Чтение онлайн

– Вот, молодец! – похвалил Женя Андрея.

– Рад стараться, ваше высокоблагородие! – заорал Андрей, изобразив усерднейшее выражение лица.

– Что ты так орёшь? – Женя засмеялся, – как скаженный.

– Никак нет, ваше высокоблагородие! – ещё пуще заорал Андрей. – Просто идиот!

Теперь уже засмеялись все, даже Друид ухмыльнулся. Собрав вещи, отряд двинулся дальше.

Первый день поисков не увенчался успехом. Обнаружить провал сходу не удалось.

– Ладно, – сдался Женя через пару часов безрезультатных поисков, – давайте искать место для лагеря, а то темнеть уже скоро будет.

– Площадку поровнее надо приглядеть, – отозвался Друид.

Подходящую полянку долго искать не пришлось. Когда она открылась перед их взорами, парни единодушно закричали: "Вот!" Поснимав рюкзаки, принялись разбивать лагерь: Друид и Женя согласованными сноровистыми движениями выставили две палатки, Андрей и Игорь по указанию Жени обозначили костровище и отправились собирать хворост. Сначала с места поближе, потом отошли на приличное расстояние.

Закатное солнце, с трудом пробившееся сквозь верхушки высоких сосен, окрасило деревья и травы неестественными багровыми оттенками, преобразило всё вокруг в таинственный и сказочный лес. Тёплый вечерний воздух настолько загустел от запахов, что казалось именно он не давал разгуляться ветру и угомонил, заставил в изнеможении замолчать лесных птиц.

– Хорошо-то как, – Андрей запрокинул голову и вдохнул полной грудью. – Мы на несколько десятков километров вокруг совершенно одни. Не тайга, конечно, но всё равно что-то есть в этом… Ощущение…

– Чего? – спросил Игорь.

– Не знаю… Чего-то настоящего, первобытного.

– Зов природы.

– Ну да, он. Живёшь вот так, на суете, бегаешь, чего-то выгрызаешь в этой жизни и уже не помнишь, для чего этот сумасшедший темп? А вот выедешь куда-нибудь, вроде этого места, и со стороны отчётливо видишь, что это бесполезный бег на месте.

– Да вы, батенька – философ.

– Есть маленько, накатывает иногда. Правда, надо признаться, чаще всего вопросы бытия и тщетности всего сущего посещают после употребления чарочки огненной воды.

– Оно понятно.

– Кстати, раз уж мы оба являемся ценителями глубокой мысли и изящного слога, а не брызнуть ли нам, так сказать, на костер нашего воображения живительным топливом?

Выслушав витиеватое предложение, Игорь ухмыльнулся, Андрей всё больше нравился ему, не попасть под его обаяние было невозможно.

– Брызнуть на костёр воображения… почему бы и нет?

Андрей отцепил от пояса уже знакомую Игорю фляжку со спиртом, достал из кармана складной стаканчик.

– Наш командор, конечно, против нехитрых житейских радостей для личного состава, – со вздохом сказал Андрей, наливая разбавленный спирт, – но, как говорится, если нельзя, но никто не видит – то можно.

Закуска осталась в рюкзаках, в лагере, зато у Игоря при себе была армейская фляжка, полная родниковой воды.

Налив треть стакана Андрей, передал его Игорю:

– Давай.

– Ну, за тщетность всего сущего!

Игорь одним махом опорожнил стакан, занюхал рукавом и запил родниковой водой. Андрей в точности повторил процедуру товарища и, убирая стаканчик в карман, спросил:

– Слушай, можно вопрос? Ты-то как здесь оказался? Тоже интересуешься всякими тайнами мистическими? Я извиняюсь, конечно, но ты реально не похож на Женю с Друидом, они как бы на другой волне вообще.

Игорь покачал головой:

– Нет, я не искатель чудес невиданных. Скорее бегу от мест опостылевших. В один, не очень прекрасный день, я вдруг увидел, что всё вокруг, как ты точно подметил – бег на месте. Мне, видимо, остро понадобилась пауза, чтобы подумать, а то всё сложно стало и как-то пасмурно… Кстати, возьми себе на вооружение, для идеи про пеший туризм по местам с чертовщиной. Твоими потенциальными клиентами могут стать такие как я. Те, кому нужен тайм-аут, чтобы оглядеться и понять, где их место в этой жизни, и какого чёрта они вообще делают?

То ли выпитый спирт подействовал, то ли Андрей относился к тому редкому типу людей, что располагают к душевной беседе, а может, и то и другое вместе, но обычно сдержанный Игорь как-то легко и не таясь, стал рассказывать о вещах сокровенных, о которых обычно ни с кем не откровенничал.

– Я понял вдруг, что во мне что-то отмирает, – говорил Игорь. – Приходишь домой, там твоя любимая женщина, смотришь на неё и понимаешь, что не чувствуешь ничего. Ещё совсем недавно была родная такая, любимая, желанная… Я же помню то время, когда просто не мог без неё. А сейчас она сплошное раздражение вызывает. Вот у тебя бывает так, к примеру, когда она говорит: «Я сегодня с подругами посижу, ничего, милый, что ты вечер один проведешь?». А ты ей: «Всё нормально, не переживай!» А сам думаешь: «Ой, как же хорошо, давай вали уже, целый вечер без тебя, зашибись». И единственное, что ты чувствуешь – досаду, когда она очень медленно собирается.

Андрей рассмеялся:

– Очень знакомо. Бывает. Но это, знаешь ли, не есть что-то из ряда вон выходящее, мне кажется, каждый женатый мужчина рано или поздно испытывает такие чувства. Это… – Андрей на секунду задумался, – закономерность жизни такая. Не бери в голову, иначе можно загрузиться. Иногда нужно спускать пар. Например, напиваться, необязательно в брызги, но непременно в хорошей компании.

– Ну и, конечно, барышни, – Андрей довольно улыбнулся, и в глазах его появился мечтательный оттенок, – небольшая интрижка на стороне не только восстанавливает душевное равновесие, но, в конечном счёте, укрепляет брак, как ни парадоксально это звучит на первый взгляд. Припрёшься, вот, от очередной барышни домой. Поздненько так, за полночь. Выпьешь, перед тем как зайти, алиби-то нужно, мол, с друзьями пил. Выслушаешь положенную порцию упрёков, потом прижмешься к благоверной своей и чувствуешь себя такой сволочью, аж сладко на душе. И в этот момент она такая родная становится!.. И это не я придумал, ещё старина Оскар Уайльд говорил: «Лечите душу ощущениями».

– Не факт, что Оскар Уайльд именно такие ощущения имел в виду.

– Как раз такие, он же мужик, а значит, именно такие ощущения имел в виду.

Игоря коробили эти заштампованные пошлости: мужик должен бухать, драться и волочиться за каждой юбкой, а если ты не следуешь с воодушевлением этой волшебной формуле, то ты больной или блаженный, или ещё чего хуже. Но спорить на эту тему совсем не хотелось, и Игорь попросту решил замять разговор:

– Нам уже пора возвращаться с дровишками.

– Пожалуй. А то Женя будет злой как чупакабра.

В лагере они обнаружили одного Друида, который не дождавшись их, уже развел костер.

– Что так долго? – с укоризной обратился он к ним.

– Так получилось, – беспечно пожал плечами Андрей.

– Ладно, айда ужинать. Кашу варить не будем, жрём консервы, в целях экономии воды.

– По мне даже лучше, каша – не моё, без обид только, – отозвался Андрей.

– А мне каша понравилась, – сказал Игорь, – вкусно и сытно.

– А где Женя?

– Где-то неподалёку. Фотографирует. Покричите его, жрать пора.

Однако кричать не пришлось, Женя вышел из ближайших кустов с фотоаппаратом, болтающимся на груди.

– Отличные кадры снял! – с сияющей улыбкой заявил Женя.

– Ты хоть бы разок нас сфоткал что ли, папарацци, – проворчал Андрей, – а то ты весь поход бабочек щёлкаешь, потом и смотреть нечего будет.

– Завтра, – пообещал Женя, – сейчас освещение уже не очень.

Парни расселись вокруг костра на расстеленные плащ-палатки и принялись за нехитрый походный ужин, состоящий из одних консервов; чай заваривать не стали, опять же из соображений экономии воды.