Чтение онлайн

– Когда видят, что кто-то живет то не лазают, а если видят, что дорожки не чищены и хозяев нет тогда балуются. Могут и в дом залезть и что ни будь со двора спереть. Только, как ты мил человек в той времянке жить будешь, ты же вымерзнешь, стены там в один кирпич, не натопишься. И дров там никто на зиму не заготавливал.
– Домик с мансардным этажом и крохотной кухней оказался не таким уж маленьким, но действительно, рассчитанным на лето. Жить в таком бардаке и холодильнике я не собирался. Придется ехать за трейлером с инструментом, оставленным у бабы Глаши. Я съездил в соседний поселок и нашел каменщика, за 30 тысяч он брался вместо печки выложить камин. В этот же день по его списку я привез все материалы и попросил приступить к работе с завтрашнего утра. Отдав санитарке коробку конфет попросил обмерить Андрея. Те обноски в которых он ходил меня не устраивали. Я не поленился съездил в крупный магазин одежды. Увы качество там оставляло желать лучшего, я уже привык покупать самые крутые вещи. Финансы пели романсы, поэтому магазин был в самый раз. Мне надо было одеть Андрея хотя бы на первое время, пока не доберусь до своих денег. Джинсы, пара футболок, две рубашки, пуловер, свитер, утепленные кроссовки, кожаная меховая куртка, вязанная шапочка. Ну и себе, хотя на себя денег было жалко, но уж больно на меня в валенках, телогрейке и заячьем треухе косились. Теплые кроссовки, пуховик и шапочку. Деньги таяли, как лед весной. Еще 38 тысяч убежали. Такими темпами я буду скоро банкрот, придется дома лезть в пещеру. Когда Андрей вышел в новых вещах его было не узнать, он был не оборвышем, а нормальным модным мальчиком. Он по-прежнему молчал, но я видел, что глаза его немного оттаяли. Я объяснил, что жить он теперь будет со мной и там, где мы будем жить нам нужно сделать ремонт, а для этого нужно съездить ко мне на родину за инструментом. Он без слов сел в машину, через пол часа он спал и проснулся, когда я остановился возле бабы Глаши. Она выскочила нас встречать, со словами,

– какой хороший да красивый мальчик стала его обнимать и целовать.
– На глазах у Андрея заблестели слезы. Я чтобы не смущать его ушел в дом. Через час мы сидели за столом и ели вкусную куриную лапшу, жаренную на сале с большим количеством лука и оттого необыкновенно вкусную картошку, хрустящие соленые огурцы и бочковые помидоры, чу чуть острую с антоновскими яблоками капусту. И напоследок блины с душистым чаем и медом. Мы тяжело отдуваясь выкатились из-за стола. Поглядев, что мы клюем с дороги носом, баба Глаша отправила нас спать. Утром позавтракав и оставив Андрея на попечение бабы Глаши я поехал в пещеру. Оставив машину на дороге я по пояс в снегу побрел к пещере, когда подошел к пещере понял, что мои труды пропали зря. Под действием оттепели снег сполз с откоса и завалил вход, а мороз, наступивший после нежданной оттепели зацементировал этот ход до весны. Касса взаимопомощи временно закрыта. Придется экономить, взять деньги из других источников и не обнаружить себя не получится. Зацепив трейлер мы поехали назад. Повалил такой снег, что ничего не было видно в трех шагах, если к бабе Глаше мы ехали четыре часа, то назад мы добирались целых десять. Наше маленькое путешествие немного сдружило нас с Андреем, он по-прежнему обходился за день тремя четырьмя фразами, но в его глазах больше не было той тоски и озлобленности с какой он раньше смотрел на мир. Переночевав в гостинице мы поехали в свой новый дом. Но не тут то было. Снег, который шел всю ночь и продолжавший валить с утра засыпал все подъезды. Машины коммунальных служб успевали прочистить только основные дороги, удаленные подъезды к домам коттеджного поселка никто чистить не собирался. Мы поставили сходни спустили мини трактор, установили снегоуборочное оборудование и через час подъезд и все дорожки на нашем участке блестели чистотой. Мы только поставили трейлер и машину, как прибежал сосед.

– Виктор Михайлович голубчик ни выехать, не заехать прочистите участок от дороги до дома. За час я успел почистить и дорогу, и двор и дорожки куда смог пробраться на юрком мине тракторе. Как я не отбивался, но тысячу рублей он мне вручил. Каменщик не подвел он переделал печь на камин, тяга была отличная, с большой топкой куда входили три небольшого диаметра бревнышка длиной по семьдесят сантиметров. Я рассчитывал если затопить их вечером, то они будут гореть практически до утра. Достав из трейлера бензопилу я распилил два бревна и затопил камин. Тяга была прекрасная, даже сырые дрова если были угли шипели, пузырились выделяемой влагой и горели. Через тридцать минут в домике было тепло. И тут началось столпотворение, ко мне просто повалили люди с просьбой почистить проезды и дворы. Хорошо, что наступили выходные если не прочистить выезд, то в понедельник не попадешь на работу. Я работал с утра и до глубокой ночи, спал не больше пяти часов. Но зато в понедельник у меня в кармане шелестело 50 тысяч рублей. Шелестело правда недолго уже во вторник, в домике стояло огромное в пол стены пластиковое окно и красивая кованная с утеплением дверь. Бюджет опять запищал, но люди потихонечку шли и к концу недели у меня было опять тысяч двадцать заработка. Положение с Андреем оставалось сложным он по-прежнему не шел на контакт и большую часть времени сидел в углу дивана погруженный в какие- то свои мысли. Я сходил в школу и проговорив с директором больше часа убедил его, что Андрею будет лучше если он сдаст предметы за седьмой класс экстерном или останется на второй год. В коттеджном поселке, где мы жили была старая девятилетняя школа, я почистил им снег возле школы и раза три чистил хоккейную коробку. Денег я с них не взял и даже наоборот угостил коньячком. Мы хорошо посидели в тесной мужской компании директор, физрук и трудовик. И мне был дан карт-бланш обращаться к ним если возникнет какая ни будь необходимость. Снегоуборочные работы почти закончились и у меня появилось время заняться домиком. Для начала я обшил домик изнутри толстым слоем пенопласта. Купил дубовые доски, в мастерской школы прострогал и пропалировал, покрыл лаком и сделал отличные панели, верх обшил гипсокартонном и наклеил шикарные обои, имитирующие ткань. На пол постелил половую рейку, которую отшлифовал и покрыл корабельным лаком. Работая я постоянно просил Андрея подать, поддержать, помочь занести, так незаметно все работы мы стали делать вместе. Отделав комнаты мы взялись за кухню. Сделали шикарные полки, небольшую рабочую панель с плитой и мойкой. В доме явно не хватало мебели, плохую мебель покупать не хотелось, а на хорошую денег не было. И тут меня озарило, обставляя свою квартиру в Ельце денег я не жалел и познакомился с несколькими антикварами. Так вот одному из них я заказал каминные часы, которые очень мне понравились в каталоге, но в наличии их не было. Я сделал заказ и оставил предоплату в полтора миллиона рублей. Телефон я не помнил и поехал в антикварный магазин на машине. Часы к моей радости он мне еще не нашел. Я не стал скупиться и на 800 тысяч купил антикварной мебели. Скорее не мебели, а предметы интерьера, которые в основном и делают обстановку дома красивыми. Я хотел сделать Андрею сюрприз, денег у меня оставалось еще много. Купил ему шикарный компьютер с компьютерным столом. Решив оформить мансардную комнату, где будет жить Андрей в стиле хайтек всю мебель в его комнату я заказал по индивидуальному проекту. Провозившись с покупкой дивана, плазмы, ковриков, штор, посуды и мебели для кухни до вечера я приехал домой уже затемно. Андрей молча передал мне конверт. Через два дня я приглашался в опекунский совет для решения вопроса о направлении Андрея в спецшколу для педагогически запущенных детей. Валерия ее рук дело, ну это мы еще посмотрим кто кого. Скорее всего будут проверять в каких условиях живет ребенок. Я позвонил в фирму, где заказал мебель для комнаты Андрея и спросил нельзя ли ускорить выполнение заказа. Если вы доплатите 10 процентов от стоимости заказа, то мы поставим вам мебель через два дня. А если я доплачу 20 процентов спросил я. Завтра после обеда пусть, кто ни будь будет дома, и мы установим мебель. Жил площадь у нас служебная, значит для органов опеки имеет значение, на какой срок она нам представлена. Телефон хозяйки звали ее Елена у меня был, хотя саму хозяйку я не видел не разу. На другом конце ответил приятный женский голос, я попросил о встрече она ответила, что сейчас свободна, и я могу подъехать. На звонок дверь открыла такая красивая женщина, что я на минуту потерял дар речи и забыл зачем пришел. Женщине было приятно, мое замешательство, она приветливо улыбнулась и пригласила меня в комнату, сейчас будем пить чай. Она оценивающе посмотрела на меня и произнесла -такого сторожа у меня еще не было. Я приезжала в поселок, но вас не застала и наслушалась о вас столько лестных отзывов. Чем вы так очаровали моих соседей. Я рассказал о снегопаде и вызволении их машин из снежного плена. Перейдя на более серьезные темы рассказал историю Андрея.

– Бедный мальчик сколько же ему пришлось пережить.
– Она настояла на моей прописке и подписала договор аренды времянки на год. Все темы были исчерпаны надо было уходить, но уходить мне ужасно не хотелось, да и меня не гнали. Я оделся сказал три раза до свидания и не уходил, я взял ее руку и поднес к губам, она не выдернула руку только глаза испуганно вздрогнули. Я и сам не ожидал от себя такой наглости просто мне вдруг до одури захотелось поцеловать ее руку, я не осознавал, что я делаю. Я поцеловал ее руку, как во сне и только потом напугался, что обидел ее.

– Приезжайте к себе домой я буду ждать - сказал я и наконец то ушел. Я готовился к походу в опекунский совет, как на войну собирая все мыслимые и немыслимые справки. Заехав еще раз к знакомому антиквару взял у него справку, что работаю у него консультантом с окладом в сто тысяч рублей. Последний штрих внешний вид. Мы сходили в сауну, постриглись в престижном салоне, купили два шикарных костюма, сорочки, галстуки, туфли. Я люблю классический стиль поэтому добавил длинное кашемировое пальто и два длинных шарфа себе и Андрею все было безукоризненно и готово к завтрашнему бою. В 14 часов пройдя по длинным коридорам я постучался в отдел опеки.

– Здравствуйте я по делу Ковалева Андрея,

– так нет никакого дела мы его в спецшколу отправляем. Тетка им заниматься не хочет, характеризует его, как не уравновешенного, злобного, не поддающегося воспитанию хулигана, притом крайне неряшливого, из-за того, что он такой грязнуля с ним даже в школе дружить никто не хочет. По ее словам недавно из хулиганских побуждений залез на мост и свалился в воду, хорошо рыбаки вытащили. Правильно она говорит, что его надо определять в спец интернат пока он кому ни будь или себе голову не свернул. Да вот его школьная характеристика учится плохо, систематически пропускает занятия, в коллективе не уживчив, часто ссорится с одноклассниками, дерется, имеет неряшливый вид. Ну, что я вам говорила тетя правильно его характеризует, грязнуля с которым не кто не хочет дружить. Да и притом если она отказывается от его опекунства хотя по договору опеки она получала 20 тысяч рублей, то значит он ее достал своим поведением. Правда приехал его дядя по линии сестры. По рассказам Валерии Яковлевны нищета нищетой, у нас так бомжы не ходят в подшитых валенках, телогрейке и заячий треух, побитый молью. Видно рассчитывал на наследство, бедный. Валерия Яковлевна из жалости определила его сторожем к одной знакомой с проживанием в каком-то сарае с печным отоплением. Даже если разрешить ему опеку, то на двадцать тысяч они вдвоем не проживут, да и кто ему разрешит опеку, без прописки, без жилья, без работы. А вы почему этим вопросом интересуетесь. Вы не представились, вы из какой-то газеты или общественной организации, так мы поступаем по закону у нас все положенные бумаги есть.
– Я посмотрел на нее и в голове промелькнуло, как можно таким людям доверять судьбы детей. К ней не подберешься она как в доте из инструкций, положений, распоряжений, справок, запросов, характеристик. Она не разу не видела Андрея, не нашла время просто поговорить с ним, выяснить почему так складывается его жизнь. Хотя скорее всего справка о проведенной беседе у нее есть. Я представился,

– тот самый его дядя. как вы выразились нищета нищетой. Извините старые вещи от ветхости износились пришлось купить первое, что попалось под руку.
– Видно положение, что где- то есть люди, которые так плохо живут, что ходят в валенках и телогрейке и драной шапке ее устраивало, на их фоне она чувствовала свою значимость, она обута, одета, сыта, имеет работу, квартиру по сравнению с ними она королева. А вот стоящий рядом с ней мужчина, который по всем статьям должен жить хуже ее вызывал в ней злобу, своей изысканной прической, красивой, модной и наверно дорогой одеждой, отличным парфюмом. Это был не ее уровень, ее любящий приложиться к бутылочке сынок так не выглядел. Сознание этого ее еще больше бесило. И она пошла в атаку.

– Ну собрать деньги и купить дорогую одежду, чтобы пустить пыль в глаза вы смогли. Но Московской прописки у вас нет.
– Я положил паспорт с пропиской. Бросив взгляд на прописку, она вытащила второй козырь,

– но жилья то у вас все равно нет.
– Я вытащил договор аренды жилья. Изучив договор и не найдя за что, зацепиться, она не успокоилась.

– Валерия Яковлевна говорила, что вы устроились работать сторожем с жильем и окладом в пять тысяч. И на эти деньги вы собираетесь жить вместе с мальчиком.

– Ну в свободное от работы сторожем время я нашел себе подработку.
– Я положил перед ней справку, взятую у знакомого антиквара о том, что я работаю у него консультантом с окладом в 100 тысяч рублей. Смириться с поражением она не хотела,

– мы сегодня же обследуем ваше жилье, это по словам Валерии Яковлевны, продуваемый всеми ветрами, какой-то сарай, совершенно не приспособленный для жизни и учебы ребенка.
– Она вызвала двух девушек и дала им команду немедленно обследовать квартиру. Так, как завтра уже нужно отсылать документы на Ковалева Андрея для предоставления места в спец интернате. Выходя из кабинета вместе с девушками, посланными забраковать мое жилье, я остановился в дверях и подозвал Андрея.

– Разрешите вам представить грязного, чумазого мальчика Ковалева Андрей.
– Все, кто сидели в кабинете заинтересованно повернули головы. В этот момент я был горд за своего племянника. Хорошая стрижка — это пол дела, но в сочетании с расстегнутой кожаной курткой из-под которой видно отличный костюм, красивые туфли и рубашка с галстуком, в этот момент он скорее походил на юного джентльмена. Я посадил двух девушек которые небыли настроены так враждебно и скорее сочувственно смотрели на Андрея в машину и повез к себе в гости. Внешне наше с Андреем жилье выглядело не презентабельно, хотя огромное до пола окно с кованной решеткой, и красивая дверь никак не соответствовали сараю. Камин с учетом того, что в нем лежали довольно толстые бревнышки мог гореть весь день и когда мы зашли в комнате было очень тепло. Ошарашенные девчата смотрели во все глаза. На улице было холодно, да еще дул пронизывающий ветер, я предложил им раздеться и погреться у камина. Я могу часами сидеть у камина и смотреть на живой огонь. Но их камин интересовал не очень, они не переставая вертели головами разглядывая то одну, то другую вещь. Наконец переведя дух одна из них изрекла,

– у вас так красиво, лучше, чем в музее.
– Поднявшись на верх они с завистью разглядывали комнату Андрея. Напоив их своим фирменным кофе я отвез их назад. Отчет восторженных сотрудников совершенно не порадовал их начальника. Поглядев на меня своими рыбьими глазами начальник отдела заявила,

– все равно мы отправляем Андрея в спец интернат, бумаги уже все готовы, когда вы оформите на него опекунство вы его оттуда заберете и победоносно посмотрела на меня.
– Я спокойно вытащил справку от невропатолога в которой черным по белому было написано, что у Ковалева Андрея в настоящее время наблюдается суицидальная депрессия и ему необходимо специальное длительное лечение. Показано санаторное-курортное лечение, обязательно в сопровождении родственников. Желательно избегать больших коллективов и не оставлять на длительное время без надзора родственников. Избегать психологических и особенно стрессовых нагрузок.