Чтение онлайн

Помимо архитектурных красот, Палата Слова хороша и тем, что в ней всегда можно найти нужных людей. Согласно кодексу Первого Судьи, для дуэльного спора необходимы следующие лица: арбитр, сами дуэлянты либо их заместители, а также присяжные числом не менее пяти. Присяжные должны быть незнакомы с обоими дуэлянтами, либо, напротив, знать обоих в равной степени. Арбитр, конечно, должен носить браслет эсферы права.

Каждый день десятки, если не сотни лаэртян желают разрешить свои противоречия. Большинство обращается в Палату Слова. Здесь всегда дежурят арбитры, готовые наблюдать спор. Также вокруг Палаты ошиваются толпы бездельников и зевак, желающих побыть присяжными. Присяжные не получают денег, но охотно идут сюда просто ради зрелища. Палата Слова – тот же театр, только бесплатный. На здешних сценах бушуют самые разнообразные страсти. Случаются трагедии: когда ставкою в споре служит браслет эсферы или даже человеческая жизнь. Бывают и комедии, когда предмет спора смешон. А уж какие драмы разыгрываются при расторжении брака или дележе наследства!..

Противники встретились в большом холле Палаты Слова. Сеньор с туманными глазами прохаживался вдоль стены, увешанной портретами величайших судей, и рассматривал не живопись, а собственные ногти. Альваро да Силва подошел к нему, слегка приподнял шляпу и кивнул с издевательской небрежностью. Сеньор ответил:

– Маэстро снова с друзьями? Вы неразлучны…

Фернан и Люсиль, конечно, пришли поддержать друга. Их противник, как и вчера, был в одиночестве.

Все вместе прошли в зал регистраций и обратились к свободному секретарю. Он записал имена дуэлянтов, и лишь теперь Альваро узнал: противника зовут Винсенте Рамирес да Римини. Также кратко вписали предмет спора и размер ставки – месячный доход побежденного.

– Ожидайте, сеньоры, - велел секретарь и дал поручение приставу.

Тот вышел на улицу и объявил:

– Назначен спор между писателем и мастером права! Судейский оскорбил друзей литератора! Писатель жаждет сатисфакции! Кто желает в присяжные?

Пять человек нашлось без труда. Писатель – редкая изюминка, любопытно посмотреть.

Секретарь записал имена присяжных и выделил зал для поединка, где уже ожидал арбитр. Тот нахмурился при виде Винсенте Рамиреса – своего коллеги по цеху.

– Сеньоры, боюсь, мне придется взять отвод. Я знаком с сеньором Винсенте…

Затем арбитр присмотрелся к Альваро и просиял:

– К счастью, я знаю и вторую сторону. Маэстро Флорес, я прочел три первые книги и вчера приобрел четвертую.

– Польщен, - поклонился Альваро.

Арбитр положил руку на кодекс Первого Судьи:

– Клянусь, что знаю обоих участников спора как достойных людей слова и не питаю предвзятости ни к одному из них. Прошу присяжных сообщить о своем отношении к дуэлянтам.

Никто из присяжных не был испорчен любовью к литературе и романов да Силвы не читал. Правда, один как-то видел в суде Винсенте Рамиреса, но только издали и без знакомства. Так что к обоим дуэлянтам присяжные были одинаково равнодушны.

Арбитр велел им скинуть шляпы и дать клятву беспристрастности, а потом разместил их на предписанной скамье. Альваро с друзьями сел в левой половине зала, Винсенте Рамирес – в правой. Когда все были готовы, арбитр сказал:

– Предлагаю сторонам изложить свое виденье дела. Кто выступит первым – пускай определит беспристрастный случай.

Он крутанул флюгерок, стоящий на судейском столе. Стрелка сделала несколько оборотов и указала в левую половину зала.

– Вам слово, маэстро да Силва.

Тут стоит заметить, что Альваро не особо готовился к спору. Исход поединка представлялся очевидным, потому маэстро посвятил утро более приятным делам. Прочел несколько писем от читателей и свежую рецензию в газете. Кульминационную главу из книги рецензент назвал «жемчужиной драматизма в оправе изящных описаний». Альваро перечитал главу и нашел, что рецензент полностью прав, хотя мог бы выразиться более красноречиво. Затем он расположился на балконе с чашечкой кофе. Внизу, на улочке, стучали каблуки прохожих, задорно позвякивали конские подковы. С моря дул легкий бриз, принося аромат соленой волны. В этой приятной обстановке Альваро написал ответы читателям, и с двойным удовольствием – ответы читательницам. Потом сходил пообедать в небольшую таверну. Она располагалась в столь укромном дворике, что оставалась незамеченной большинством прохожих. Дабы завлечь посетителей, хозяин нанял музыканта. Альваро поглотил паэлью под звуки селезских романсов – одновременно и страстных, и тоскливых. Унылая страсть – экий феномен природы!

Потом он спохватился: приближалось время спора. Чтобы поднять боевой настрой, да Силва зашел на задний двор своего дома и двенадцать раз выстрелил в мишень на стене. Две пули попали точно в яблочко, остальные тоже не вызвали стыда. Альваро счел себя готовым к поединку и направился в Палаты Слова…

– Сеньоры и сеньориты, - начал он свою речь, - я не готовил хитроумных доводов и сложных аргументов. Мой случай настолько очевиден, что стоит просто изложить ход событий, как все вы убедитесь в моей правоте.

Так он и поступил: метко и красноречиво описал вчерашний вечер. Трапеза с друзьями втройне вкусней, чем в одиночестве, и потому он, как всякий честный человек, желал поужинать в компании. Никто из трех друзей не досаждал сеньору Винсенте, а вот он сразу держался возмутительно: не назвал себя и не поздоровался, а начал беседу издевательским «простите». Со всею очевидностью, он был просто в дурном настроении и искал повода сорваться на ком-либо. Браслеты обреро на руках Фернана и Люсии послужили не больше, чем предлогом для ссоры, которая началась бы в любом случае.

– Я убежден, сеньоры, что вы согласитесь: такое поведение недостойно мастера права. Потому я нахожу себя оскорбленным, как нашел бы любой из вас на моем месте.

Довольный собою, Альваро да Силва вернулся на место. На лицах присяжных читалось сочувствие. Они были людьми невысокого звания и легко могли представить, как их самих выставляют на улицу из заведения для знати. Либо – как вельможный тип срывает на них злобу. Ни то, ни другое не пришлось по нраву присяжным.

– Слово сеньору Рамиресу, - сказал арбитр.

Мастер права поднялся, отвесил поклон присяжным и произнес:

– Сеньор да Силва с полной точностью изложил ход событий. Готов подписаться под каждым его словом: все было именно так.

Не только присяжные, но даже арбитр озадачился:

– Вы признаете и то, что были в дурном настроении, отчего сорвались на друзей сеньора да Силвы?

– Признаю, ваша честь. Вчера я был вызван к вышестоящей и получил разнос по служебным делам. После чего мой ужин протекал в прескверном состоянии духа.

– Вы согласны с тем, что ваше поведение было недостойным?

– Большей частью – да, ваша честь.

– Стало быть, вы готовы уступить сеньору да Силве победу в данном споре?

Винсенте помедлил, огладив бородку.

– Еще нет, ваша честь. Сеньор да Силва прав почти во всем, но одна деталь подлежит уточнению… - Он повернулся к Альваро. – Маэстро, как вы и сказали, я вел себя невежливо от начала беседы. Но вы возмутились и бросили вызов лишь после определенных слов. Не напомните ли их?