Чтение онлайн

Вот и в тот день он засиделся в солярии, штудируя присланную Вальбургой довольно редкую книгу. В XVI веке некто Эрмий Герметикус из Норбонны напечатал в местной типографии труд о магии времени и пространства. Сквозной идеей его книги являлась мысль о том, что время и пространство суть две стороны одной медали, и что при некоторых условиях возможен переход одного в другое. На первый взгляд – глупость, на второй – ересь, но правда в том, что Герметикус был, вероятно, последним магом, способным создавать стационарные порталы вроде того, что находился в Блэк-Хаусе. А его, к слову, ставил отец Эрмия Гефестус, поскольку порталы являлись их семейным бизнесом. Вот, исходя из предположения, что Герметикусам лучше знать, что там и как со временем и пространством, и разбирался теперь Сириус в той зауми, которую оставил им древний волшебник.

Штудии затянулись до середины ночи, и уставший до чертиков Сириус даже не пошел к своей метрессе. Сил не было. А утром, что не странно, встал он хоть и с петухами, но с трудом. Пришлось даже выпить толику Бодрящего, но зато потом все пошло, как по накатанной. Зарядка, упражнения с мечом, купальня, устроенная Сириусом специально для себя в дальнем конце цепочки горячих прудов, отделявших богорощу от глухой стены Гостевого дома, затем завтрак и три часа отчетов и обсуждений, проходивших в его солярии. Иногда такие встречи с мейстером и кастеляном, префектом Зимнего городка и складским начальством или, для разнообразия, с бухгалтером и ключницей затягивались и на четыре часа, и на пять, в особенности, если прибывали с отчетами люди, руководившие различного рода работами на местах, или ревизоры, объезжавшие ближние и дальние феоды. И это хорошо, если на тот же день не выпадет по случаю чинить суд или принимать гостей. Впрочем, на завтра была назначена большая охота в Волчьем лесу, и это хоть немного примиряло его с безрадостной действительностью.

Охота, кто бы что ни говорил, это хороший вид спорта, тем более, если охотники вооружены луками, копьями и рогатинами. Это ведь отнюдь не то же самое, что палить по медведю из охотничьего ружья или отсекать косуле голову одним изящным движением зажатой в пальцах палочки. Однако для Сириуса, как и для всех других лордов Севера, охота — это также отдых от повседневности и источник свежего мяса. На такой охоте, какая планировалась на завтра, предполагалось добыть двух-трех оленей, медведя и хотя бы несколько кабанов. Винтерфеллу нужно мясо, звериные шкуры и меха, а все, что не смогут съесть в первые два-три дня домочадцы Сириуса, пойдет на засолку и копчение, что тоже хорошо, потому что пополнение запасов никогда никому еще не повредило. Однако в планы Сириуса неожиданно вмешались независящие от него обстоятельства.

Ближе к вечеру в замок прилетел уставший до изнеможения ворон. Лететь бедолаге пришлось далеко и долго, потому что нес он записку из Дорна. Лианна, которая теперь Петра, сообщала, что вынуждена незамедлительно оставить замок покойного мужа, и поскольку время не ждет, сегодня же, благо есть попутный борт, отплывает с сыновьями в Старомест, где сделает остановку на пять-шесть недель, после чего найдет корабль в Ланниспорт, где и будет ждать присланного лордом Старком человека, чтобы он сопроводил ее и сыновей на Север. Записка была составлена с умом. Она сообщала все, что нужно, не открывая непосвященным ничего существенного. Да и маршрут был выбран неслучайный, не говоря уже о временных рамках.

«Итак, Эртур мертв, - констатировал Сириус, закончив читать, - а у Лианны, по-видимому, возникли проблемы с дорнийской родней. Иначе бы она не сорвалась с места сразу вдруг».

Не было смысла гадать, отчего умер Меч Зари, и что за кошка пробежала между Лианной и родней Эртура, хотя Сириус мог, разумеется, кое-что предположить. Однако, на данный момент актуальным был только один вопрос, вернее, два: кого послать и откуда везти Лианну и детей в Винтерфелл? Ну, пожалуй, был еще и третий вопрос: каким маршрутом? Если из Староместа, то можно через Хайгарден по Мандеру до Горького Моста, а оттуда по дороге Роз в Королевскую Гавань и морем в Белую Гавань. Далеко, конечно, но это лучше, чем тащиться по Королевскому Тракту. Впрочем, неплох был и другой вариант: морем до Ланниспорта, тем более что туда она первоначально и собиралась, а оттуда по Речной Дороге и Королевскому Тракту на лошадях. Лианна – женщина крепкая, может ехать верхом и дороги не испугается. Ее старшему, который Таргариен, уже двенадцать, значит тоже может путешествовать в седле, а младшего, Ульрика Дейна, родившегося три года назад, повезут по очереди гвардейцы.

Мог, правда, возникнуть вопрос, а ему это надо? Однако, Сириус был ответственным человеком, и, если уж так сложилось, что он занял чужое место, став Недом Старком, то минимум того, что он должен был сделать, это действовать не хуже, чем сделал бы это прототип. Хотя, возможно, у подлинного Эддарда не хватило бы пороха на такое приключение. Опять же, жена. У Сириуса не было ни малейшего сомнения, что Кейтилин рулила бы Недом, как хотела, а он считал бы себя обязанным ей до конца жизни. Даже страшно подумать, во что могла превратиться жизнь Джейхейриса, если бы Старк привез его в Винтерфелл, как своего бастарда. Сука Кейтилин погубила бы мальчишку, загнав его куда-нибудь на Стену или в Эссос. Но, слава богам, Сириус человек другого типа. Потому, наверное, он и выжал слабую душу Старка из его собственного тела. Увы, но так устроена жизнь: или ты, или тебя.

«Решено!» - Сириус принял решение сразу и без малейших колебаний. И, в конечном счете, ехать решил сам. У него давно не было случая «прошвырнуться» по Семи Королевствам, а тут такая оказия. Однако и выехать сразу вдруг он не мог тоже. Перед тем, как оставить Винтерфелл и Север, ему следовало решить целый ряд логистических проблем. Поэтому вперед он выслал безотказного Озрика. Надо было перехватить Лианну в Староместе и дожидаться там самого лорда Старка. Озрик с пятью гвардейцами вышел в дорогу на следующий день. Им предстояло проделать инкогнито путь во много сотен миль так быстро, как получится, и, зафрахтовав в Ланниспорте корабль, идти на всех парусах в Старомест. Сам же Сириус отправился в путь на три дня позже, отдав массу приказов и оставив не меньше распоряжений.

Интерлюдия III : Январь 1983

Если бы кто-нибудь сказал ей еще пару лет назад, что она сменит фамилию Поттер на фамилию Блэк и будет жить в одном доме с разыскиваемой Авроратом террористкой, она бы только посмеялась. Еще громче смеялась бы, - и не только она одна, - скажи ей кто, что заботиться о ее сыне и о ней самой станет «великая и ужасная» леди Вальбурга. Но самый громкий ржач будет, узнай кто-нибудь из ее прежних друзей, что у Лили-Бывшей-Эванс-и-Бывшей-Поттер случится любовь по переписке. Любовь? Серьезно? Да еще и по переписке? И с кем, прости господи? С самым крутым ходоком волшебного мира - очаровательным и легкомысленным Сириусом Блэком. Беспечным и ветреным повесой Сири, брутальным и веселым Сириусом, несерьезным и беспечным мародером по кличке Бродяга. Все так, но правда оказалась куда замысловатее суровых реалий жизни или глупых девичьих фантазий. Сириус единственный из всех фениксовцев догадался, что в убежище, созданном стараниями Поттера и Дамблдора, им с Гарри грозит смертельная опасность. Догадался и пришел на помощ. Не постеснялся пойти против лучшего друга и не испугался гнева Великого Светлого, а взял и спас. И она знала, как непросто ему было принять такое решение. Не проще, чем ей самой, пожертвовавшей мужем ради сына. Но проблема с Сириусом была куда сложнее. Она много раз спрашивала себя, понимал ли он, что покупает их жизни ценой своей? А ответ лежал на поверхности. Надо было лишь вспомнить, что и как он говорил в те безумные три дня: его слова, интонации и украдкой брошенные на нее взгляды. Блэк знал, что ему не простят этой эскапады, но пошел до конца, обеспечив им с Гарри не только безопасность, но и достойное будущее. Сделал, что должно, - во всяком случае, по его мнению, - и заплатил сполна. Ему, как вскоре выяснилось, ничего не забыли и не простили. А то, что каким-то чудом он умудрился выжить там, где никто до сих пор не выживал, это лишь невероятная удача, промысел божий или благословение Матери Магии. В любом случае, его история казалась абсолютно неправдоподобной, но, к счастью, его переселение в другое тело в другом Мире не было ни сном, ни фантазией. Сириус жив, и она состоит с ним в переписке, отправляя и получая письма через порталы, соединяющие два Мира, разделенных не только пространством, но и временем. И вот тут у нее возникала нешуточная проблема. Она-то его любит, - сама не ожидала от себя такой силы чувств, - а он? Пишет, что любит, и у нее не было бы никаких сомнений в его словах, - человек, между прочим, пожертвовал ради нее своей жизнью, - но это было тогда, почти два года назад, а что сейчас, когда у него там, в этом его Вестеросе прошло уже почти двенадцать лет? Он мало что писал ей о своей жизни в этом средневековом мире, но все-таки достаточно, чтобы понять, там он кто-то вроде князя или великого герцога, а на их лад великий лорд или лорд-протектор Севера Эддард Старк. Под его властью находятся многочисленные графства, баронства и просто сеньории, города и деревни, и территория сопоставимая по размерам с какой-нибудь Канадой или русской Сибирью. Там он считается успешным военачальником и могучим рыцарем, участвовал в двух или трех войнах и, по-видимому, много что еще, включая женщин. Во всяком случае, он честно сообщил ей, что унаследовал не только тело Эддарда Старка, его земли, дела и заботы, но и жену, с которой, впрочем, недавно развелся, выяснив, что из четверых прижитых с ней в браке детей, его крови то ли двое, то ли, вообще, одна только младшая дочь. Все это больно ранило ее самолюбие, но время от времени Лили все-таки вспоминала, что она, вообще-то, тоже была когда-то замужем, и ее сын, - пусть он не только на официальном, но даже и на магическом уровне прижит от Сириуса, - на самом деле рожден от Поттера, которому она, впрочем, изменила с Блэком. Прямо-таки бразильское кино, из тех, которые любит смотреть Туни.

Вспомнив о сестре, Лили подумала, что не худо было бы послать ей письмо, но, увы, такая переписка была невозможна. Она и так уже находилась на полулегальном положении. Вроде бы, существует, - но только, как Лилиан Блэк, - а вроде бы, и нет. Мертва. Но это, что касается Лили Поттер, которую, разумеется, никто не ищет, потому что она уже никуда не денется из-под могильной плиты. А о том, что под мраморным надгробием лежит пустой гроб, знают всего лишь несколько человек в магической Англии и один, живущий в каком-то едва ли не нафантазированном ею Вестеросе. Вдова же лорда Блэка интересует многих. Официальных претензий к ней никто не имеет, но очень многие хотели бы с ней встретиться и много что с ней обсудить. Встречаться с кем-нибудь из тех, кто присылал ей с оказией весточки, - с директором ДМП, например, или профессором Макганагал, - она, однако, опасалась, поскольку не было у нее теперь веры этим людям. Когда они были ей нужны, рядом их не оказалось. Рядом с ней были совсем другие люди: Сириус и его мать, да даже больная на всю голову Беллатрикс, которая души не чает в сыне грязнокровки Эванс. И поэтому Лили живет с Ригом, Вальбургой и Беллой то в резиденции Блэков в Испании, то в коттедже Поттеров в Северной Италии, а то и вовсе в обрётшем новую жизнь замке Темный Утес на берегу реки Северн.

Ее страхи и опасения по поводу Сириуса и его чувств только усилились, когда Белла смогла наконец построить ритуальный круг, заставивший все менгиры кромлеха в лесу Дин работать, как стационарные врата. Оставалась самая малость: рассчитать силу необходимого магического воздействия для открытия и закрытия портала и создать накопители большой емкости. Впрочем, это была проблема той стороны. Здесь же, на Земле, магии вполне хватало, хотя кое-какой запас наверняка лишним не будет. Другое дело, что держать портал открытым на постоянной основе было нельзя. Одно дело редкие магические всплески высокой интенсивности, которых и до того в лесу Дин было более, чем достаточно, и совсем другое – постоянно действующий артефакт такой мощности. Его бы точно заметили, а, заметив, вычислили, и тогда жди визита министерских чиновников, сотрудников Отдела Тайн или даже авроров. Оно конечно, Вальбурга такую возможность предусмотрела, и, поскольку кромлех входит в зону действия алтарного камня семьи Блэк, соорудила вокруг него довольно серьезную защиту, состоявшую из Маскировочных, Сигнальных и многослойных Щитовых чар. Аппарировать в этот район без разрешения самих Блэков нельзя, найти дорогу в магическом лесу трудно и опасно, - отчего-то стая мантикор облюбовала именно эти места, - приблизиться незамеченным к границе «Стены Щитов» нечего и думать, а пробиться сквозь щиты, все время находясь при этом под огнем противника, похоже на весьма оригинальный способ самоубийства. Так что, все, как говорят маглы, было схвачено. Оставалось лишь выполнить кое-какие арифмантические расчеты, и Лили их сделала.

Первый эксперимент они произвели с овечкой, получив через тридцать семь дней подтверждение, что «посылка дошла до адресата в целости и сохранности», и ответный подарок, которым оказалась стреноженная лань. Живая и невредимая. Вестероская лань была, кажется, крупнее земных аналогов[7], но это была несомненная лань, и она была жива, цела и по всем признакам здорова. В течение следующих пятидесяти дней они с Беллой работали над окончательной калибровкой и доводкой врат, - и добились-таки своего, найдя способ синхронизировать портальные арки там и здесь, - но со следующим экспериментом пришлось обождать, поскольку от Сириуса пришло письмо с предупреждением, что он будет недоступен в течение, как минимум, четырех месяцев. Уезжает далеко, но ненадолго…