Чтение онлайн

Эта сдержанная похвала влила в меня такую уверенность, что я осмелился спросить.

— А это?.. — кивнул на его плечо.

— Почти достал, — охранник поморщился, вспоминая. — Если бы не ваши парни… — говоря, видимо, про охотников, — тварь вцепилась бы мне в шею. У этих Каменных хватка мёртвая. А так — только когтем полоснул.

Картина представилась жуткая. Огромный зверь несётся на тебя, угрожая разорвать горло. Мысли тут же бросились вскачь, порождая вихрь вопросов. Какая у охраны лагеря Закалка Тела? Насколько они слабее охотников, раз им понадобилась их помощь? Что ещё можно для них сделать? Вопросы проносились в голове, сменяя друг друга, как в калейдоскопе.

Не успел задать ни одного, когда сухое покашливание за спиной Арна вернуло в реальность.

— Кхм… И долго лясы точить будете? — проворчал Кнут, подходя ближе. — У меня смена впустую простаивает, кирки битые. А ты тут разговоры разговариваешь. Кончай баклуши бить, парень, за железо берись.

Ворчание деда не вызвало ни страха, ни раздражения, ведь внутри разливалось пьянящее чувство триумфа. Меч оценили.

Воин медленно обернулся к старику.

— Подождёт твой инструмент, — голос спокоен, но в нём прозвучала сталь. Шраматый окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы: дрожащие от перенапряжения руки, мертвенно-бледное лицо, мешки под глазами. — Пацан всю ночь пахал. Пусть отдохнёт немного. Голоден, небось?

Не просто голоден. Желудок буквально сводило спазмом, требуя еды.

— У меня есть своё, — выдавил тихо.

— Твои харчи с тобой и останутся, — отрезал Арн. — Поешь с нами. В казарме. Нормальной и горячей еды.

Мужчина кивнул в сторону выхода, затем развернулся и, не говоря больше ни слова, направился наружу.

Внутри меня разразилась битва. С одной стороны — невероятная возможность. Попасть в казарму охраны, поесть с ними за одним столом… Это был шанс показать себя — может, мужик и впрямь замолвит за меня словечко. Да и просто поесть чего-то горячего и сытного, не тратя свои запасы — сродни празднику.

Но с другой стороны — кирки. Они всё лежали на полу, и казалось, их огромная тень накрывает меня с головой, не давая покоя.

Но отказаться было нельзя, эта возможность манила больше тревоги не успеть с работой. Скрипя сердцем, шагнул за Арном, проходя мимо старика. Тот смерил меня презрительным взглядом.

— Сам же сказал, до заката, — прошипел дед мне в спину. — Не видать тебе хорошей руды, парень.

Я остановился на мгновение, не оборачиваясь.

— Успею, — сказал твёрдо, бросив уверенный взгляд через плечо.

И вышел из душного сарая.

Шёл за широкой спиной Арна. Солнце уже поднялось над частоколом, заливая ярким светом внутренний двор. В его лучах снег на вершинах огромных горных хребтов, опоясывающих лагерь, вспыхнул ослепительно-белым.

В самом комплексе вовсю кипела жизнь. Из плавилен валил густой дым, слышался стук молотков плотников, латавших частокол. Но я заметил кое-что странное. У зева шахты, откуда должны были с грохотом выкатывать руду, толпилось с десяток шахтёров. Мужчины не работали. Кто-то сидел на корточках, лениво ковыряя землю палкой, другие стояли, тихо переговариваясь. Один жевал что-то из тряпичного узелка — то ли завтрак, то ли просто перекус.

Почему они не в шахте?

Первая мысль — вынужденный перерыв. Неужели из-за кирок, которые я не успел сделать? Вряд ли работа целой шахты зависела от двух десятков инструментов. У них должен быть запас, ведь ещё вчера вечером смена выходила — значит, работа велась. Нет, тут что-то другое. Проблема, о которой я не знал, лишь вспомнил, что Старик Борг говорил про каких-то падальщиков. Может, это из-за них?

Мы прошли по узкой тропинке к большому срубу — самому длинному зданию в комплексе после усадьбы Главы. Арн толкнул тяжёлую дверь, и мы зашли внутрь.

Меня окутал густой и невероятно вкусный запах. Запах жареного мяса, лука, горячего хлеба и крепкого травяного отвара. Тут же слюнки потекли от такого аромата.

Помещение было одним большим и длинным залом, служившим одновременно и столовой, и казармой. Вдоль стен стояли два ряда грубо сколоченных двухъярусных нар, на некоторых были аккуратно сложены серые шерстяные одеяла. Посреди зала — три длинных стола из тёмного дерева и такие же тяжёлые лавки. В дальнем конце зиял обложенный камнем очаг, в котором весело потрескивали поленья. Над ним, на толстом железном крюке, висел огромный закопчённый котёл, из которого и исходили божественные запахи.

Возле очага хлопотал однорукий повар, ловко орудуя большим черпаком. Человек десять охранников, уже без брони, в простых рубахах, сидели за столом. На стенах висели запасные мечи, щиты с эмблемой каменного кулака и несколько трофейных голов зверей.

В дальнем конце стола, отделившись от остальных, сидели охотники. Йорн молча ел свою похлёбку, отламывая куски от ржаной лепёшки. Напротив него Брок ссутулился над своей миской, будто боясь, что ту отнимут. Мужчина выглядел измотанным и его обычная прыть сменилась угрюмой миной. Лишь Киан сидел вальяжно, откинувшись на лавке. Его тарелка была уже пуста, и он, протирая лицо тряпицей, бросал оценивающие взгляды то на солдат охраны, то на повара.

Мы прошли к ближнему краю стола, и Арн кивнул на свободное место.

— Садись. Отдыхай.

Я присел, чувствуя себя не в своей тарелке. Странное ощущение. Провёл полжизни в коллективе крепких мужиков, деля с ними еду, быт и смертельный риск, но здесь, в этом чужом теле, ощущал себя самозванцем. Попытался расслабиться. Густое тепло казармы обволакивало, и веки снова налились тяжестью, грозясь закрыться.

Украдкой взглянул на Йорна Одноглазого. Тот жевал, глядя куда-то сквозь столешницу — его лицо было непроницаемой маской.

Разговоры охранников велись вполголоса, но до меня долетали обрывки фраз.

— Крепкие мужики эти охотники, — прошипел кто-то рядом. — Без них бы мы там полегли.

— Только нос дерут, будто они не чета нам, — с обидой возразил другой. — Проще надо быть.

Чуть дальше послышался другой, более тревожный разговор.

— … Падальщики прорвались на верхний уровень. Работа встала. Того и гляди, к зеву полезут, твари мерзкие.

— Я ещё после ночи не отошёл. Нога ноет так, что зубы сводит. Здорово меня тот волчара приложил…

Так вот в чём дело — выходит, не ошибся. Падальщики. Значит, охотников позвали не только на волков. В памяти Кая об этих тварях не было ни слова, но сам факт их существования в шахте поражал. Существа поднимались откуда-то из самых недр. В голове тут же нарисовалась отвратительная картина: крупные хитиновые твари — гибрид крота и многоножки. Не знал, воображение ли это, или память пацана всё же что-то о них подкидывала.

В этот момент рядом со мной на лавку тяжело опустился Арн, поставив передо мной глубокую деревянную миску. Из неё валил ароматный пар, нёсший запах кореньев и чего-то пряного. В центре, над поверхностью, возвышался огромный кусок мяса.