Чтение онлайн

Ясон подхватил вирт-панель и подошел к столу Давида – тот стянул один наушник.

– Что ты знаешь о «цифре»?

– В смысле о цифровых наркотиках?

Ясон кивнул.

– Это совокупность видео- и аудиосигналов, которые вызывают у человека изменения настроения, искажения восприятия…

– Я не об этом, – усмехнулся Ясон. – Ты слышал версии, что «цифра» изначально была военной разработкой для создания суперсолдат?

– Э-э-э… ну да, – осторожно согласился Давид и снял наушники целиком.

– А то, что некоторые виды «цифры» ускоряют мышление?

– Да, – кивнул аналитик и начал неожиданно заливаться краской.

Ясон удивленно поднял брови, и Давид покраснел еще больше.

– Вот как. Ладно. – Ясон перекинул ему переписку и продолжил: – Как ты думаешь, «Стерна» могла сама разработать «цифру» и подсунуть ее гениям типа дас Невеса и Таккерея? Для раскрытия их способностей?

Давид открыл рот, но передумал, уставился на письма, а потом снова на Ясона. Тот развернул на своей вирт-панели досье Ноена и протянул аналитику. Он посерьезнел и откинулся в кресле, запустив пальцы в черные кудри.

– У господина Лефевра нестандартные способы повышения эффективности, и он бы мог такое попробовать. Но вряд ли пустил бы на самотек.

– Думаю, Ноен – тоже человек Лефевра. – Ясон положил руки в карманы и прислонился к стене. – Можешь проверить?

Аналитику потребовалось четыре щелчка, чтобы подтвердить его догадку. Ясон посмотрел на потолок: часть светлых панелей в металлической сетке начала крошиться по углам. Если Демьен участвовал в разработке «цифры», он бы не обратился к бывшему наркоману. Который, к тому же, содержит исследовательский центр по реабилитации и уже два месяца избегает профилактического визита к доктору Вернер.

– Ксавьер, как поживает тот специалист, который замещает дас Невеса?

Кубинец потер подбородок:

– Всё окей, они идут с небольшой задержкой, но должны завершить свою часть до испытаний в Шэньчжэне.

– Вот как.

– Ты думаешь, Джек еще раз ударит в то же место?

Ясон пожал плечами:

– Думаю, мы до сих пор не знаем, кто убил дас Невеса. Значит, у Джека все еще есть человек в Sterna Brasil. Амбер!

Девушка подняла голову и посмотрела на него.

– Организуйте нам с Ксавьером визы и билеты, пожалуйста. – Он улыбнулся. – Пора сменить обстановку.

Вирт-браслет издал тихую трель, и на экране высветилось нечеткое изображение. Ясон покачал головой. Почему Коллин, знавший толк в хороших гаджетах, вечно использовал самое плохое разрешение из возможных, оставалось загадкой.

– Привет.

– Вечер добрый, как жизнь? Я вернулся, в меру живой и здоровый, и готов скрасить твое одиночество сегодня! – Интонация получилась нездорово-воодушевленная, как в детских мультиках.

– М-м-м… – протянул Коллин. – Откуда такая уверенность насчет одиночества?

– Был бы занят – не ответил бы, – парировал Ясон.

– Резонно. Что ж с тобой делать. Я в мастерской и скоро освобожусь.

Печатная мастерская «Q», где работал Коллин, находилась вдалеке от центра в промышленном районе. Бумажная продукция пару лет назад окончательно перешла в разряд элитных продуктов, и основной доход приносили рекламные голограммы и некоторые не совсем легальные операции, которые Коллин проворачивал для постоянных клиентов.

Ясон припарковался рядом с двухэтажным зданием из белого кирпича с вывеской «Q». Уже стемнело, и за ночное освещение отвечал похожий на жирафа одинокий фонарь, который как будто разглядывал машину в желтом конусе собственного света. В воздухе стоял запах влажной земли и ржавчины. Повинуясь ритуалу времен работы в мастерской, Ясон закурил, стряхивая пепел в древнюю урну. Над промышленным складом напротив кружили охранные дроны, и белые пятна рыскающих прожекторов с легкостью цирковых артистов взлетали по стопкам контейнеров до самого верха и обратно.

Он почти докурил, когда дверь мастерской открылась.

– Ну кто бы сомневался. Здравствуй, Ясон.

Арт-дилер щелчком отправил сигарету в урну и пожал протянутую руку. Кожи коснулось кружево манжет: на владельце «Q» была черная рубашка с пышными рукавами и удлиненный шерстяной пиджак. На фоне ландшафта промзоны изящный Коллин выглядел как герой сюрреалистических фотографий в стиле Доры Маар 3 .

– Становлюсь предсказуемым, – улыбнулся Ясон. – Я попросил Сачико придержать для нас пару стульев. Устроит?

– Вполне, – ответил Коллин, запирая дверь мастерской.

Они сели в машину, и Ясон вырулил с парковки. Проехав пару метров, уверенно свернул в просвет между домами. Фары высветили гофрированный металл забора, Ясон резко нажал на тормоз. Машину дернуло.

– Черт, здесь же был проезд! – Он озадаченно смотрел вперед.

– Раньше, – добавил Коллин.

– Понял, веди.

Ясон аккуратно сдал назад и вывернул на знакомую дорогу.

К гастробару Chez Sachiko 4 они подъехали минут через двадцать. У входа стояла очередь: относительно трезвые компании и парочки, которые забыли забронировать места. За домом светилась розовым заревом и пульсировала басами безудержного веселья Миллионная улица.

– Ясон Ховард, – негромко представился Ясон охраннику в плохо сидящем черном пиджаке. Чтобы смотреть ему в лицо, приходилось запрокидывать голову.

Охранник коротко дернул уголком рта и сверился со списком на спортивном вирт-браслете. Мышца на лице снова сократилась, – видимо, нервный тик.

– Проходите, – процедил он, отступая в сторону. Его взгляд был направлен на толпу, которая разразилась недовольными комментариями.

В его манере чудилось что-то знакомое. Ясон соединил вместе большой палец и мизинец и тремя остальными пальцами дважды коснулся правого плеча. На такой жест не обратишь внимания – нет ничего необычного в том, что кто-то отряхивает рукав пальто, – но охранник заметил и ответил таким же.

– Благослови, Господи, Миллионную улицу, – ухмыльнулся Коллин. Его пальцы почти утонули в кружевных манжетах, когда он коснулся плеча.

В давно закрывшихся барах Миллионной в дымном пространстве танцевальных залов между клеток из зеленых лазерных лучей двигались люди и куклы. Иногда одни были неотличимы от других, и это не имело никакого значения. Во время Блэкаута на взбалмошной и полной запретных развлечений Миллионной улице произошло меньше всего убийств: здесь жили по законам темного времени суток, питались энергией нелегальных дизель-генераторов, и исчезновение электричества не сильно изменило распорядок жизни. Потом большие боссы, на которых работали Ясон и Коллин, исчезли. Их место заняли новые люди и новые бары с крохотными символами корпораций на вывесках. Что странно, дух Миллионной остался прежним: сюда стекались все те, кому надоедало день ото дня следовать правилам и кто предпочитал крепкому сну крепкие напитки. Неоновые вывески Миллионной клеймом горели в глазах тех, кто проник в ее мир, и Ясон знал, что в зрачках Коллина до сих пор светятся ядовито-розовые искры – такие же, как в его собственных.

Пройдя по кишке коридора, они наконец оказались в полутемном зале. За стойкой было людно. Вместо подсветки перед бутылками на полках плавала эмблема бара с мыльными пузырями – старая и зернистая, первого поколения голограмма была давним подарком Ясона и Коллина.

Девушка-бармен махнула им блестящим протезом и показала на два пустующих стула с краю. Два шейкера взлетели в воздух и превратились в серебристые круги, как лопасти взлетающего вертолета, приземлились в ее руки. По отполированной поверхности протеза змеились синие и розовые полосы неоновых ламп. Она отдала коктейли и подошла к Ясону и Коллину.