Чтение онлайн

«Учитель: Так какие выводы мы можем для себя сделать, как должен жить человек, к чему он должен стремиться? Давайте с вами еще раз вернемся к тем высказываниям, которые были приведены в начале нашего урока. Какое из них отражает истинное лицо эпохи?»

Предполагается, что после такой обработки сознания ученики дадут «правильный» ответ, выразив предпочтение стихам Натана Коржавина и осудив стихи Нины Швецовой, а заодно Сталина и его эпоху.

Разумеется, при обработке сознания студенческой аудитории антисталинисты прибегают к более изощренным приемам. Примером этого является программа «научно-образовательного форума «И.В. Сталин: миф, осмысление, преодоление», проведенного в Российском государственном гуманитарном университете в марте 2003 года.

В рассказе о форуме сказано, что он «начался с открытия выставки, подготовленной сотрудниками Государственного исторического музея и Всероссийского музея декоративно-прикладного и народного искусства, на которой представлены уникальные плакаты сталинской эпохи, демонстрирующие пропагандистские средства и методы идеализации личности Сталина как «отца народов», друга детей и продолжателя дела Ленина и т. д. На выставке представлена как классика жанра, так и редкие экспонаты, отражающие различные аспекты мифотворчества и господства идеологии при тоталитарном режиме. Как заметила куратор выставки Т. Г. Колоскова, по представленным плакатам можно проследить выстраивание новой иерархии вождей СССР, а также эволюцию настроений общества до и после смерти И.В. Сталина». Хотя организаторы форума создают впечатление объективности в выборе экспонатов, их отношение к Сталину и его времени определено фразами о «мифотворчестве» «тоталитарного режима» и ироническими высказываниями об «отце народов».

Далее сказано, что «центральным событием форума стала презентация мультимедийного информационно-образовательного проекта «XX съезд». Понятно, что таким образом хрущевский доклад стал главным средством оценок Сталина и его времени. При этом организаторы форума старательно подводили студентов к мысли о том, что они добровольно принимали антисталинские установки: «Данный проект представляет собой одно из видений универсальной образовательной модели XXI века, когда происходит самостоятельное постижение студентами сущего с помощью преподавателя, а не перемещение знаний из головы преподавателей в головы студентов. На мультимедийном диске «XX съезд» представлен не только XX съезд, размежевавший эпохи, но совокупность фактов, факторов и явлений, составлявших тот исторический, социальный и идеологический контекст, в котором, подобно грому среди ясного неба, раздался с самой высокой государственной трибуны призыв к разоблачению культа личности Сталина».

Для идейной обработки сознания использовались самые разнообразные средства: «В программе «Кино Сталина, Сталин в кино» искусствовед A.M. Шемякин столкнул два кинематографических мира — мир сталинского кино, создающий миф о Сталине и сталинской эпохе, и мир кино постсталинской эпохи (вплоть до нашего времени, представленного фильмом А. Германа «Хрусталев, машину!»), развенчивавшего этот миф. Перед аудиторией прошла история демифологизации образа Сталина с 50-х гг. до 2000-х, построенная на эпизодах из знаковых картин каждого из десятилетий».

Чтобы создать впечатление о своей объективности и продолжить развенчание Сталина и его времени, по словам организаторов программы, «первый день Форума завершился концертом солистов хора РГГУ из г. Иваново, которые исполнили песни сталинской эпохи, среди которых были как военные и патриотические песни, так и романсы». Очевидно, эта концертнай программа должна была подвести студентов к тем же мыслям, какие внедряли в умы школьников на уроке по внедрению негативного отношения к Сталину и его времени. Скорее всего, песенная культура сталинской эпохи изображалась как искаженное изображение «мрачной реальности». Теперь студенты могли снисходительно посмеиваться, выслушивая песни тех лет, так как они были уверены, что получили полную информацию о том, что на самом деле творилось в сталинские годы. Точно так же школьники, получив заряд антисталинизма, могли теперь посмеяться над Стихами Швецовой.

Форум продолжался в ходе круглых столов: «Факультет истории, политологии и права ИАИ РГГУ провел круглый стол на тему: «Формирование образа мира средствами науки и образования в сталинскую эпоху». Главными темами докладов и последующей дискуссии было восприятие «своего» и «чужого» в советском обществе, его закрытость и влияние науки и образования на самоидентификацию общества и государства. Участники круглого стола «Сталин и гуманитарные науки», проводимого Институтом лингвистики, обсуждали сталинское влияние на языкознание, логику, литературоведение, психиатрию и антропологию. В ходе обсуждения разгорелась бурная дискуссия по поводу сталинского учения о нациях, сыгравшего решающую роль в укреплении марксистского влияния на гуманитарные науки». Очевидно, что не везде дискуссии шли так гладко, как ожидали их организаторы.

«Участники круглого стола «Память науки: биология в сталинскую эпоху», в числе которых были член-корреспондент РАН Л.М. Чайлахян и доктор физико-математических наук В.В. Смолянинов, обсуждали проблемы, обусловившие сталинскую кампанию борьбы с «буржуазной биологией», последствия этой кампании, определившие развитие естественных наук, раскол научного сообщества и судьбы советских ученых. Участники круглого стола «Проектное мышление сталинской эпохи» под руководством М.П. Одесского обсуждали статус естественных наук при тоталитарном режиме. В ходе обсуждения затрагивались как вопросы онтологического характера, так и культурные феномены гуманитарных наук эпохи. В заключение круглого стола Институт новых образовательных технологий РГГУ представил проект создания и применения учебно-исследовательского комплекса нового поколения на примере материалов по истории тоталитарного режима». Постоянное использование слов «тоталитарный режим» видимо определяло характер обсуждения на этих круглых столах.

«На круглом столе «Сталин и искусство, Сталин и культура», организованном факультетом истории искусства, обсуждался культурологический контекст складывания культа личности, его социокультурные основы и различные аспекты советской культуры сталинской эпохи. В Институте филологии и истории прошел круглый стол «Сталин и литература» под руководством Г.А. Белой. В обсуждении приняли участие виднейшие исследователи русской истории и литературы, обсудившие специфику литературного процесса и литературного быта сталинской эпохи. После докладов участники конференции проанализировали парадигму социалистического реализма и детерминировавшие его стилистические и художественные факторы. Михаил Вайскопф, автор книги «Писатель Сталин», резюмируя интереснейшую полемику, назвал социалистический реализм направлением системной псевдоправды, основанной на тотальной лжи». Очевидно, оценки Михаила Вайскопфа были признаны главным выводом из дискуссии.

Об активном участии в организации и ведении форума иностранцев свидетельствует и заключительная фраза отчета о нем: «Форум завершился мультимедийной презентацией «Иконография Сталина в плакате», представленной доктором К. Вашиком по материалам уникального собрания русских и советских плакатов РГБ, Института русской и советской культуры им. Ю.М. Лотмана и Рурского университета (Бохум, Германия)».

Так, создавая у студентов иллюзии непредвзятого подхода к Сталину и его времени и свободного обмена мнениями по этим предметам, организаторы форума закрепляли внедренные еще со школьных времен антисталинские стереотипы. Подобные мероприятия проводились не только в РГГУ, а во многих высших учебных заведениях страны. Преподавание антисталинизма стало одним из идейных основ общественно-политического строя современной России.

Получалось» что внедрению в общественное сознание антисталинских представлений в школах, средних специальных и высших учебных заведениях, через средства массовой информации, особенно электронные, противостояли лишь отдельные публикации в отдельный оппозиционных газетах и отдельные книги и брошюры» выпускавшиеся крайне малыми тиражами. Тем не менее значительная часть населения России отторгала антисталинизм.

На это обратили внимание руководители Центра исследований политической культуры России (ЦИПКР) С. Васильцов и С. Обухов в своей публикации «Иосиф Сталин: неоконченная эпитафия», опубликованной в газете «Советская Россия» от 5 марта 1996 года. Ссылаясь на социологические обследования, проведенные Центром, они обратили внимание на неоднозначность влияния антисталинской пропаганды на общественное сознание. С одной стороны, указывалось в статье, судя по данным опроса ЦИПКР 1989 г., окажись Сталин «каким-то чудом среди кандидатов в союзные депутаты… за него решилось бы проголосовать этак 2–3 процента наших соотечественников, не более». С другой стороны, «опросы нашего Центра еще горбачевскойпоры наглядно показывали, что лишь сравнительно узкий слой населения, не больше 17 процентов, соглашался с мнением, будто все публикуемое о Сталинеесть правда, и требовал новых, столь же громких разоблачений. Куда более осторожную и даже настороженную позицию уже тогда — в разгар яковлевских «откровений» и реабилитаций — избрал другой сектор общества, вобравший в себя 23 процента граждан. Эти еще верили, что «телевещание, и радио, и газеты якобы сообщают им достоверные данные. И все-таки в их сознание проклевывалось и некое «но». Мол, осуждение Сталина «не должно превращаться в огульное охаивание всех достижений народа».