Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Стихотворения (1809-1816)
Шрифт:

29 мая 1814 г.

Перевод А. Блока

ЕВРЕЙСКИЕ МЕЛОДИИ

Она идет во всей красе

Она идет во всей красе — Светла, как ночь ее страны. Вся глубь небес и звезды все В ее очах заключены, Как солнце в утренней росе, Но только мраком смягчены. Прибавить луч иль тень отнять — И будет уж совсем не та Волос агатовая прядь, Не те глаза, не те уста И лоб, где помыслов печать Так безупречна, так чиста. А этот взгляд, и цвет ланит, И легкий смех, как всплеск морской, Все в ней о мире говорит. Она в душе хранит покой И если счастье подарит, То самой щедрою рукой!

12 июня 1814 г.

Перевод С. Маршака

***

Убита в блеске красоты! Да спит легко под вечной сенью, Да сблизят вешние цветы Над ней прозрачные листы И кипарис овеет тенью. Печаль у синих этих вод Помедлит с горькой, смутной думой, Вздохнет — и тихо отойдет… Безумец! Разве твой приход Смутит могилы сон угрюмый! Мы знаем: Смерть не слышит нас, Не видит наших потрясений. Но разве это в грустный час Удержит нас от слез и пеней? Ты говоришь: забудь! Но сам Ты бледен, ты готов к слезам.

Перевод В. Левика

Душа моя мрачна

Душа моя мрачна. Скорей, певец, скорей! Вот арфа золотая: Пускай персты твои, промчавшися по ней, Пробудят в струнах звуки рая. И если не навек надежды рок унес, Они в груди моей проснутся, И если есть в очах застывших капля слез — Они растают и прольются. Пусть будет песнь твоя дика. — Как мой венец, Мне тягостны веселья звуки! Я говорю тебе: я слез хочу, певец, Иль разорвется грудь от муки. Страданьями была упитана она, Томилась долго и безмолвно; И грозный час настал — теперь она полна, Как кубок смерти, яда полный.

Перевод М. Лермонтова

Ты плачешь

Ты плачешь — светятся слезой Ресницы синих глаз. Фиалка, полная росой, Роняет свой алмаз. Ты улыбнулась — пред тобой Сапфира блеск погас: Его затмил огонь живой, Сиянье синих глаз. Вечерних облаков кайма Хранит свой нежный цвет, Когда весь мир объяла тьма И солнца в небе нет. Так в глубину душевных туч Твой проникает взгляд: Пускай погас последний луч — В душе горит закат.

Перевод С. Маршака

Ты кончил жизни путь…

Ты кончил жизни путь, герой! Теперь твоя начнется слава, И в песнях родины святой Жить будет образ величавый, Жить будет мужество твое, Освободившее ее. Пока свободен твой народ, Он позабыть тебя не в силах. Ты пал! Но кровь твоя течет Не по земле, а в наших жилах; Отвагу мощную вдохнуть Твой подвиг должен в нашу грудь. Врага заставим мы бледнеть, Коль назовем тебя средь боя; Дев наших хоры станут петь О смерти доблестной героя; Но слез не будет на очах: Плач оскорбил бы славный прах.

Перевод А. Плещеева

Видение Валтасара

Царь на троне сидит; Перед ним и за ним С раболепством немым Ряд сатрапов стоит. Драгоценный чертог И блестит и горит, И земной полубог Пир устроить велит. Золотая волна Дорогого вина Нежит чувства и кровь; Звуки лир, юных дев Сладострастный напев Возжигают любовь. Упоен, восхищен, Царь на троне сидит — И торжественный трон И блестит и горит… Вдруг — неведомый страх У царя на челе И унынье в очах, Обращенных к стене. Умолкает звук лир И веселых речей, И расстроенный пир Видит (ужас очей!): Огневая рука Исполинским перстом На стене пред царем Начертала слова… И никто из мужей, И царевых гостей, И искусных волхвов Силы огненных слов Изъяснить не возмог. И земной полубог Омрачился тоской… И еврей молодой К Валтасару предстал И слова прочитал: Мани, фекел, фарес! Вот слова на стене, Волю бога с небес Возвещают оне. Мани значит: монарх, Кончил царствовать ты! Град у персов в руках — Смысл, середней черты; Фарес — третье — гласит: Ныне будешь убит!.. Рек — исчез… Изумлен, Царь не верит мечте. Но чертог окружен И… он мертв на щите!..

Перевод А. Полежаева

Солнце бессонных

Бессонных солнце, скорбная звезда, Твой влажный луч доходит к нам сюда. При нем темнее кажется нам ночь, Ты — память счастья, что умчалось прочь. Еще дрожит былого смутный свет, Еще мерцает, но тепла в нем нет. Полночный луч, ты в небе одинок, Чист, но безжизнен, ясен, но далек!..

Перевод С. Маршака

***

У вод вавилонских, печалью томимы, В слезах мы сидели, тот день вспоминая, Как враг разъяренный по стогнам Солима Бежал, все мечу и огню предавая. Как дочери наши рыдали! Оне Рассеяны ныне в чужой стороне… Свободные волны катились спокойно… "Играйте и пойте!" — враги нам сказали. Нет, нет! Вавилона сынов недостойно, Чтоб наши им песни святые звучали; Рука да отсохнет у тех, кто врагам На радость ударит хоть раз по струнам! Повесили арфы свои мы на ивы. Свободное нам завещал песнопенье Солим, как его совершилось паденье; Так пусть же те арфы висят молчаливы: Вовек не сольете со звуками их, Гонители наши, вы песен своих!

15 января 1813 г.

Перевод А. Плещеева

Поражение Сеннахериба

1
Ассирияне шли, как на стадо волки, В багреце их и в злате сияли полки, И без счета их копья сверкали окрест, Как в волнах галилейских мерцание звезд.
2
Словно листья дубравные в летние дни, Еще вечером так красовались они; Словно листья дубравные в вихре зимы, Их к рассвету лежали рассеяны тьмы.
3
Ангел смерти лишь на ветер крылья простер И дохнул им в лицо — и померкнул их взор, И на мутные очи пал сон без конца, И лишь раз поднялись и остыли сердца.
4
Вот расширивший ноздри повергнутый конь, И не пышет из них гордой силы огонь, И как хладная влага на бреге морском, Так предсмертная пена белеет на нем.
5
Вот и всадник лежит, распростертый во прах, На броне его ржа и роса на власах; Безответны шатры, у знамен ни раба, И не свищет копье, и не трубит труба.
6
И Ассирии вдов слышен плач на весь мир, И во храме Ваала низвержен кумир, И народ, не сраженный мечом до конца, Весь растаял, как снег, перед блеском творца!

Сихэм, 17 февраля 1815 г.

Поделиться с друзьями: