Чтение онлайн

— Я завтракала, но от чая не откажусь, - заглядывая в пакет, нахожу в нем несколько коробочек с пирожными одной известной кондитерской.

Чай пить идём в столовую, угощаем поваров, которые для меня готовят чай, а для Тамерлана кофе.

— Как ты? – спрашивает Тамик, отпивая из чашки горячий напиток.

— Нормально, — совершенно искренне.

Я счастлива, любима. Рядом мужчина, о котором я могла лишь мечтать. Последние полгода я чувствовала себя одинокой, а теперь это чувство исчезло. Беспокойство о маме никуда не делось, но Аслан просил не звонить ей и не общаться, дать время все осмыслить и понять свои ошибки. Я знаю, что она съехала с квартиры на съемное жилье. Мне об этом рассказал Аслан.

— Почему не рассказала, что у тебя проблемы? – становится серьёзным, в голосе слышится металл. Как же в этот момент он напоминает Аслана.

— Ты тоже будешь отчитывать меня? – сдерживая улыбку. Я уже поняла, что у Ардановых в крови опекать и заботиться о близких. С виду холодные и суровые, на деле самые благородные и внимательные.

— Нет, Есения, не буду, но если ты не можешь рассказать о чем-то Аслану, всегда прийти за помощью ко мне. К любому из нас, - предлагает Тамерлан.

— Я пообещала Аслану ничего от него не скрывать, — откровенничаю с Тамиком.

— Вот и умница, - пододвигает ко мне тарелку с пирожными, к которым я ещё не притронулась. – Он не подведёт.…

— Объяснишь, почему ты не на полигоне? – появляется в столовой Аслан и недовольно смотрит на племянника.

— Ты здесь установил дополнительные камеры? – Тамерлан задирает голову, осматривает потолок и стены профессиональным взглядом.

— Переодевайся и на полигон, - командует Аслан, кивком головы указывая на выход.

— Хоть бы поздоровался, тиран, - улыбается Тамик, поднимаясь из-за стола.

— С возвращением, - хлопая по плечу.

— Ты подслушал наш разговор? – поднимая руку с часами, кручу кисть.

— Подслушал, - обхватывая лицо ладонями, признается Аслан. Мне нравится, что он никогда не увиливает, не отводит взгляд. – Чтобы нормально дышать, мне нужно знать, что с тобой все в порядке, - наклонившись надо мной, целует в лоб. – Мне нужно возвращаться, не хочу, чтобы эти идиоты покалечили себя в последний день. Пообедаем вдвоем, - ставит перед фактом. Мое тело реагирует легким возбуждением. Три дня, как мы вышли на работу, каждый наш обед начинается со страстного секса…

— Иди, со мной всё хорошо, - упираясь ладошками в грудь, отталкиваю от себя. Поднявшись на носочках, целую его в губы, предварительно осмотревшись и убедившись, что нас никто не видит.

Аслан на работе, его подчиненные не должны видеть наши нежности, но, несмотря на мои правильные мысли, Аслан притягивает к себе и целует. Целует так, что у меня колени подгибаются, а ноги становятся ватными.

— Ахмед и Тамерлан вернулись, не удивляйся, если Леля позвонит и пригласит нас сегодня на ужин, - прежде чем уйти, предупреждает Аслан. Легкую нервозность прячу за улыбкой. Рано или поздно мне придется познакомиться со всей семьей.

Возвращаясь к себе в процедурный кабинет, слышу, как разрывается мой телефон. Первая мысль – звонит Леля, но увидев на экране «мама», откладываю телефон. Внутри меня будто вырос барьер, который я не могу переступить, мама уже звонила, но я не смогла заставить себя принять вызов. Когда звонок обрывается, вижу на экране три пропущенных звонка.

Заставляю себя сосредоточиться на работе, но через несколько минут мой телефон вновь оживает. На пятом вызове, я ещё раздумываю, но в конце веду пальцем по экрану.

— Привет, мам, - голос проседает. Мне сложно отпустить все, что случилось за последние полгода.

— Здравствуй, Сеня.… — мамин голос звенит от напряжения. Я слышу ее рваное дыхание. Злится или расстроена?

— Мама, мне не нравится, что ты называешь меня Сеня. Ты дала мне красивое имя для того, чтобы обращаться ко мне как к парню?

—Что с тобой случилось.… Есения? – тяжело вздыхая, произносит мама. – Ты стала такой чужой…

Закатив глаза, ничего не отвечаю. Несколько мгновений тишины и она продолжает:

– Ты видела сегодняшние новости? – спрашивает она. – Я…. я виновата перед тобой. Мирон оказался.… мерзавцем.…

– Он насильник, а не мерзавец, - зло выговариваю.

— Пусть так, но он не преступник! – восклицает мама. – Ему приписывают такие обвинения… Мирон не выйдет живым из тюрьмы. В новостях говорят, что он неделю был в бегах, но мы обе знаем, что его забрали люди Аслана. Где они держали его все эти дни? Что с ним делали? Одна знакомая рассказывала, что ее брат был при так называемом задержании и видел, в каком состоянии находится Мирон. На нем живого места не оставили! Его в больницу нужно отправить, а он находится в СИЗО.

— Тебе его жалко? – внутри вспыхивает ненависть, которую сложно сдерживать.

— Меня заставили подписать показания, которые не соответствуют действительности! – тем временем продолжает мама.
– Если Мирон преступник, то кто твой мужчина? Хороший человек? Ты с таким решила связать свою жизнь? – заводится все сильнее.

— Мама! – повышаю голос. – Если Мирон не выйдет из тюрьмы, я буду каждый день благодарить Аслана, что избавит мир от этой мрази. А ты… Ты променяла меня на мужика, который догадался меня, который меня чуть не изнасиловал! Закрывала на это глаза, делая вид, что ничего не замечаешь! И до сих пор продолжаешь его защищать! – утирая злые слезы, что катятся по щекам.

— Сен… Есения, я за тебя переживаю….

Не дослушав, сбрасываю разговор. Мама набирает ещё несколько раз, но я не беру трубку....

Есения

До конца обеда стараюсь взять себя в руки. Аслан все равно поймет, что я расстроена, как бы ни пыталась это скрыть. Придется сознаваться, чего мне совсем не хочется. Он и так невысокого мнения о моей маме, хотя ни разу не сказал о ней плохого слова.

— Есения, работа не убежит, — заглядывает ко мне Игорь Николаевич. — Иди обедать, — командует он, подбивая из пачки сигарету.

— Сейчас пойду, — мямлю под нос, убирая со стола контейнеры. Наверняка краснею, потому что щеки обдает жаром. Чтобы начальник не заметил, опускаю лицо и имитирую бурную деятельность. О том, что теперь я обедаю в кабинете у Аслана, Игорь Николаевич отлично знает.…

Бросаю взгляд на часы, Аслан задерживается, обычно заходит за мной намного раньше, но я отлично понимаю, что сегодня у него загруженный день.

— Саныч, дай прикурить, — кричит в открытое окно Игорь Николаевич.

— Я на обед, — убрав последний контейнер в шкаф, предупреждаю доктора, прежде чем уйти.