Чтение онлайн

— Но почему вы так думаете? Почему?

Она прижала руку к дрожащим губам:

— Почему, почему! Скажу вам почему. Да потому что от нее разило этими духами. Пахло так сильно, скажу вам, что просто выворачивало наизнанку. Так что, если хотите упечь кого-нибудь за решетку, можете начинать с Клары Пламтри.

Рот ее искривился, неожиданно она разрыдалась и выбежала из комнаты. Фокс закрыл за ней дверь, снял очки и заметил:

— Вот мегера!

— Да, — согласился Аллейн. — Преданная, коварная, ревнивая, упрямая и глупая мегера. И никогда не знаешь, как такие поведут себя в решительный момент. Никогда. Но думается мне, в этой компании есть еще кое-кто ей под пару. Так что повозиться нам придется.

Как бы в подтверждение этих слов раздался громкий стук, дверь распахнулась, и на пороге предстала Старая Нинн, за ней возвышался сержант Филпот с лицом лишь чуть менее красным, чем лицо старухи.

— Только дотроньтесь до меня, молодой человек, — выговаривала Старая Нинн, — и я всем расскажу о вашем поведении.

— Поверьте, сэр, я очень сожалею, — начал извиняться Филпот. — Эта дама настаивает на встрече с вами, а так как я не мог приставить к ней полицейского, то и не был в состоянии ее удержать.

— Ничего, Филпот, — успокоил его Аллейн. — Входите, Нинн, входите.

Она вошла. Фокс покорно закрыл за ней дверь, подвинул стул, но она не села. Подойдя к Аллейну и сложив на груди руки, она смотрела на него. Чтобы увидеть лицо полицейского, ей пришлось запрокинуть голову, и в нос Аллейну ударил такой сильный поток винных испарений, как будто перед ним находился крошечный вулкан, готовый к извержению, внутри которого вместо лавы клокотал портвейн. У Нинн был глухой замогильный голос и весьма свирепый вид.

— Думаю, — начала она, — когда я встречаю настоящего джентльмена, то сразу способна это понять. Надеюсь, вы меня не разочаруете. Можете мне ничего не отвечать. Предпочитаю составить собственное мнение.

Аллейн ничего не ответил.

— Эта Флой, — продолжала Старая Нинн, — была здесь. Она из дурной семьи, если вообще у нее была семья. Что заложишь в ребенка, то и получишь, когда он вырастет. Не верьте ни слову из того, что она вам наговорила. Что она рассказала о мальчике?

— О мистере Дейкерсе?

— Конечно. Вам он может показаться взрослым, но я-то знаю его, и для меня он — мальчик. Только двадцать восемь лет и, осмелюсь сказать, уже — знаменитость. Но зла в нем никогда не было и нет. Чувствительный и мечтательный — это да. Непрактичный — понятно. Но чтобы порочный — вздор! Вот так. И что же эта Флой наболтала?

— Ничего страшного, Нинн.

— Говорила, что он неблагодарный? Или что плохо воспитан?

— Ну…

— Ничего этого в нем нет. А что еще?

Аллейн молчал. Старая Нинн протянула маленькую с крючковатыми пальцами ручонку и положила на руку Аллейна.

— Скажите мне, что еще? — попросила она, заглядывая ему в глаза. — Я должна знать. Скажите!

— Это вы мне скажите, — проговорил Аллейн, накрыв руку старухи своей. — Скажите, что произошло между мистером Ричардом и миссис Темплетон? Лучше, чтобы я знал. Что произошло?

Она пристально смотрела на него. Губы ее беззвучно двигались.

— Вы ведь видели, — продолжал Аллейн, — как он вышел из ее спальни. Что случилось? Флоренс сказала…

— Она вам это сказала? Она вам это сказала?

— Видите ли, я бы все равно узнал. Расскажите нам, если можете.

Она безутешно покачала головой. В глазах стояли слезы, а язык начал заплетаться. Аллейн решил, что, прежде чем явиться к нему, она подкрепилась еще одним стаканчиком портвейна, и вот теперь он начал действовать в полную силу.

— Не моту сказать, — неразборчиво бормотала она. — Не знаю. Обычный скандал. Тираном была с пеленок. Мальчик совсем другой, хороший и спокойный, — помолчав немного, она скороговоркой добавила. — Не в нее пошел. Больше похож на отца.

Фокс поднял голову от своих записей. Аллейн сидел, не шевелясь. Старая Нинн, слегка покачнувшись, уселась на стул.

— Мистера Темплетона? — спросил Аллейн.

Она кивнула несколько раз с закрытыми глазами.

— Можно и так сказать, — послышалось невнятное бормотание, — можно… да… можно.

Голос ее замер и она задремала.

Фокс открыл было рот, но Аллейн сделал ему знак и, не сказав ни слова, он снова его закрыл. Последовало долгое молчание. Наконец Старая Нинн всхрапнула, почмокала губами и открыла глаза.

— А мистер Ричард знает, кто его родители? — спросил Аллейн.

— А почему же нет, — она пристально посмотрела на него. — Оба они погибли в автомобильной катастрофе и не верьте, если кто-нибудь будет болтать другое. По фамилии Дейкерс.

Заметив Фокса с записной книжкой, она повторила специально для него «Дейкерс», а потом еще раз произнесла фамилию по буквам.

— Большое спасибо, — поблагодарил ее Фокс.

— Как вам показалось, мистер Ричард был очень расстроен, когда вышел из ее комнаты? — спросил Аллейн.

— Уж что-что, а расстроить она всегда умела. А он принимает все близко к сердцу.

— А что он сделал потом?

— Пошел вниз по лестнице. На меня и не посмотрел. Думаю, вообще не заметил.

— Флоренс говорит, что он был бледный как смерть.

Нинн поднялась на ноги и вцепилась обеими руками в рукав Аллейна:

— Что она хочет сказать? На что намекает? Почему она не рассказала, что слышала я? После того, как она спустилась вниз? Я ведь ей говорила. Почему она этого вам не сказала?

— А что вы слышали?

— Она-то знает! Я ей говорила. В то время я не придала этому значения, а теперь она не захочет подтвердить мои слова. Хочет всю вину свалить на мальчика. Она скверная девчонка и всегда была такой.

— Ну а что же вы слышали?

— Я слышала, как леди пользовалась этой штукой. В которой яд. Слышала пшиканье. Слышала! Она сама себя отравила. Почему она так сделала, нам никогда не узнать, но она сама взяла грех на душу. Она убила себя.