Чтение онлайн

Развернулся к остальным.

Глаза азиатов, простите за каламбур, сузились. Руки обзавелись ножами и кастетами. Общая расхлябанность исчезла, сменившись сосредоточенностью.

— Ты на кого прёшь, фраер, — выдала худосочная панда с ножом-кастетом. Никогда не понимал, зачем их придумали. — Здесь территория господина Вонга, и он будет очень недоволен…

Главарь вещал на русском.

С минимальным акцентом.

Мне было плевать на недовольство господина Вонга. Пусть скажет спасибо, что его холопов не депортировали за всю эту уличную борзоту.

Двое ребятишек начали обходить меня справа и слева.

Не прокатит, родные.

Делаю шаг вправо, пропускаю мимо удар главаря и перехватываю клешню мужичка с пробивающейся сединой. У быка длинные волосы, собранные в пучок на затылке. В клешне зажат тесак. Ну, вы знаете, китаёзы этими штуками постоянно на кухнях что-то разрубают. Если выломать кисть под определённым углом, будет больно, а тесак со звоном упадёт на асфальт. Ну, а если рубануть в локтевой сустав, можно сломать руку. Кстати, вот и долгожданный хруст.

Подоспел третий молодчик.

Этот парень сильно удивился, ткнув кастетом в своего же товарища. Ну, всякое бывает. Нечего толпами на прохожих нападать. А говорят, китайцы поголовно мастера боевых искусств. Развели тут, понимаешь, мифологию…

Впрочем, не те нынче азиаты пошли.

Вот когда я был китайцем…

Толкнув обмякшую тушку на главаря, пинаю ценителя кастетов в колено. Массивный ботинок на ребристой подошве добавляет ущерба — супостат выведен из строя. Ну, почти выведен. Остаётся шагнуть вправо, пропуская разъярённого главаря, и добавить коленом в переносицу. Больше крови богу крови.

— Сучонок, — рычит главарь, разворачиваясь.

Теперь он ругается на китайском.

— Я всё понимаю, дебил.

Главарь ломанулся вперёд, вложившись в серию быстрых ударов ножом-кастетом. Он хотел меня проучить, но ситуация изменилась. Узкоглазый одержим жаждой убийства, ему совсем башню оторвало. Плохое настроение для драки. Особенно при встрече с опытным противником.

Тычки ушли в воздух, я ведь не стою на месте.

А вот удары выдвинутыми костяшками пальцев по печени и другим болевым точкам повергли врага в шок. В болевой. Чтобы привести идиота в чувство, мне потребовалось кое-куда нажать. Мужик, лёжа на асфальте, открыл глаза и дёрнулся, чтобы атаковать, но лезвие его же ножа, прижатое к сонной артерии, заставило пересмотреть приоритеты.

— Лежи смирно, — сказал я. — Кто вас послал?

Китаец сглотнул.

И принял верное решение.

— Господин Вонг.

— Это кто ещё такой?

— Издеваешься. Его тут все знают.

— Представь, что я не знаю.

— Господин Вонг заправляет всем районом.

Понятно.

Местечковый криминальный авторитет.

Одинокие прохожие, ставшие свидетелями этой сцены, огибали нас по широкой дуге. Подельники упыря лениво шевелились, постанывали, но не спешили с повторной атакой. В их положении никто бы не спешил.

— Чем я не угодил твоему Вонгу?

— Рубен под ним ходит. Пожаловались на тебя, паря.

— А ты в курсе, что твой Рубен беспределит и к хорошим людям вяжется?

— Мне сказали, я выполняю. В дела господина Вонга не лезу.

Предсказуемо.

Наше мимолётное знакомство не прочистило владельцу гостевого дома мозги. Рубен обозлился, но смекнул, что может не справиться своими силами. И обратился за помощью к своей «крыше». А это означает, что мужик промышляет не только сдачей комнат в аренду. Не удивлюсь, если и травкой какой-нибудь приторговывает из-под полы. Снабжает пакетиками окрестную школоту.

Свинцовое небо разродилось дождём.

Проблемы со смотрящим Жёлтого Района мне не нужны. Я-то разберусь со здешней шушерой, но вот Алиса и её отец могут попасть под раздачу. Значит, надо поговорить со всем возможным уважением и уладить это недоразумение. Заодно и Рубену указать на его место.

— Вставай, — сказал я, отшвыривая нож в сторону. Такое говно даже перекупщику не продать. — Перетрём с твоим господином.

Дождь усилился.

Я набросил капюшон и застегнулся на верхние пуговицы.

Побитый главарь двигался не очень бодро, а я спиной чувствовал взгляды, прикованные к нам. Своим подельникам мужик отдал приказ топать к целителю. Суровый дядька. Если бедолаги куда и потопают, то со скоростью черепахи.

— Тебя убьют сразу, — бурчал сопровождающий. — У нас сильные бойцы.

— Я заметил.

Эту подколку азиат пропустил мимо ушей.

Дорога, которой мы возвращались в Хуабу, по сложности и запутанности могла бы соперничать с лабиринтом Минотавра. Неприметная калитка в стене, тропа через сад, спуск в подвал, тускло освещённый коридор, лестница вверх, необъятный склад, снова коридор. Лавка торговца пиротехникой, дверь в стене, застеклённая галерея, снова подвал и вереница коридоров, опять лестница. Вы что, издеваетесь?

После очередного лестничного пролёта, глухого двора, тесного проулка и загромождённого картонными ящиками тупичка мы выбрались к железным воротам, над которыми обосновалась камера.

— Здесь, — сообщил китаец.

— У вас наверняка есть условный знак, — предположил я. — Или кодовая фраза. Сделай так, чтобы нам открыли.

Главарь начал колебаться.

Пришлось достать из кармана тычковый нож и слегка уколоть незадачливого гангстера в спину. Тот быстро понял намёк, отыскал кнопку электрического звонка и трижды нажал. Звука слышно не было. Я предположил, что динамик выведен в какую-нибудь комнатушку, упрятанную в глубине здания.

А здание было высоким и… малость несуразным.

То ли бывший торговый пассаж, то ли завод, то ли спорткомплекс. Хотя… нет, не завод. Ни одной трубы, никаких намёков на цеха и охраняемую территорию. Склоняюсь к пассажу. Или крытому рынку с большим количеством сдаваемых в аренду торговых площадей. К воротам подъезжают фуры, за сетчатым ограждением хранится использованная тара. Пожарная лестница в наличии. Есть нечто, смахивающее на автономный генератор. Вентиляционные трубы вынесены на заднюю стену…

Про местную мафию говорили всякое. Вроде как Жёлтым Районом заправляла одна из пекинских триад, но это не точно. Община, проживавшая в Хуабу, была очень скрытной, разборки происходили исключительно внутри диаспоры. Кем бы ни был этот мистер Вонг, в дела Убытка он не лез, клану дорогу не переходил. Следовательно, был неглупым и дальновидным человеком.

Внутри металлической двери что-то лязгнуло.

Открылось зарешеченное окошко, и тихий голос произнёс по-китайски:

— Ты, Чжэнь? А кто это с тобой?