Чтение онлайн

Грете с Дамирой явно удалось разговорить Марысю. У моей невесты даже появился лёгкий румянец на щеках.

Мама о чем-то беседует с Совой. Тема явно не праздничная. Мамуля даже забывает улыбаться, хотя, обычно, с лица её не сходит улыбка.

Вокруг нашей новой родственницы просто столпотворение. Очень яркая особа. Молодёжь, что наши, что поляки, буквально лезут через головы друг друга, чтобы только постоять рядом.

Нюха вернулся из Града совсем другим человеком. Такой важный, при том что щёки не надувает и доброжелательно улыбается своим собеседникам. Но появилось в нём что-то такое, что не спрячешь за внешней доступностью. Не покидает ощущение уместности ему подчиняться. Вон с каким почтением обступили его бояре и купцы. Перед батей трепещут, а здесь ничего, кроме уважения.

Вокруг царя тоже толпа, только половина – просители.

А Лавр с Марфой шепчутся о чем-то в дальнем конце зала, усевшись на диванчике. У мастера тёмных дел морда подозрительно довольная. Видно успешно реализовал какую-то гадость нашим соперникам. Правда такую широкую улыбку на его физиономии ранее видеть не довелось. Наверно не присматривался.

– … Битый час по городу колесим, а ты всё никак не поймёшь, что счастья навсегда не бывает. Ну, будешь ты жить, после того как меня зарежут в какой-нибудь стычке. И что, обязательно помирать?

– Я могу тебя защитить. Ты просто умрёшь от старости. А я буду такая же. А перед этим мы возненавидим друг друга.

– Не надо защищать. Лучше умереть в бою, чем от старческих болячек. И счастья у нас будет столько, сколько получится.

– Я вижу будущее. Совсем чуть-чуть. Это будет страшно, когда тебя не станет.

– Вроде ты не дура, а начнёшь говорить и сомнения появляются. Если жить тем, что будет когда-то, потеряешь всё, что у тебя есть сейчас.

– Обними меня. Я всё понимаю, но мне так страшно.

– Вот глупышка. Я, может, буду ужасным мужем и ты за счастье сочтешь возможность избавиться от такого «счастья».

– Не говори так. Я сделаю всё, как ты хочешь. Только в Польшу меня отправлять не надо. У нас и так катастрофически мало времени. Поехали.

– Куда?

– К тебе.

– Завтра же свадьба?

– Это так важно?

– Нет …

Стольный Град.

Сонный январь незаметно перетёк в февральское предчувствие весны. Народ засуетился, готовясь к весенней распутице и не такому уж и далёкому севу.

Семена расхватали, как и не было. И почти весь фураж ушел, будто в стране бескормица. Ясное дело – кругом стройка.

Вовремя вложился в железнодорожную компанию, хотя и не понимал толком, что это такое. Если самые крупные торговые дома бросились скупать паи предприятия, значит отставать нет смысла.

Уже скоро начнут тянуть первую ветку в сторону Гомья. А сейчас катают всех желающих на железной телеге, которую двигает упряжка лошадей. По слухам, на заводе компании строится какая-то железная лошадь, способная тащить десяток таких телег. Поживём – увидим. Во всяком случае за мой пай уже предлагают вдесятеро против начальной цены. Значит не стоит суетиться.

Кузьма говорит, что такие же компании созданы в Польше, Неметчине и Франции. Даже на Британских островах. А он по заграницам больше времени проводит, чем в Стольном Граде. Предлагал лесопилку под Смоленском поставить и заводик по выделке каких-то «шпал» для этой самой железной дороги. Но где ж столько денег взять? Все в обороте. Да и торговля зерном – дело привычное и надёжное. Друг тартарский – Шамиль гостил, уговаривал помочь новым земледельцам, что поселились возле Града. А что меня уговаривать? Конечно помогу. Там такие чернозёмы! Только бы цены не обвалить.

Как замучила эта хворь! Мочи нет торчать у окошка. Вон как народ суетится. А ты тут лежи колодой.

– Что Маня?

– Капли и порошок.

– Не буду! Лучше стопарик налей. Вмиг всё пройдёт.

– Вот придёт Николай Степанович – всё ему расскажу, как ты его назначения выполняешь.

– Ладно. Давай. Только принеси чего запить. А то так горько – аж нутро выворачивает.

Хорошая у меня жена, только больно командовать любит. Но оно может и к лучшему. За порядком в доме следить не надо.

Придёт – как цапну за какую аппетитность, враз всё на пол высыплет. И буду я не виноват.

Ух, как по стеночке крадётся, хитрюга. Почувствовала недоброе! Видно придётся глотать эту гадость.

– Когда собираемся?

– Только не сегодня. В «вышаке» платные темы распределяют, а у матери с деньгами туго.

– Ты что с ума сошел? У нас бунт на носу, а он за своим шкурным интересом погнался.

– Да пошел ты!

– Гнида продажная!

– В жопу.

– Ваше величество, позвольте представить вам учредителей Коммерческого Института.

– Я лично знаком со всеми. И читал устав вашего учебного заведения. Ничего не могу сказать кроме того, что готов всячески поддержать это начинание. Возможно имеются какие-то проблемы?

– В Стольном Граде проблем нет. Помещения выделены и ремонтируются. Через два месяца начнём приём учащихся. А вот в Полоцке и Владимире самым безобразным образом всё тормозиться местными городскими властями. В Смоленске получше, но тоже не мешало бы ускорить.

– Я подписал указ о государственной поддержке начинания. Если кто-то будет упорствовать в противодействии – выгоним со службы.

– Спасибо, ваше величество. Мы надеемся, что до такого не дойдёт.

– Семён, зараза! Рябит! Натягивай сильнее!

– Да трещит уже.

– Ты что гнилое полотно выбрал?!

– Да это оно после отбеливания потрескивает. Так лучше?

– Вроде ровно. Тащи машинку.

– Стоит уже. Я за картинками.

– Дашуха! Туши свечи.

– Господи! Иван Евсеевич! Какая красота! А царь с царицей прямо как живые. А это что?

– Африка. Жирафы.

– У-у какое страхолюдие? Как у них шея не обломится?!

– Сёма! Покажи моё любимое – бегемотов и хватит. Скоро народ начнёт собираться, а у нас ничего не готово. И ты, как лахудра. Брысь переодеваться. Сядешь билеты выдавать.

– Какие мордастенькие! Какие пузатенькие!

– Дашуха! Я что сказал?! Сёма, где профессор?

– В буфете. Чай пьёт.

– Точно чай?