Чтение онлайн

В государстве, где всё тихо и складно,

Где нету даже катаклизмов и бурь,

Объявился дикий вепрь огромадный,

То ли буйвол, то ли бык, то ли тур…

Сам король страдал желудком и астмой,

Да только кашлем сильный страх наводил,

А тем временем зверюга ужасный

Коих ел, а коих в лес волочил…

Тут король тогда издал три декрета:

Мол, с чудом надо порешить, наконец,

А кто отчается на это, на это,

Тот принцессу поведёт под венец…

А в отчаявшемся том государстве,

Как войдёшь, так прямо наискосок,

В бесшабашье, шутовстве и гусарстве

Жил-был лучший, но опальный стрелок.

На полу лежали люди и шкуры,

Пели песни, пили мёды и тут

Протрубили во дворе трубадуры,

Хвать стрелка, и во дворец волокут…

Тут король ему прокашлял: «Не буду

Я читать тебе моралей, юнец!

Вот если завтра победишь Чуду-юду,

То принцессу поведёшь под венец!»

А стрелок: «Да это что за награда?

Вот мне бы выпить портвейну бадью…

А принцессы мне и даром не надо –

Чуду-юду я и так победю!..»

А король: «Возьмёшь принцессу, и точка!!!

А не то тебя раз-два – и в тюрьму,

Ведь это всё же королевская дочка!»

А стрелок: «Ну, хоть убей, не возьму!»

И пока король с ним так препирался,

Он съел почти уже всех женщин и кур

И возле самого дворца ошивался

Ну, этот самый то ли бык, то ли тур…

Делать нечего портвейн он отспорил:

Чуду-юду победил и убёг…

Вот так принцессу с королём опозорил

Бывший лучший, но опальный стрелок!

Нужно сказать, что получилось очень даже прикольно, как теперь говорят, и мы заняли на этом конкурсе первое место!

Чуду-юду изображал несуразного роста Серёга, неистово рыча во всё горло, Стрелка – Витька, конечно же, как самый выдающийся авторитет нашего отряда. Короля играл Сашка. Девчонки хором голосили слова этой весёлой песни, а наша пионервожатая, очень симпатичная девушка-блондинка Наташа, аккомпанировала на пианино.

Победным призом этого конкурса явился огромный торт, который мы тут же оприходовали всем отрядом. А потом наше сборище завершилось очень весёлой дискотекой, хотя и это слово, пожалуй, тогда ещё, наверное, не употреблялось.

Словом, замечательный вечер закончился очень здорово!

После отбоя, который в этот раз явно подзатянулся, мы, нехотя, разбрелись по своим палатам спать. Воспитатели устало совершили обязательный ежевечерний обход и потушили во всех корпусах свет…

И тут случилось неприятное! Витька затеял разборки:

– Эй, слышите, бараны! Мы сегодня победили в конкурсе! Это хорошо! Но вожатый мне вечером жёстко накрутил хвоста! Признавайтесь, гады, кто меня ему заложил… то, что я курю?

Ребята не спали, лежали молча, а кое-кто, закрыв глаза.

– А может, он учуял, что от тебя куревом воняет? – вдруг выпалил Костик.

– Какой там, учуял? Он сам курящий, не мог он учуять… Это сдал кто-то! Кто? Признавайтесь! Козлы! Или я буду вас всех сейчас колотить, по одному! – Витька угрожающе сел на постели.

Никто не признавался. В палате стояла мёртвая тишина.

– Давай, Витёк! Мы с тобой, если что… – пробасил Чудо-Юдо Серёга, подмигивая Сашке.

В палате было около двадцати коек. Витька занимал самую лучшую кровать в дальнем левом углу возле окна. Рядом с ним поселились Сашка и Серёга.

Мы с Костиком вселялись в палату последними, поэтому нам достались самые незавидные места возле входной двери. Наши кровати стояли рядом, но были разделены тумбочкой, в которой мы хранили свои вещи: печенье, конфеты, зубные щётки и пасту. У меня в тумбочке ещё лежала толстенная книга Рафаэлло Джованьоли «Спартак», которую я никак не мог осилить.

Витька рывком вскочил со своей койки и начал по очереди обходить всех ребят, лежащих на своих местах. Он со словами: «Ты меня сдал, сука?», коротким ударом правой бил каждого из них в живот, стараясь попасть по печени.

Пацаны тут же корчились от боли, кто-то тихо всхлипывал, сдерживая плач, но никто не оказывал сопротивления, опасаясь ещё большей трёпки от на глазах свирепеющего Витьки.

Перспектива получить по своей больной печени меня тоже не прельщала, и я судорожно соображал: «Что бы предпринять, чтобы избежать этой участи?»

Витька, чиня расправу, борозо шарился в тумбочках ребят, выгребая всё ценное на его взгляд, и перекидывал всё это Серёге, а тот ловил и складывал на Витькину кровать.

Наконец, подошла наша с Костиком очередь. Он, дрожа, лежал на спине немного ближе к подскочившему к нему Витьке. Засадив ему под ребро кулаком, рыжий хулиган открыл нашу тумбочку.

Костик подавленно крякнул и тихо заскулил, а Витька достал уже было мой толстый том Джованьоли, но который его, видимо, не заинтересовал, прочитал название и скинул его на пол:

– Ну, что, Спартак! И ты хочешь? Получай!

Витька со всей дури нанёс мне свой удар, но я был к этому уже готов. Сгруппировавшись под лёгким верблюжьим одеялом, я резко поджал ноги к подбородку, так что его удар пришёлся мне точно в правое колено. Витька в полумраке не успел заметить этого: его кулак уже летел, как он считал, мне в печень. К тому же, он не успел его как следует напрячь, ведь удар состоялся раньше намеченного и произошёл ещё расслабленной рукой!