Чтение онлайн

Чай, кофе и какао кончились еще три дня назад, и с тех пор между завтраком, обедом и ужином экипаж был вынужден пить только воду. Искупав язык в «экстренном пайке» Ленар понял, насколько сильно за эти жалкие три дня ему осточертел пресный вкус, который нельзя было распробовать и просмаковать.

— Нравится? — спросила Октавия, когда опустевшая кружка легла на стол.

— Да, — ответил Ленар, жадно облизнув верхнюю губу. Он не был уверен, что его ответ сильно бы поменялся, будь в этой кружке сырая нефть, — Кто готовил?

— Я.

— Интересно…

— Ты хотел со мной «серьезно поговорить», — напомнила она, нетерпеливо постукивая по столешнице нестрижеными ноготками.

Напиток словно бы смазал его глотку и размягчил голосовые связки, поэтому Ленар начал свой «серьезный разговор» на пару тонов ниже, чем изначально планировал:

— Фельдшер сказал мне, что знает про то, чем мы с тобой занимались в космопорту Нервы. Для начала мне хотелось бы узнать, как в его уши попала эта информация.

— Я думала, что он тебе все рассказал.

— Не совсем.

— Я сломала нос, — без энтузиазма начала она пересказывать давние события, — Я пришла к нему за помощью, и он почувствовал от меня…

— Да-да, — перебил ее Ленар, — Это все я слышал: ты пришла к нему за помощью, и он почувствовал от тебя острый аромат непрофессионализма.

— Чего же ты хочешь услышать?

— Фельдшер сказал, что знает, чем МЫ занимались, — сделал Ленар громкий акцент на местоимении, — Не ТЫ, а именно МЫ. Ты сдала ему нас обоих?

— Да, — озабоченно вздохнула она, рассматривая что-то невероятно интересное на потолке, — Я сдала ему нас обоих.

— Но почему? — прозвучал вопрос, полный оскорбленных интонаций.

— Я не знаю.

— Не на такой ответ я рассчитывал.

— А на какой? — решилась она посмотреть ему в глаза, — Какой ответ тебя бы устроил?

— Вообще-то никакой, — признался он, пожав плечами, — Я просто хотел надавить на твое чувство вины и посмотреть, какие звуки оно издаст.

— Я растерялась, — зазвучало ее чувство вины, — Фельдшер, можно сказать, поймал меня с поличным, и я решила, что не в том положении, чтобы врать ему. Он спросил, употребляла и я алкоголь, действительно ли я пронесла его на борт в обход таможенного контроля, и знаю ли я, что пить в межзвездном пространстве строго запрещено… Он задавал очевидные вопросы, ответы на которые и так уже знал, но я все равно отвечала и сама не заметила, как от нервов меня прорвало, и мой язык совсем развязался. Чем больше он спрашивал, тем сложнее становились вопросы, и тем подробнее я ему обо всем рассказывала. Не знаю, что со мной произошло, но, кажется, у меня в тот момент отказал фильтр между мозгом и языком. Не уверена, примешь ли ты это в качестве оправдания, но я в тот момент все еще была под градусом, и, возможно, вино ударило мне по голове сильнее, чем я рассчитывала.

— Ты меня сдала, — заключил Ленар, — Это было обидно.

— Прости меня. Веришь ты мне или нет, но я действительно сожалею об этом поступке.

— Простить? — выпрыгнула из его рта нервная усмешка, — Как же часто в последнее время я слышу эти слова от окружающих меня женщин. Хорошо было бы хоть раз услышать «Я сделала все как надо, без сучка и задоринки». Но нет, обязательно произойдет что-то плохое, и все, что я получаю в итоге, это «прости». В последнее время я все чаще задумываюсь над тем, на что я мог бы обменять накопленные «прости».

— Ладно, я поняла тебя, — смущенно потупила она взор, — Что было, того не изменишь.

— А почему ты мне не рассказала?

— О чем?

— О том, что рассказала ему.

— Я не придала этому значения. Игорь сказал, что не будет нас сдавать, и…

— Игорь сказал, что собирается оповестить космопорт о бреши в безопасности, — напомнил Ленар повышенным тоном, — Так или иначе, наше предприятие заочно провалилось, и не сказав мне об этом, ты подставила меня дважды. Что я тебе такого сделал, что ты решила упечь меня за решетку?

— Ленар, успокойся, — приподняла она обе ладони в успокаивающем жесте, — Никто тебя за решетку не посадит.

— Ну теперь-то уже нет, — всплеснул он руками и перевел дыхание, — Чертова цепь совершенно случайных событий привела к тому, что Игорь мне во всем сознался. Если бы мне так несказанно не повезло, я бы так и вернулся, как дурак, на Нерву в полном неведении и морем контрабандного вина, которое невозможно сбыть.

— Подожди-ка… — наморщился ее лоб, — Что значит «теперь-то уже нет»?

— Это значит, что я сделал единственное, что мне оставалось сделать в такой ситуации. Не одна ты здесь такая предприимчивая.

— Что ты сделал, Ленар?

— Я сбросил вино в космос.

Ее обескураженный лик на мгновение застыл в каменной маске, после чего она устало прикрыла глаза и спрятала лицо за ладонями, растирающими кожу. Ленар ожидал любой реакции, но не такой.

— Что ты наделал… — донеслось из-под ладоней.

— А что я должен был сделать? Сидеть на нем и ждать, пока меня не поймают за руку более принципиальные люди?

— Ты мог бы не поддаваться панике и действовать согласно изначальному плану. Мы могли бы успеть сбыть вино.

— Мы? — поползли брови Ленара куда-то по направлению к затылку, — Ты что, не избавилась от него в тот же день, когда Игорь тебя раскусил?

— Не совсем.

— В смысле?

— Послушай, я не первый год этим занимаюсь, и периодически возникают разного рода трудности, но таковы издержки подобного рода предприятий, и это совсем не повод…

— Октавия, покороче!

— Оно все еще у лежит меня в БЦ.

— Ох, черт возьми…

Наличие на борту капитана, употребляющего алкоголь в обход десятка законов, было само по себе чем-то из ряда вон выходящим, но признание Октавии шокировало достаточно для того, чтобы Ленара самого на миг ущипнуло за глотку желание употребить чего-нибудь запрещенного. Он стыдился таких мыслей и тем сильнее сам приобретал оттенок красного сладкого. Его последующие действия выглядели весьма двусмысленно, но он на некоторое время забылся, и просто поднялся из-за стола, подошел к Октавии и медленно наклонился, едва не пробороздив носом ее пылающую щеку. Она смущенно отстранилась, почувствовав жар постороннего дыхания в своем личном пространстве, но Ленар бесцеремонно сократил дистанцию между их лицами до минимума и шумно втянул ноздрями воздух.

— Что ты делаешь?

— Хотел узнать, чем от тебя пахнет, — разочарованно признался он и вновь приземлился на свой стул.

— Удовлетворен?

— Я допускал два варианта: либо ты опять пьяна, либо окончательно сошла с ума. Вином от тебя вроде не пахнет, так что выбор у тебя не велик.

— Мы успеем, — настаивала она на своем, и ни один лишний мускул не шевельнулся на ее лице.

— Два дня мы в тот раз потратили на разведку, — начал Ленар едва ли не делить слова по слогам, словно объясняя простые вещи едва научившемуся говорить младенцу.