Чтение онлайн

Ариэн демонстративно свернулся клубочком на моих коленях и шумно задышал. Борген появился через несколько минут, сел напротив, оперся локтями о стол, потирая виски.

— Эта организация — мое детище. Каждый дракон стремился сделать свой мир лучше, но мы все действуем не как боги, а через людей… то есть даем возможности, а не решаем проблемы. В те далекие времена остро встал вопрос того, что некоторые представители миров могли пересекать барьеры. А теперь представь мага, нападающего на древних людей? Ему ничего не стоило уничтожить только-только начавший зарождаться мир, забрать оттуда все ценное и уйти к себе домой. Я и еще несколько ныне покойных моих собратьев создали организацию, которая стала контролировать такие перемещения. Также мы накладывали некоторые ограничения на деятельность драконов. Например, на эксперимент с рождением… Который был произведен с тобой.

— Зато благодаря этому я живу, разве нет?

— Так-то оно так, но это запрещено. Раньше были случаи, когда подобные тебе создания получались безумными, с неуемной жаждой крови. В общем, ничего хорошего, сама понимаешь. Но Кори так любила Орвелла, что ей было плевать на запреты. Я пытался доказать, что ты не опасна, но Камелия оказалась хитрее. Она настаивала на убийстве тебя, Алистора и Корнелии. Каким-то чудом удалось добиться смягчения наказания. Корнелию лишили ее драконьей сущности. Я переправил ее вместе с тобой в мир, где время течет очень медленно по отношению к остальным мирам, чтобы найти способ ей помочь. Она — самое прекрасное, что случалось в моей жизни. С Алистором все сложнее. Так как он взял всю вину по проведению эксперимента на себя, его решили казнить. Но Камелия потребовала заключения… В созданном ей мире, с ее правилами. Никто тогда не заподозрил подвоха, мы думали, что она решила сжалиться над ним. Реальность оказалась куда более суровой. Она медленно выпивает из него жизнь. Каждый наш день здесь может оказаться десятком перерождений для него… Он сходит с ума.

— Но он выглядит вполне нормальным!

— Потому что до того момента, как она закрыла границы, я смог изменить ее заклинание. Она питается Джаей.

— Но… она же твоя сестра! — возмутилась я.

— Такая же, как и ты… Она безумна, о ее существовании никто не знал и не знает. Я могу подчинять себе ее волю. Джая всегда была безумицей, с рождения. Я сумел внушить ей ее великую миссию… Это все, что я мог сделать…

— Ты…

— Чудовище? — он улыбнулся, самоуверенно смотря мне в глаза.

Я кивнула. А как еще можно назвать существо, обрекшее на смерть родную кровь.

— Не думаешь, что ты судишь, не зная всей картины. Джая убила трех драконов, уничтожила их души. Ей там самое место. Она прирожденная убийца, не более. Но важно не это. Камелии мало ее сил, она находит сильных телом и переносит свою душу в их тела, чтобы быть вечно молодой. Ты спросишь, как же мы с Ариэном не стареем? Камелия в ходе своих экспериментов нарушила структуру своей души, и из нее теперь постоянно утекает жизненная сила. Это и есть источник старения.

— Так, я окончательно запуталась! — скрестила руки на груди. Слишком много информации. — Почему тогда те драконы, из моего мира, умирают? Если вы говорите о бессмертии.

— Они иллюзия бессмертия. Мы создавали их в большинстве случаев, чтобы они выполняли роли наших аватаров, чтобы присматривали за миром. Мы отпустили их, они самостоятельны, но имеют возможности значительно меньше наших. Еще вопросы, девочка?

Я схватилась за голову. Слишком много информации за раз. И что она мне дает? Да ничего, я решительно не знаю, что мне сейчас делать!

— Давай я отправлю тебя назад в твой мир, и ты выспишься? — с заботой предложил Ген.

— А что с ним… с твоим аватаром? — шепотом спросила я. Он должен знать.

— Так интересуешься, потому что привязалась? — Борген сощурился, пристально вглядываясь в меня. Неуверенно кивнула, и он рассмеялся, — Ты ни разу не видела его. Он злой и жестокий, все то время, что ты была с ним — это был я. Тебе не понравится, если ты узнаешь его истинную сущность.

Он встал и с некоторым вызовом посмотрел на меня.

— И не надо считать меня чудовищем. Ген, которого ты не знала, действительно оружие, искусно обученное самодовольное оружие. Я не хочу, чтобы ты сильно страдала, когда поймешь это.

— Ты лжешь! — не хотела в это верить. Он пытается отвлечь меня, чтобы я плясала под их дудку, а не следовала за своим сердцем.

— Ох, глупая влюбленная девочка. Даю тебе слово дракона, что больше я никогда не займу его тело, и вы сможете познакомиться. А теперь тебе пора.

Он приблизился и положил мне руку на грудь, туда, где виднелся след от его медальона. Мир поплыл, как и всегда при переходе. Последнее, что я почувствовал — легкий поцелуй в макушку.

Хвост девятый. Подслушивать нехорошо, но полезно

Я успела почувствовать себя песчинкой на дне океана. Маленькая и ничтожная, придавленная огромной толщей воды сверху. Погребенная под гранитом обстоятельств, потерявшаяся во мраке невежества. Да, песка на дне океана очень много, но я все равно чувствовала себя одинокой. Какое мне было дело до проблем других рабов, если я никак не могла решить свои собственные? Я не стала сильнее. Не смогла помочь Гену, Алистору…

И новые знания так и давят сверху. Это больно, очень больно… Когда привычный тебе мир рассыпается в руках. Самым непонятным для меня было то, почему Корнелия, которая моя мать, не говорила мне этого долгие годы?

Какой бы достаток не окружал, ты все равно будешь чувствовать себя сиротой. Подсознательно ждать подставы с любой стороны, ведь ты не родной, приемыш, с которым у них нет ничего общего.

Ах да, я же все еще бесправная вещь. Как-то не сразу отреагировала на голоса за пределами моих мыслей и была удостоена пощечины.

— Вернись в реальность, сучка! — вздрогнула, рефлекторно потирая горящую огнем щеку и поворачивая голову на звук.

Хорошо, что зажмурилась, а то много бы вопросов могло возникнуть. Так, Николь, соберись, тряпка ты! Если хочешь всплыть с морского дна, надо действовать.

— Хозяин решил дать тебе последний шанс, слепая дура. Что нужно сказать?

Я оскалилась. Тоже мне щедрость… Лучше бы попытался пообщаться, а не ломать. Но нет, мы же любим играть с чувствами и душой. Отомщу.

— Подавись, старый хрен? — улыбнулась, вставая. — Веди, я не буду разговаривать с пешкой.

Повисло молчание. Похоже, я была излишне резкой. И самоуверенной. И наглой. Рабы так себя не ведут, но я — дракон.

Я чувствовала, как довольно улыбался дракон внутри меня, выдыхая клубы дыма. Эта сила, которая переполняла. Мне показалось, что я могу прямо сейчас разнести весь дом по камушкам. Но слова Боргена не давали мне покоя. Где-то тут был Ген… Я должна проверить. Он не может быть таким, как говорил древний дракон! Ген хороший.