Старомодная война
Шрифт:
Ремо сложил свиток. В свитке, который дал ему Чиун, было только одно упоминание места, а так как Чиун раньше него узнал, что премьер-министр была похищена именно в Бате, Ремо оставалось только предположить, что место действия — старый оборонительный дом Граникуса в двух стадиях к северу по военной дороге.
Со времён Граникуса, даже когда он покинул этот мир с помощью Мастера синанджу, прошло не менее двух тысяч лет, и вряд ли существовал хоть один человек, который слышал о нём или знал людей, которые могли что-либо рассказать об этом. Так что Ремо Вильямсу нечего было суетиться и задавать какие-либо вопросы. Нужно было просто пораскинуть мозгами.
На британском контрольном пункте было подробное описание незнакомца, одетого в серые брюки и чёрную рубашку с т-образным вырезом. Было отмечено, что он, читая свиток, вошёл в дом, в котором находился родник, а потом обратился с вопросом к находящемуся поблизости человеку, который оказался полицейским агентом в штатском.
Констебль Блейк ответил:
— Если вас это интересует, здесь есть дорога, по которой возят оружие, сэр.
Незнакомец, которого, как было указано в его паспорте, звали Ремо Вильямс, ответил:
— Нет, не эта. Более старая.
— Она была построена на месте старой нормандской дороги, сэр, — ответил констебль Блейк.
— Ещё старее. Сколько дорог на север вы знаете?
— Совсем немного.
— Какая из них старше?
— Боюсь, что я не могу дать нужные вам сведения, сэр.
Покорившись, Ремо отправился на север. Он осматривал каждую из дорог и их окрестности. Он расспрашивал всех прохожих, что из себя представляет стадия. Наконец одна юная школьница объяснила ему её действительную величину.
Школьница также знала, где находится старая римская дорога. Она указала на маленькие белые столбики на обочине дороги и сказала Ремо:
— Это римские мильные столбы. Они указывают расстояние до их империи. Любой идиот знает это.
— Я американец, — сказал Ремо.
— О, прошу прощения. Просто следуйте вдоль этих белых столбиков. Вы умеете считать?
— Я умею считать. Я просто не знаю, где находится старая римская дорога, вот и всё.
— Да, конечно. Всё в порядке. Вы действительно не можете знать всех этих вещей. Просто следуйте вдоль этих белых столбов.
— Множество людей не знает о римских мильных столбах.
— Да. Многие не знают. Если вы потеряетесь, попросите помощи у полисмена, — сказала маленькая девятилетняя девочка.
— Я справлюсь, — сказал Ремо, который мог сосчитать, сколько людей наблюдали за ним, следя за его движениями на мониторах в своих штаб-квартирах.
— Я надеюсь, что вы справитесь, — сказала хорошенькая маленькая девочка с разными зубами, школьными учебниками, веснушками, косами и другими обычными атрибутами английской школьницы. — Только не ходите посередине дороги, сэр. Машины опасны.
Ремо прочистил горло.
— Машины не опасны. Это я опасен.
— Конечно же, вы опасны. Вы очень опасный человек, — сказала она, насмехаясь над ним, как и все дети, которые обычно насмехаются над взрослыми. — Но, пожалуйста, отойдите на обочину дороги.
Ремо заметил полицейский фургон, припаркованный на обочине. В нём были камеры, наблюдавшие за ним.
Он подошёл к машине и начал откручивать одну из фар. Потом он взялся за покрышки, затем за одно колесо, потом за другое, а затем, с большим шумом, и за крышу.
— Опасный, — повторил Ремо.
— Разрушительный, — сказала британская школьница.
Детективы Скотланд-Ярда получат свой фургон без крыши.
— Оставайся там, где стоишь. Я приехал, чтобы вернуть вам вашего премьер-министра. Не надо ходить за мной.
— Останусь с ним, — согласилась девочка. — Он, конечно, очень силён, но с виду похож на доброго малого, ты не думаешь?
— А вот я не «добрый малый», — сказал Ремо. — Я наёмник. Я убиваю людей. Я убил много людей.
— Это хорошо. Они, должно быть, были скверными людьми, но, пожалуйста, оставайся на обочине и внимательно следи за движением.
Ремо выстрелил в камеру, с помощью которой полиция наблюдала за ним. Он мог слышать, как один из них сказал по телефону:
— Наблюдаемый квалифицировал себя как опасного наёмника.
Ремо продолжил свой путь по старой римской дороге вдоль множества маленьких столбиков, как ему посоветовала девочка.
Он знал дорогу, находящуюся под его ногами.
Это был обычный способ строительства дорог. Новые дороги строились на месте старых, только сверху клались мостки. То же самое делали и с городами: громоздили новый город на месте старого.
Ремо достиг нужного столба и осмотрелся вокруг. Справа от него было поле зерна. Слева — стадо овец. Невдалеке, отделённый от дороги каменными стенами, стоял маленький коттедж.
Никаких развалин большого особняка. Ничего похожего на старое римское здание. Ничего. Британская провинция и ничего больше.
— Он остановился там, где они захватили машину премьер-министра. Он осматривается, — Ремо расслышал чей-то голос. — Сейчас он повернулся и смотрит сюда, приложив палец к губам. Ей-богу, этот человек слышит меня, хотя я нахожусь в полумиле позади него на дороге!
Если до этого Ремо не хватало спокойствия и тишины, то теперь он мог найти всё это здесь, вокруг. Где-то далеко пыхтели машины, а здесь ветер тихонько шевелил колосья, и Ремо вздохнул, ощущая запахи земли, влажной, пахнущей грязью и дымом, кожей чувствуя все звуки, запахи и шумы.
Он обследовал шоссе у себя под ногами. Под этой дорогой был камень, тяжёлый камень. Земля была ему помехой. А в полумиле отсюда возвышался маленький травянистый холмик.
Ремо вспомнил замечание Чиуна о старом доме в Иудее, он говорил, что здания в сельской местности, если за ними не следить, уходят под землю. А если это происходит в течение нескольких столетий, растения и земля образуют над ними небольшие холмы. Только в последнее время археологи стали обращать внимание на эти холмы и раскопали под некоторыми из них старые города.
Ремо обошёл каменную стену и двинулся по полю с золотистыми колосьями к зелёному холму. Он шёл, ориентируясь на камни, до тех пор, пока не увидел своеобразный раскоп. Обычно траву удаляют кое-как, совершенно не заботясь о внешнем виде, а здесь это было сделано очень аккуратно, как будто по холму провели скальпелем. Это было похоже скорее на заплатку, заплатку из земли.
Ремо начал рыть землю руками. Он слышал, что констебли позади него на дороге говорили, что он что-то зарывает. Под руками была грязь. Кто-то, вероятно, уже рыл здесь, и поэтому теперь ему было немного легче. Через несколько минут он добрался до первого камня стены старого дома Граникуса и был вознаграждён за своё усердие.