Чтение онлайн

Сразу после Тегеранской конференции встал вопрос о послевоенном устройстве Европы. К середине января 1945 г. Красная армия освободила Варшаву и вышла на Одер. Это очень пугало капиталистов. Они были встревожены. Даже в США. Происходило размежевание среди верхушки. Одни были за послевоенное сотрудничество с Советами, другие вынашивали злобные замыслы войны с Союзом ССР.

Поэтому о созыве Ялтинской конференции переговоры шли трудно, долго и нудно. В народе говорят: «Хитрость — второй ум». Сталин полностью оправдал эту народную пословицу. Сколько его Запад ни склонял поехать в заморские края на конференцию, он все же уломал Ф. Рузвельта, У. Черчилля приехать в Крым. При этом хитрил, ссылаясь на десятки причин о невозможности выехать из пределов Союза ССР. Сталин предлагал В. Молотова, но Запад и США желали иметь дело только с маршалом Сталиным. Переговоры состоялись с 4 по 11 февраля 1945 г. в Ливадии во дворце Воронцовой-Дашковой. Однако в СССР готовились и другие помещения для этой конференции.

Вспоминает бывший комендант дачи Сталина И. Орлов: «Так, например, для, подготовки здания для конференции выехали в Одессу министр НКВД Круглов, начальник управления правительственной охраны Кузнецов, его зам. Воронин, генерал Аполлонов, Кирдин и Кабулов. Немецкие военнопленные ремонтировали гостиницу «Лондонская» и санаторий им. Чкалова для возможного там проведения конференции. После большой подготовительной работы нас неожиданно из Одессы отозвали и направили в Крым».

Таким образом, трамплин для взлета тройки глав правительств в Потсдам был подготовлен в Ливадии.

Гонимые Красной армией на фронтах вражеские полчища фашистов подгоняли лидеров Запада и Америки в Берлин. Они не ехали, а летели в Потсдам в страхе от восстаний освободившихся из-под ярма фашизма народов Европы. С другой стороны, опасались, чтобы Сталин не наложил свою могучую лапу на сферы влияния в Европе и на Балканах.

Но прежде чем прибыл туда Сталин, в один из районов Потсдама Бабельсберг выехала бригада начальства из управления охраны, среди которых были С. Ефимов, И. Орлов, И. Федосеев. В намеченной резиденции Сталину в Бабельсберге в вилле бывшего немецкого генерала Людендорфа расставили позолоченную мебель, кресла, столы, еще ранее принадлежавшие генералу, и стали ожидать Сталина. 17 июля в 12 часов Сталин появился, в Бабельсберге. Его встретили у виллы С. Ефимов с помощниками и повели показывать апартаменты. Сталин предложил всю позолоченную мебель из комнат вынести и заменить простой.

В тот же день в 17 часов во дворце Цециельхов открылась конференция глав трех государств. Г. Трумен, У. Черчилль, Сталин со своими советниками расположились за круглым столом. Снова пошла борьба за сферы влияния, деление немецкого флота, о репарациях, франкистском режиме в Испании, создание ООН и многое другое.

Вспоминает бывший прикрепленный Сталина В. Туков:

«Я стоял на посту у двери дворца заседаний тройки. Рядом стояли американец и англичанин из охраны своих лидеров. Я долго добивался от них, кто они. Тем более я не знал английского языка, а они русского. Начали обговаривать жестами рук и пальцами. Наконец я добился, что американец— владелец пулеметного завода. Я спрашиваю: «Что вас заставило стоять здесь на посту, разве вы так бедны? Вы же владелец завода?». Американец ответил: «У нас в Америке любой капиталист считает за честь охранять своего президента. Вот по этой причине я стою с вами здесь на посту у дверей дворца, где идет заседание с участием моего президента».

Премьер Великобритании У. Черчилль работал в тройке до 28 июля. В тот день его в Англии на выборах забаллотировали. За это время Г. Трумен успел похвастать Сталину о появлении новорожденного в Америке. Он намекнул на создание атомной бомбы. Сталин понял, но как бы пропустил между ушей и внешне не обратил внимания на шантаж Трумена».

Продолжает И. Орлов: «Сталин устроил прощальный ужин господину Черчиллю, после которого дал концерт с участием выдающихся пианистов Э. Гилельса, В. Софроницкого, А. Дедюхина, скрипачки Галины Бариновой, виолончелистки Марины Козолуповой».

Свидетельствует Галина Баринова: «На концерте присутствовали Г. Трумен, У. Черчилль, Сталин, К. Рокоссовский и польские товарищи. Вел концерт Сталин, предварительно давая пояснения гостям через переводчика. Я тоже хорошо владела английским языком, поэтому всякие шпильки со стороны гостей отлично понимала. Сталин подходил к каждому из нас и обращался: «А вы, дорогой Гилельс, что гостям исполните?». И так к каждому. Мы волновались и изрядно бледнели. Сталин заметил нам по секрету: «Вы не волнуйтесь. Здесь не тонкие и не музыкально тонкие люди присутствуют». Мы осмелели и расслабились. Сталин был очень любезен и гостеприимен. Играли Баха, Бетховена, Моцарта. Дошла очередь и до меня. Сталин подошел ко мне и спросил: «А вы, дорогая, что нам исполните?». Я на скрипке исполнила «Турецкий марш» Моцарта и другие классические произведения. Тут я спросила господина Черчилля, на английском языке, что бы он желал услышать из классики. Это было для него неожиданным. Он даже как-то часто заморгал глазами и потянулся за сигаретой. И господин Черчилль, к моему удивлению, назвал пустую английскую песенку. Я тут же ему на слух ее проиграла. Когда Сталин проводил гостей, он обратился к нам: «Вы, может, для нас что-нибудь поиграете?». Мы ответили: «С удовольствием». Все мы расселись в мягкие кресла и почувствовали себя как дома.

Много играли Сталину, Рокоссовскому и польским гостям вплоть до полонеза Огинского.

Наконец Сталин попросил музыкантов поиграть, что-либо славянское, народное, русское. Наши светила замялись. Видя такое дело, я взяла инициативу в свои руки и села за рояль. Играла Дунаевского, Соловьева-Седого, М. Блантера, М. Фрадкина и произведения других композиторов. Сталин все время стоял у рояля, несколько задумавшись. Потом он в заключение попросил меня исполнить вальс Шатрова «На сопках Маньчжурии». Сталин снова стоял у рояля весьма печальный. И вот концерт окончен. Наутро Сталин мне преподнес громадный букет роз и сказал: «Благодарю вас за труд в искусстве». Нам выделили специальный самолет и отправили в Москву. Господина Черчилля проводили из Бабельсберга, а новый премьер-министр К. Этли не прибыл. Тут образовалось 3-дневное окно в работе конференции.

Вспоминает полковник в отставке Н. Кирилин: «Примерно 29–30 июля Сталин отправился осматривать Берлин, его разрушения. Снова проехали по понтонному мосту через реку, вероятнее всего это река Хафель, и оказались в Потсдаме, а затем в Берлине. Сталина по улицам Берлина сопровождали генерал Власик, девятка, А. Поскребышев, профессор медицины А. Бакулев и др. По обочинам дороги на улице стояло много немецкого народа, которые с удивлением смотрели на советского вождя, сумевшего со своим народом свернуть шею мировому фашизму, перед которым пали на колени 10 стран Европы и прозябали под фашистским сапогом. Через три дня приехал К. Этли, и заседание тройки продолжалось. Как в Берлин, так и из Берлина Сталин ехал поездом».

Продолжает воспоминания В. Туков: «По приезде в Москву Сталин пригласил в Кремль известных физиков И. Курчатова и Ю. Харитона. Я находился в приемной Сталина. Они уже ожидали приглашения к нему. Но я не знал их. Они были в поношенных захудалых костюмах, на вид невзрачные мужички. Тут я проявил нетактичность. Обращаясь к А. Поскребышеву, спросил: «Откуда вы набираете в приемную таких оборванцев?». Поскребышев приложил ладонь к моему уху и прошептал: «Тише, тише. Это крупные ученые. Сталин дознается о таких суждениях, греха от него не оберешься». Речь шла между Сталиным, Курчатовым, Харитоном об ускорении работ по созданию атомной бомбы. И. Курчатов сказал: «Сделаем все, чтобы вовремя появилась у нас атомная бомба». С этими заверениями ученые и отбыли от Сталина.

После кончины Сталина мне довелось работать при И. Курчатове, Ю. Харитоне, а затем при А. Сахарове. Это были замечательные люди, отдавшие весь свой талант ученых укреплению обороноспособности Союза ССР».

Имел ли Сталин отношение к репрессиям Н. Ежова? Нарком НКВД СССР Н. Ежов руками троцкистов в Свердловске, Ленинграде и других областях уничтожил 1400 чекистов. Ежов похвалялся: «Я подчистил органы НКВД от врагов, расстрелял 1400 чекистов». Мог ли Сталин пойти на это? Никогда. Дело в том, что первым заместителем Н. Ежова был М. Фриновский. Ранее работал заместителем Г. Ягоды, который по областям расставил у власти в НКВД и партаппарате верных ему исполнителей троцкистских замыслов. Это прежде всего уничтожать честных людей, чекистов руками троцкистов. Как появился в НКВД Лаврентий Берия? Как известно, Берия был арестован в Баку в годы революции. Арестовали его меньшевики и английская разведка. Очередной раз готовился арест Берии. У Дзержинского был уже заготовлен ордер на его арест. Выручил А. И. Микоян. Он заступился за Берию и обратился с просьбой к Сталину, а тот к Дзержинскому. Будучи у власти в Закавказье, Берия наводил террор, уничтожая даже личных противников. Однажды в троллейбусе я спросил женщину по национальности грузинку, куда она едет. Она ответила: «Искать могилу отца, который был расстрелян». Я заметил, что, очевидно, виновен Сталин. Она ответила: «Сталин тут ни при чем. Виноват Берия. На его совести лежит смерть моего отца. Только вот не знаю, где он захоронен, буду могилу искать».

В сентябре 1937 г. я являлся комендантом вагона А. Микояна. Находились мы с ним в Армении по вопросу ареста сепаратистов, в основном руководителей Армении. Вскоре там появился Г. Маленков, занимавший должность в ЦК ВКП(б) начальника руководящих кадров. Прискакал туда в своем вагоне Л. Берия. Там они и завязали дружбу, позднее к ним подключились Н. Хрущев, Н. Булганин. После ареста Н. Ежова Сталин предлагал эту должность Валерию Чкалову. Но Берия сделал все, чтобы Чкалов не попал в НКВД. Иначе можно было ожидать скамью подсудимых Берии, Маленкову, Хрущеву, Кагановичу и др. Берия громил простой народ. Он был националист, троцкист, шовинист и реставратор капитализма в СССР. Берия сам допрашивал арестованных при помощи концентрационного арапника. Он не подчинялся генпрокурору Сафонову. В НКВД он создал свою прокуратуру во главе с прокурором генералом Дараном. О беззакониях в НКВД Берия Сталину не докладывал. Сам решал вопросы расстрелов. Будучи во главе блока, Берия имел неограниченную власть. Он провоцировал исподтишка Сталина, вскрывая все новых террористов против него. Практически он в Политбюро стал вторым лицом после Сталина. Он рвался к власти и был в душе заинтересован в смерти Сталина, хотя последнего никто не отравлял и не убивал. Берия его отравил доносами, провокациями, мнимыми покушениями на Рице, на Мацесте, на море, на мосту через речку. Сталин под влиянием этой пятерки в Политбюро иногда колебался и принимал решения в угоду пятерке, во вред своему авторитету. Брошюры «Рядом со Сталиным» написаны по просьбе телохранителей Сталина В. Тукова, В. Косарева, М. Старостина, И. Хрусталева, Н. Кирилина, комендантов дач И. Орлова, С. Соловова, П. Лозгачева, из девятки Г. Кузнецова, В. Круташева и др. Описание деятельности Сталина мною началось с 1932 г., с тех пор, как я начал работать у Сталина и в Большом театре. Я не писатель, а летописец истории деятельности, отдыха, работы Сталина. Была задача — показать Сталина в соответствии с его титаническим трудом.