Чтение онлайн

– Семёныч! Да как же тебя угораздило?

Мастер висел вверх ногами на высоте примерно двух метров над полом. Край его куртки зажевало между двумя огромными шестерёнками. Надо отдать должное, он не растерялся и успел застопорить механизм огромным гаечным ключом.

Вот только выбраться сам так и не смог.

– Эх, - Семёныч, Семёныч! – покачала я головой. – Давно висишь?

– Да часа два уже. Помоги Михаловна, затёк весь. И пить хочется. У тебя с собой водички нет?

– И как ты её пить собрался, вверх ногами-то? Ладно, сейчас тебя вызволим.

Я обошла механизм, соображая, как лучше приноровиться. Меня то и дело перебивал Семёныч, рассказывая, что он всё починил, и даже включил канатку для проверки, тут-то его и засосало. А всё потому, что кто-то пренебрегает выполнением техники безопасности!

Я вот даже волосы коротко стригу, а то бывали случаи – попадёт коса в работающий станок и поминай, как звали.

Поэтому первым делом избавилась от кепки и ветровки, надела рукавицы, отключила механизм и попыталась вытащить из него застопоривший ход гаечный ключ. Пришлось повозиться, но у меня всё же получилось. Теперь нужно выручать Семёныча.

– Я сейчас стремянку принесу и вытащу тебя.

Взяв лестницу, я прихватила с собой нож.

– Семёныч, надо резать. Куртку сильно прихватило, не вытащим.

– Меня Галка со свету сживёт, куртка-то почти новая. Давай, так тяни!

Ну, я потянула. Куртка Семёныча затрещала, а сам он повалился прямо на меня. В этот же момент затрещала, заискрилась наскоро скрученная проводка, и механизм медленно начал прокручиваться. Семёныч, вытаращив глаза, резко оттолкнулся, спрыгивая со стремянки. Та, покачнулась и стала заваливаться прямо на огромную крутящуюся шестерёнку.

– Семёныч, зараза, разомкни провод, - успела я крикнуть, а потом меня накрыла темнота.

Сознание возвращалось медленно, мигая в голове пульсирующей точкой. Ох, вот это меня приложило! Грудь сдавило так, что не вздохнуть, воздуха отчаянно не хватало, горло перехватило.

Я усилием воли подняла руку и заскребла пальцами по шее пытаясь убрать то, что так сильно на неё давило. Наткнулась на что-то тёплое и упругое, ухватилась, оттаскивая. Кислород хлынул в лёгкие, в голове тут же прояснилось.

Было темно, я лежала, раскинувшись на спине, откуда-то слева светил тусклый огонёк, а надо мной нависала тёмная человеческая фигура, от которой так и разило перегаром.

– Вот это Семёныч надрался с утра пораньше, - пронеслось в голове, - разит как от пивной бочки!

Меня аж чуть не стошнило. Мало того, он навалился на меня всей своей немаленькой тушей, так что я не могла даже пошевелиться.

– Семёныч, слезь с меня, - просипела я, - тяжёлый, зараза!

Но вместо этого мужские руки зашарили по моему телу, одна сжала грудь, а вторая скользнула вверх по ноге, до самого бедра.

– Семёныч, ты не офигел ли часом? У тебя жена есть!

Я завозилась, пытаясь сбросить его с себя.

– А ну, лежи смирно! Будешь паинькой, два золотых заплачу! – вдруг рыкнуло сверху.

Голос был совершенно мне не знаком, да и привыкшие к полутьме глаза выхватили округлое лицо довольно щерившегося мужика, которого до этого я точно никогда не видела.

– А ну быстро слез с меня!- зашипела я рассерженной кошкой, - А то!

– А то, что? – ощерился мужик. – Ты моя на всю ночь, так что расслабься и получай удовольствие!

На всю ночь? Да где это я? Что со мной случилось? Отлично помню, как вытаскивала Семёныча из заевшего механизма, как он прыгнул со стремянки, толкая меня прямо на огромные крутящиеся шестерёнки.

Шанс выжить у меня был один из ста, это я отлично понимала и то от меня бы живого места не осталось, а я чувствую себя довольно неплохо, вот только шея побаливает.

Повернув голову в сторону светящегося пятна, я увидела стол, стоящую на нём свечу, поднос кувшином и тарелкой. Дальше действовала на одних рефлексах: протянула руку, схватила кувшин и что есть силы, опустила его на голову уткнувшегося мне в грудь незнакомца.

Тот сдавлено хрюкнул и обмяк. Несколько минут у меня ушло на то, что бы спихнуть его с себя. Потом ещё с минуту лежала, восстанавливая дыхание, затем аккуратно ощупала себя на предмет повреждений.

Руки-ноги гнулись, рёбра тоже вроде целые, зато на себе я обнаружила длинный балахон, задранный сейчас до самого живота. Потихоньку попыталась сесть, голова чуть закружилась, но вскоре всё прошло.

Потянулась к столу, взяла свечу и принялась осматриваться. Больше всего меня интересовал мужик, не убила ли я его ненароком? Он лежал на широкой кровати, уткнувшись лицом в подушку. Увидев на его голове и рубашке расплывшееся алое пятно, наклонилась ниже.

Неужели, кровь? Аккуратно коснулась пальцем и поднесла его к глазам – не похоже. От пальца шёл кисловатый сивушный запах.

– Да это же вин о! Красное! – поняла я.

И словно в подтверждение моей догадки, мужик громко захрапел.

Живой! Это хорошо, не хватало потом объясняться, что я убила его, защищая свою девичью честь.

Поняв, что мне больше ничего не угрожает, я принялась осматривать комнату. Старая тяжёлая мебель, на окне пыльные бархатные гардины, за окном темно – ни единого огонька. Значит, я провалялась в отключке до самой ночи. За это время меня можно было увезти куда угодно, да хоть в другую страну. Только кому понадобилась пенсионерка, да ещё больше смахивающая на мальчишку-подростка?

Длинная сорочка путалась в ногах, ещё и волосы лезли в лицо. Стоп! Какие волосы? Я всегда стригусь очень коротко!

Вернувшись к столу, я поставила свечу и принялась себя ощупывать. Первым делом волосы – длинные, до самой талии, я перекинула их через плечо, рассматривая светлые локоны.

Я всегда была шатенкой. И всегда умела мыслить логически, прекрасно понимая, что шансов выжить у меня не было. Значить все эти разговоры про жизнь после смерти вовсе не выдумки. Только я не думала, что очнусь уже во взрослом теле, для перерождения больше бы подошёл младенец. Но видимо в небесной канцелярии тоже бывают осечки, так как моя память тоже осталась при мне.

Приняв эту мысль, я принялась изучать своё новое тело. Стройное, даже худое. Высокая упругая грудь, узкая талия, переходящая в крутые бёдра, я даже задрала подол сорочки, чтобы в этом убедиться.

Кожа нежная и гладкая, значит тело довольно молодое. Жаль, нет зеркала, чтобы лучше рассмотреть свою новую внешность. Я осмотрела всю комнату, но так его и не нашла. Зато в шкафу наткнулась на несколько платьев, к слову, довольно поношенных, и нашла обувь, которой очень обрадовалась – полы были холодными, я стала уже подмерзать.