе, как они выиграют от этого в качестве!

— И когда же это произойдет? — с любопытством спросила Госпожа. — Если есть хоть какая-то вероятность, что это случится еще При моей жизни, я перестану читать и стану с нетерпением ожидать!

— Нет, это произойдет не раньше чем через тысячу лет…

— Ну, тогда незачем и ждать! — вздохнула Госпожа. — Давайте-ка посидим. Уггуг, мальчик мой, иди и посиди со мной.

— Только под моим присмотром! — загремел Вице-губернатор. — Этот маленький негодник всегда норовит опрокинуть свой кофе!

Хочу напомнить (впрочем, читатель, наверное, уже и так догадался, если, конечно, он столь же скор на заключения, как и я сам), что моя Госпожа была женой Вице-губернатора, а Уггуг (ленивый толстый мальчишка примерно тех же лет, что и Сильвия, с каким-то поросячьим выражением) — их сыном. Таким образом, вместе с Сильвией, Бруно и Канцлером за столом собралось семь человек.

— И что же, вы в самом деле каждое утро погружались в глубокую ванну? — спросил Вице-губернатор, как бы продолжая разговор с Профессором. — Как? Неужели даже в плохоньких провинциальных гостиницах?

— О да, разумеется, разумеется! — с улыбкой отвечал Профессор. — Позвольте мне все объяснить. Это, в сущности, очень простая задачка по гидродинамике (это слово соединяет в себе понятия «вода» и «сила».) Если мы возьмем глубокую ванну и крепкого, сильного мужчину (вроде меня), способного погрузиться в нее, мы получим превосходный пример по гидродинамике. Должен вам сказать, — продолжал Профессор, понизив голос и скромно потупив глаза, — что для этого потребуется мужчина исключительной силы. Он должен быть способен подпрыгнуть на высоту вдвое выше его собственного роста, перекувырнуться в полете и нырнуть вниз головой.

— Ну, тогда вам лучше поискать блоху, а не мужчину! — заметил Вице-губернатор.

— Прошу прощения, — отвечал Профессор. — Эта ванна не приспособлена для блох. Предположим, — продолжал он, складывая на уголке скатерти красивый фестон, — что это — незаменимая потребность нашего века: складная ванна активного туриста. Если угодно, обозначим ее сокращенно, — тут он взглянул на Канцлера, — буквами СВАТ.

Канцлер, донельзя смущенный тем, что на него все смотрят, смог лишь пробормотать в ответ едва слышным шепотом:

— Очень хорошо!

— Огромным достоинством этой глубокой ванны, — продолжал Профессор, — является то, что для ее заполнения требуется всего полгаллона воды.

— Какая же это глубокая ванна, — заметил Вице-губернатор, — если в нее даже не сможет погрузиться ваш активный турист?

— Сможет, еще как сможет, — мягко возразил пожилой джентльмен. — AT (то есть активный турист) вешает СВ (складную ванну) на гвоздь — вот так. Затем он выливает в нее кувшин воды, ставит кувшин под ней, подпрыгивает вверх, ныряет вниз головой в ванну, уровень воды поднимается до краев: раз — и готово! — торжествующим тоном проговорил он. — Таким образом, AT сможет нырнуть в нее куда глубже, чем погрузившись на добрую милю в пучину Атлантики!

— И утонет, ну, скажем, через четыре минуты…

— Ни в коем случае! — с гордой улыбкой отвечал Профессор. — Примерно спустя минуту он аккуратно открывает кран на дне СВ, и вода мигом сливается обратно в кувшин. Вот и все!

— Но как же он тогда сможет выбраться из этого мешка?

— А это, — торжественно отозвался Профессор, — самая любопытная часть всего изобретения. Там, с внутренней стороны СВ, устроены петли для пальцев, нечто вроде лестницы, только не столь удобно. И когда AT выберется из мешка, ему останется только вытащить оттуда голову и как-нибудь перевернуться. Закон гравитации поможет ему в этом. Минута — и он опять стоит на ногах!

— Весь в синяках и ссадинах, не так ли?

— Пожалуй, но самую капельку… Зато он примет глубокую ванну, а это — большое дело.

— Просто удивительно! В это почти невозможно поверить! — пробурчал Вице-губернатор. Профессор принял это за комплимент и поклонился с признательной улыбкой.

— Да, это что-то невероятное! — вставила Госпожа куда более благожелательным тоном. Профессор опять поклонился, но на этот раз почему-то не улыбнулся.

— Уверяю вас, — серьезным тоном произнес он, — что, если только эта ванна будет готова, я каждое утро буду погружаться в нее. Я даже заказал ее — в этом у меня нет сомнений, — но я сомневаюсь, что мастер закончил ее. Теперь, когда прошло столько лет, очень нелегко вспомнить…

В этот момент дверь медленно, со скрипом приотворилась; Сильвия и Бруно, услышав знакомые шаги, вскочили и бросились к ней.

Глава третья

ПОДАРКИ КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ

— Это мой брат! — громким шепотом проговорил Вице-губернатор. — Говорите же что-нибудь, да поживее!

Эти слова, по-видимому, были адресованы Лорду-Канцлеру, который мгновенно среагировал на них и монотонно, как малыш, повторяющий алфавит, затараторил:

— Как я уже докладывал, Ваше Вице-Превосходительство, это зловредное движение…

— Ты слишком торопишься! — прервал его Вице-губернатор, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти с шепота на крик: так он был раздражен. — Он просто не может тебя слышать! Начни сначала!

— Как я уже докладывал, — покорно продекламировал Лорд-Канцлер, — это зловредное движение уже, по-видимому, приобрело масштабы революции!

— И что же это такое — масштабы революции? — Голос, произнесший это, был мягким и добрым, а лицо высокого, степенного пожилого мужчины, который только что вошел в комнату, держа за руку Сильвию, и на плече которого триумфально восседал Бруно, было слишком благородным и располагающим, чтобы внушать ужас человеку невиновному; однако Лорд-Канцлер мгновенно побледнел и едва смог выговорить следующие слова: «М-м-масштабы, Ваше Высокопревосходительство, верно? Я-я-я затрудняюсь сказать вам…»

— Масштабы — это меры, то есть, собственно говоря, длина, ширина и толщина! — И пожилой мужчина полупрезрительно улыбнулся.

Лорд-Канцлер с большим трудом взял себя в руки и указал на открытое окно.

— Если бы Ваше Высокопревосходительство соизволили хоть минутку послушать крики этой возбужденной толпы… — («Возбужденной толпы!» — более громким голосом повторил Вице-губернатор, потому что Лорд-Канцлер, все еще не в силах справиться с охватившим его страхом, перешел почти на шепот), — вы поняли бы, чего они добиваются!

В этот миг в комнату донеслись громкие крики, в которых можно было более или менее ясно разобрать слова: «Меньше! Хлеба! Больше! Налогов!» Пожилой мужчина добродушно улыбнулся.

— Подумать только, что в мире делается… — начал было он, но Лорд-Канцлер уже не слушал его.

— Какая досада! Ошибка! — пробормотал он и, бросившись к окну, у которого только что стоял, перевел дух. — Послушайте теперь! — предложил он, сделав широкий жест рукой. Теперь слова раздавались четко, как тиканье часов, и издалека то и дело доносились слова: «Больше! Хлеба! Меньше! Налогов!»