Чтение онлайн

– Да? – он резко проникает глубже, кончиками пальцев касаясь моих складок. Делает несколько движений по уже сочащейся влагой киске. Разряды тока пронзают моё тело. В животе всё скручивается в тугой комок. Я вздрагиваю.

Блейк вынимает руку и с удовлетворением подносит её прямо к моему лицу. Мы оба чувствуем запах моего возбуждения. Непроизвольно краснею.

– Тогда это что? – издевательски интересуется он, демонстрируя влажные от моих соков пальцы. Нотки триумфа в голосе добавляют его мерзкой ухмылочке ещё несколько очков ублюдочности.

– Это… – я собираюсь с духом, чтобы ответить, – Это просто непредвиденные обстоятельства!

– Серьёзно? – в его глазах плещутся искры веселья.

– Да! – выпаливаю я, пытаясь отодвинуться как можно дальше от этого нахального мажора.

– Скажи, почему ты такая упрямая? – говорит он, хватая меня за подбородок и заставляя поднять лицо.

– Потому что я – русская! – со всей возможной свирепостью отвечаю я.

Я смотрю в её прищуренные кошачьи глаза и поражаюсь их настырности. Уверен, малышка сама хочет меня. Так в чём же проблема? Может, я мало предложил?

– Ладно, – на шаг отступаю. Не брать же её силой, чёрт возьми?! – Сколько ты хочешь? – прикидываю в уме, количество наличных в бумажнике. Блядь, да я бы мог всех сучек этого клуба скупить за те деньги, что предлагаю ей! Но, у меня будто свет клином сошёлся на этой упрямой шлюшке. Шлюшке с таким невинным и гордым взглядом. Мне нравится эта игра в недотрогу с девушкой, которая пару часов назад прямым текстом сказала, что готова на всё ради денег.

Она смотрит на меня с видом оскорбленной королевской особы! Ну не меньше!

– Да не нужны мне твои грязные деньги, придурок! – её пухлые губки раздуваются от каждого произнесённого слова. – Ни три тысячи, ни десять! Нисколько!

– Да? – я ни капли не верю ей. Хитрая бестия просто набивает себе цену. Знаю я таких. Как только подойдём к нужной цифре, она станет шёлковой. – А что же тебе нужно?

Она растеряно моргает и собирается с духом несколько секунд. А потом огорошивает меня:

– Ну ты не думал, что девушку надо сначала на свидание пригласить! Или, хотя бы узнать её имя?!

Я был готов рассмеяться ей в лицо, когда представил, как веду на свидание стриптизёршу из клуба. Чёрт, да если бы я водил на свидания всех сучек, которых трахал, то мне было бы некогда жить!

А что касается имени, то лично меня вполне устраивало «Блонди», но я всё равно спросил:

– Ну и как тебя зовут?

Милашка надула губы и недовольно произнесла:

– Лия.

Л-и-я… Кончик языка быстро поднялся вверх, произнося "л", а потом резво спрыгнул вниз, выводя "я". При этом губы растянулись в приятной полуулыбке на среднем звуке "и". Мне нравился вкус её необычного имени. Возможно, я запомню его чуть дольше, чем все прочие.

– Ну что, Лия, теперь, когда все формальности соблюдены… – я невозмутимо расстегнул ширинку. – Ты, наконец, отсосёшь мне?

Малышка рванулась из моих рук со всей силы. Я поразился тому, сколько прыти было в этой худенькой блондиночке.

– Ну ты и козёл, Блейк Уильямс! Да я лучше сдохну, чем когда-нибудь соглашусь стать твоей шлюхой! – бешено проговорила она, смачно плюнув при этом мне под ноги.

На секунду я опешил от такого. Да что эта девка себе позволяет?! Ладно, поиграли в недотрогу и хватит! Какого хрена она, обычная вертелка жопой, позволяет себе так разговаривать со мной?

– Как скажешь, – я равнодушно отвернулся.

В моей семье было не принято демонстрировать сильные эмоции. Я впитал с молоком матери одно простое правило: «держи себя в руках в любой ситуации.»

Продолжая делать вид, что потерял к ней всякий интерес, я застегнул рубашку и подхватил пиджак. Неторопливо пошёл к двери. Мне оставалось только повернуть ручку и выйти. Спинным мозгом я почувствовал, как она расслабляется, думая, что одолела меня в этой схватке, но я слишком долго жил со своим отцом, чтобы не знать: в любой игре туз берегут напоследок.

– Кстати, ты уволена, – небрежно бросил я. – Больше ты не танцуешь в этом клубе. Впрочем, как и в любом другом клубе в этом городе.

Не поворачиваясь, я вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Если я не могу любоваться на эту аппетитную задницу, то и никто не может! Я позабочусь о том, чтобы эту принципиальную малышку не взяли на работу ни в одно другое заведение. Сучка ещё не знает, с кем связалась. Я всегда добиваюсь того, чего хочу. С детства привык к тому, что нужно брать, а не спрашивать. Ведь если спросить, то могут и отказать, верно?

Интересно, как скоро она приползёт ко мне? Уверен, после пары недель безработицы мои деньги ей уже не покажутся такими грязными!

Через несколько секунд я услышал, как что-то тяжёлое с грохотом прилетело прямо в дверь. А потом послышались гневные восклики на незнакомом языке. Я усмехнулся, уходя от двери. Вряд ли Блонди желала мне спокойной ночи.

Совершенно не хотелось идти сейчас в свой кабинет и встречаться с Дженни. Я посмотрел на наручные часы. Из отведённого, по условиям нашего с Вейном спора, времени у меня осталось всего двадцать пять минут. Ничего, ещё успею пропустить пару стаканчиков в баре.

Упрямство Блонди так взбесило меня, что я ощущал непреодолимую потребность выпустить пар. Готова ли малышка Дженни к смачному “hate fuck” (перевод: «злой секс»)? Хотя, какая разница? Больше всего мне хотелось сейчас указать ей на её место. А заодно и позлить папашу.

Пошёл в бар и сам встал за стойку, смешивая себе коктейль. Это было моё хобби. Когда мне было ещё лет семь-восемь, мама учила меня, как правильно готовить её любимые коктейли. А любимых у неё было много. Очень много. Мне нравилось радовать маму, потому что она постоянно была грустной. Периодически мне казалось, что дело было во мне. Я рос не самым покладистым мальчишкой, и частенько школьные учителя звонили нам домой, чтобы рассказать родителям о моих проказах. Отец всегда выражал полнейшее разочарование. Вообще, я довольно быстро понял, что искать одобрение в его лице – бесполезная трата времени. В отличие от сестры, которая всегда блистала и умом, и талантами, мне похвастаться особо было нечем. Лет до тринадцати меня постоянно переводили из школы в школу. Иногда по два раза за год. Это пиздец как бесило.

Почему-то сейчас, когда я наливал себе выпивку, мне вдруг вспомнилось, как мама, выпив четвёртый, или пятый коктейль, одобрительно говорила: «Блейк, у тебя отлично получается!». Я прямо светился от гордости в те моменты. Быть позором семьи было трудно, и когда меня за что-то хвалили, я был просто на седьмом небе от счастья.

Когда мама напивалась, она любила со мной поболтать. Чаще всего я не понимал, о чём она говорила, но всё равно внимательно слушал, пытаясь понять причины её вечно подавленного настроения. В большинстве случаев наши беседы сводились к отцу. Мама как-то странно говорила о нём. И почему-то переводила разговор на очередную симпатичную новую горничную, или какую-то сотрудницу в его фирме… Мне семилетнему, были совсем непонятны эти рассуждения, которые неизменно заканчивались фразами типа: «Обслуживающий персонал должен знать своё место, Блейк!», «Не стоит доверять всем подряд!», «Женщины бывают очень коварными!» или «Ты же меня не бросишь, мой мальчик, как это сделал твой отец?». Потом она обычно плакала и засыпала, а я укрывал её пледом и целовал в лоб.