Чтение онлайн

Всё закончилось….

«Всё закончилось!» — радостно бьется в голове. По щекам текут слезы. Я в шаге от того, чтобы броситься к нему в объятия. Я обязательно это сделаю, как только мое тело вернет чувствительность и перестанет быть таким деревянным.

Выполняя свое обещание, Аслан ломает руки и пальцы нападавшему. Откуда у него силы, он ведь ранен?

— Я всегда держу слово, — спокойный голос Аслана перекрывает жуткий крик психопата. Девушка-официантка ползет к своему парню, который пытается встать на ноги, держась за живот.

— Мы уже вызвали полицию, — появляется из-за стойки недомужик с табличкой «администратор» на груди. Заикаясь, он отчитывается перед Асланом.

— Съе*сь! — рявкает на него Арданов, отбрасывая от себя психопата.

Вой полицейских сирен сливается с шумом в кафе. Трусы выползают из-под столов. Девушек и женщин трясет, как и меня. У многих из них не исчезло ещё выражение страха с лица. Я почти смирилась с чёрными кругами перед глазами, они все равно не собираются исчезать.

— Аслан.… — выговариваю едва слышно, пытаясь подняться из-за стола. Хочу обнять его. В этом шуме он меня, конечно, не слышит. Аслан даже не смотрит в мою сторону. Его плечи напряжены, руки сжаты в кулаки.

«Аслан», — мысленно. Он оборачивается, будто услышал меня. Он до сих пор в ярости, зло втягивает носом воздух. Смотрит на меня так, будто придушить готов.

Неважно.…

Он ранен. Нужно ему помочь!

Аслан первым оказывается рядом, мои действия всё ещё заторможены.

— Давай договоримся: ты не будешь останавливать в моих жилах кровь, — обнимает меня, прижимая к себе с такой силой, что ребра трещат. — В моих планах сделать тебя матерью наших детей, — от его серьёзного тона по моим щекам текут слезы. Мне кажется, это звучит почти так же круто, как: «Я тебя люблю». — Ещё раз не ответишь на мои звонки… — угроза так и повисает в воздухе. Ворвавшиеся в кафе полицейские наводят много шума. — Сиди здесь, никуда не ходи, — его внимания требуют полицейские, но их требования останавливает его холодный взгляд и резкое: — Я сейчас подойду.

— Ты ранен! — вновь обратив внимание на расползающееся красное пятно на груди.

— Это царапина, Еся. Не о чем переживать. Пуля резиновая, выпущена была из дешевого травмата, — объясняет мне. — Ты сама как? — спрашивает он, обхватывая мое лицо руками, заглядывает в глаза.

— Испугалась сильно, а так всё нормально, — веду плечами. «Даже чёрные точки перед глазами почти исчезли», — мысленно добавляю я.

— Я скоро тебя заберу, посиди несколько минут, — просит меня.

— Аслан, как ты здесь оказался? — интересуюсь я, вспоминая чувство удивления при его появлении.

— Позже об этом поговорим, — оглядывается на входящих в кафе медработников.

Отвлекается на разговор с полицейским, показывает им свое удостоверение. Я замечаю страх на лицах стражах порядка, а в голосе раболепие.

Фельдшер из скорой помощи предлагает Аслану обработать рану.

— Займитесь другими, со мной всё в порядке, — отмахивается он. — А лучше измерьте ей давление, — указывает на меня. — Мне не нравится, что ты такая бледная. Присядь, — отодвигает для меня стул.

Сама не поняла, как разговор перешел на меня.

— Со мной всё хорошо, а вот твою рану нужно обработать, я ей займусь.

— Еся.… — пытается остановить строгим голосом.

— Это моя работа. Я в ней неплохо разбираюсь, — не отступаю я.

— Еся, когда мы останемся наедине, я согласен поиграть в доктора и пациента, — наклонившись, негромко произносит он таким голосом, что у меня мурашки бегут по коже….

Есения

— Собирался пригласить тебя на свидание, — поясняет Аслан наличие корзины роз на пассажирском сиденье. — Почему трубку не брала? — спрашивает он, перекладывая уже мои цветы назад.

Таких букетов мне никогда не дарили....

Ужас сегодняшнего вечера вряд ли удастся скоро забыть, но мое настроение повышается на несколько градусов. В салоне стоит запах свежих цветов, он нежно вплетается в мужской аромат, нисколько его не портя.

— Я думала, что звонит мама, мы немного… повздорили, — выбираю нейтральное определение нашей ссоры. Он кивает, будто подтверждает правдивость моих слов. Не хочу сейчас думать о том, что он мог слышать наш разговор. — Аслан, нужно обработать рану, — накрываю его руку, которая лежит на руле. Я заметила, что пятно на рубашке стало больше.

— Ты портишь наше первое свидание, — заводя двигатель, улыбается он.

Сначала разговор о детях, потом цветы, теперь…

— Свидание? — удивлена, потому что не представляла, что Аслан будет за мной ухаживать. Ещё несколько градусов вверх по шкале моего настроения.

— Собирался пригласить в ресторан, — поясняет он. Как бы заманчиво ни звучало его предложение, но вначале забота о здоровье.

— В таком виде в ресторан не ходят, — кивая на кровавый след.

— Нас пустят, — уверенно заявляет он, выруливая с парковки кафе. — Ты хочешь есть?

Не хочу, но, если я об этом скажу, Аслан останется голодным. Наверняка он пропустил ужин, когда спешил в город, чтобы пригласить меня в ресторан.

— Я бы съела что-нибудь, — на наше первое свидание мне очень хочется попасть, думаю, порцию салата я вполне смогу запихнуть в себя.

— Тогда поехали, — выруливая на дорогу.

— Сначала обработаем рану, — категорично заявляю. Я могу быть очень упрямой. Остановившись на обочине, Аслан разворачивается ко мне, пристально смотрит. Я не сдаюсь, не отвожу взгляд. Мотнув головой своим мыслям, он с усмешкой произносит:

— Поехали, — вроде сдаваясь, но я всё-таки уточняю:

— Куда?

— В клинику. Не хочу, чтобы ты весь вечер напряженным взглядом сверлила мою рубашку, — зарываясь рукой в мои волосы, массирует затылок, словно чувствует, что он у меня болит. Как же хорошо. Хочется закрыть глаза, расслабиться, но я слежу за Асланом, ищу на его лице признаки боли или дискомфорта, но он хорошо маскирует любые эмоции. Хотя морщинки на его лице стали чуть глубже, особенно те, что на лбу.

— Как ты меня нашел? — интересуюсь я, когда мы останавливаемся на светофоре.

— Для меня это не проблема, — подается ко мне, целует в губы. Прихватывает нижнюю губу, оттягивает, проходится по ней кончиком языка. Цепляет губами верхнюю губу, всасывает в свой рот.…

Сигнал клаксона сзади стоящего автомобиля охлаждает наше короткое безумие.

Через двадцать минут мы тормозим у клиники, которая принадлежит Ардановым. Нам открывают ворота, пропуская автомобиль на территорию. Аслан оставляет внедорожник возле небольшого тротуара, по двум сторонам которого растут пышные деревья. Здесь вполне можно уединиться, но ещё до того, как эта мысль оседает в моей голове, я распахиваю дверь и выпрыгиваю из салона. Ловлю на себе прищуренный взгляд наглых глаз. Не только мне пришла в голову эта мысль.