Чтение онлайн

Короткой усмешки хватило, чтобы начисто опровергнуть моё предположение.

– Не её. Ты очень любила кошек. С ума по ним сходила. Собственно, что я в прошедшем времени? Ты и сейчас их любишь, верно?

– Ну да, - кивнула я, гадая, какое отношение этот факт может иметь к теме нашего разговора.

– Вот. Ты не могла пропустить ни одного бездомного котёнка. Была волонтёром в приюте для животных. Тебе даже эти лысые кошки нравились, страшненькие.

– Сфинксы. И никакие они не страшненькие! – возмутилась я. – Очень даже красивые кошки.

– Ну, это на вкус, на цвет, как говорится. Но не суть. У меня, как ты знаешь, к кошкам отношение другое. Детская травма. Мне было четыре года. Я тоже тогда присел на корточки, вытянул руку, чтобы погладить маленького, мягкого, пушистого. А его мамаша сочла это угрозой, и как на меня налетела… Четыре шва наложили. И, главное, такая была обида. Я к ним со всей душой, а они… В общем, что бы там ни было, по факту я теперь кошек терпеть не могу.

– Я знаю. Помню.

– Ну вот. Когда я стал задумываться о том, чтобы нам с тобой пожениться, вспомнил про синхронизацию. И вот вроде бы ерунда пришла в голову, а на поверку мысль оказалась жуткая. Кто знает, что сильнее – твоя любовь или моя ненависть? Что, если после процедуры ты на кошек даже посмотреть не сможешь? Мне-то что, мне не так важно. Но вот от мысли о том, что ты внезапно возненавидишь этих мурчащих четвероногих чертей, делалось по-настоящему жутко. Не потому что мне до них есть дело. А потому, что это уже была бы не ты. Понимаешь, нет?

Я пожала плечами, немного сбитая с толку. Представить себя не любящей кошек не удавалось, а потому и ужаснуться было вроде как нечему.

– Наверное, семья всё-таки важнее, чем кошки, - заметила я.

– Значит, не понимаешь. – Он сжал губы, невесело и словно с укором. – Но это не страшно. Главное, что я вовремя понял.

– И поэтому меня бросил? Отличная отмазка!

– Неправда, я тебя не бросал. Я просто не захотел жениться. А ты не захотела оставить всё как было.

– Тебя послушать, выходит, будто синхронизация – это что-то страшное. А между тем все люди вступают в брак, и нормально живут.

Костик подался вперёд.

– А ты не заметила, что в последнее время жениться стали реже? Оглянись вокруг. Сколько ты знаешь людей без семьи? Думаешь, им так-таки не с кем было её создать? Не всех всё устраивает. Некоторым не нравятся принципы, на которых зиждется институт брака у нас на планете.

Я вздохнула. Борьба против института брака – весьма подходящее занятие для молодого холостяка.

– В любом случае, Андрей любит кошек, так что такой проблемы с ним не возникнет.

– Наверное. – Костик снова сел ровно, его взгляд стал каким-то отсутствующим. – Тебе виднее. Приятно было встретиться. – Теперь он поднялся со стула. – Удачи тебе. Будь счастлива!

Он на секунду сжал мои пальцы – и почти сразу растворился в толпе студентов.

– Тебе тоже удачи… - только и успела сказать я. Но эти слова уже были адресованы его спине, точнее, чёрной косухе, быстро скрывшейся за прочими куртками, плащами, пальто и другими предметами верхней одежды.

Я хотела разобраться и решила, что лучше всего будет обратиться к специалисту. Вот только к какому? Говорить с психологами из Центра по созданию и сохранению семьи не имело смысла. Там ход беседы был понятен изначально. Предпосылка: синхронизация – это хорошо и полезно для душевного здоровья. Если меня что-то беспокоит, то вывод прост: дело во мне. И дальше начнутся продолжительные копания в вопросе, что именно в моём прошлом могло подтолкнуть к нынешним сомнениям. Вот только меня интересовало другое. Природа синхронизации самой по себе, её плюсы и минусы. А значит, искать специалиста следовало в другом месте.

Найти Эдуарда Семёновича Лотта, нашего старого учителя обществоведения, оказалось делом совсем не сложным. Выпускники нередко просились в друзья к бывшим преподавателям в соцсетях, а преподаватели охотно их принимали. По факту ни те, ни другие отношений в большинстве случаев впоследствии не поддерживали, да и страницы свои быстро забрасывали, и всё-таки минимальная информация сохранялась. Вот и сейчас мне быстро удалось выяснить, что Эдуард Семёнович по-прежнему работает в школе номер сто восемьдесят один. Туда-то я и направилась.

Пробегающие по стенам надписи и анимационные картинки свидетельствовали о начале перемены. В этом было нечто ностальгическое, но, не позволив себе отвлекаться, я прошла в кабинет секретарши. Сидевшая за столом девушка была мне незнакома. Видимо, новенькая. А может, и не новенькая: всё-таки немало лет прошло с тех пор, как я здесь училась.

– Хотите забрать ребёнка пораньше? – предположила она, поднимая на меня глаза.

– Нет. Я ищу учителя, господина Лотта, хотела бы с ним переговорить, если это возможно.

Секретарша посмотрела на часы.

– Сейчас двенадцать ноль пять, - констатировала она. – Думаю, он в учительской, или скоро туда придёт. Посмотрите там. Второй этаж налево, увидите дверь с надписью на табло. Не перепутаете.

Искренне поблагодарив девушку, я последовала её совету. Что любопытно, учительскую я помнила, в том числе и электронное табло с крупными надписями. А вот дорога туда подзабылась: похожие школьные коридоры сливались в памяти в один.

Впрочем, добираться до учительской мне не пришлось. Я обнаружила предмет своих поисков спускающимся по лестнице, в то время как сама с трудом продиралась вверх по ступенькам сквозь толпу бегущих и скачущих в противоположном направлении школьников.

– Эдуард Семёнович! – окликнула я.

Он услышал меня, сколь бы удивительно это ни было при царившем кругом гаме, и удивлённо приподнял брови.

– Здравствуйте! Вы меня, наверное, не помните. Я – Света Логинова, ваша бывшая ученица.

– Конечно же, я вас помню, Света. – Теперь мы стояли рядом, он - на одну ступеньку выше, крепко держась за перила, и толпа сорванцов обтекала нас, словно ручей, огибающий валун.
– Я помню каждого ученика, который представляет из себя что-то интересное, - добавил преподаватель. – А это практически все.

Я улыбнулась в ответ.

– Вы хотели что-то у меня спросить? – уточнил он. И, когда я кивнула, предложил: - Пройдёмте в учительскую, там будет потише.

В коридоре уже стало спокойнее. Наверное, неугомонные школяры успели в большинстве своём спуститься во двор, чтобы поиграть в летающую тарелку или дистанционный бадминтон.

– У вас возник вопрос по математике? – полюбопытствовал по дороге преподаватель.

– Нет. По обществоведению.

– Вот как? – Он удивлённо приподнял брови. – Интересно. Видимо, это выпало именно на ваш поток. Я ведь, знаете ли, обычно этот предмет не веду. Был только один такой год: учитель уволился в самом конце августа, найти нового специалиста не удалось, вот меня и поставили его заменять. В моё расписание это укладывалось. Пришлось в срочном порядке штудировать учебник. Я категорически против такого поверхностного уровня подготовки, но тут меня, скажем так, очень сильно попросили поддержать репутацию школы… Впрочем, надеюсь, в итоге мне удалось сделать занятия более углублёнными. Как минимум, то, что вы ко мне пришли, даёт повод так думать. А которая тема вас интересует?