Суженая
Шрифт:
Алена коснулась ее руки, а сама обратилась к церковнику:
– Да, разумеется, я выслушаю вас.
Тот показал рукой куда-то, но Алена добавила:
– Мы отойдем, но на три шага, не более.
Мужчина скривился, это явно не входило в его планы.
А что входило? Все это было пока очень сложно для нее. Алена откровенно не понимала, почему Гаэль попросту не выставит этих святош из замка к чертовой матери. Впрочем, нет, это она понимала. Брак может быть признан недействительным. Хотя ей уже было плевать на тот брак, но, очевидно, это было необходимо и имело смысл.
– Леди Волхан, - начал церковник вполголоса, как только они отошли.
– Вам обязательно нужно явиться в церковь на исповедь. После того как лорд Гаэль объявил вас своей невестой, тем более. Ваш приемный батюшка обеспокоен, пребывание здесь опасно на вас сказывается.
– Опасно?
– Алена сделала вид, что не понимает.
– Дитя, вы слишком юны и наивны!
– горячо зашептал церковник.
– Но рядом с темным лордом вы рискуете утратить не только свое благочестие. Вы не знаете, кто темный лорд на самом деле и что он делает с доверившимися ему женщинами. Их...
Движение позади, возмущенный возглас. Церковник резко обернулся, зло взглянув на ее свиту, и резко понизил голос:
– Ни в коем случае не подпускайте его к себе. Церковь обеспокоена тем, что с вами может случиться.
Ей хотелось рассмеяться. Значит, когда ее собирались казнить, никто не переживал, что с ней что-то случится. Ах да, они же заботились о ее душе!
Видя, что она молчит, церковник подался к ней ближе и снова зашептал:
– Но не бойтесь, леди Альба, его величество предпримет все меры и не допустит, чтобы темный лорд погубил вас. Государь также пересмотрел свое отношение к вашему брату и готов помиловать принца Зиберта.
Алена не знала брата Альбы, зато прекрасно помнила, как в ночь перед казнью к ней явилась королева Анхельма. И цинично выложила ей всю правду в уверенности, что она уж точно никому ничего не сможет рассказать. Но ничего этого Алена озвучивать не стала.
– Мой брат невиновен, - сказала она.
А священник, как будто почуял что-то, тут же переспросил:
– Кстати, вы не знаете, где скрывается ваш брат? Может быть, ему помог кто-то из друзей? Нам вы можете довериться.
Ага. Сейчас.
– Увы, мне об этом неизвестно, - качнула головой Алена.
– Жаль, - сухо обронил церковник и тут же вкрадчиво произнес: - Так как же с исповедью, леди Альба? Если вам угодно, я мог бы сопроводить вас...
Она давно уже хотела уйти. Но это был предел.
– Я подумаю над вашим предложением, - проговорила Алена и пошла от него прочь.
***
Теперь она с еще большим нетерпением ждала Гаэля.
Вернулся он поздно вечером.
Давно стемнело, Алена уже улеглась в постель, выставив предварительно всех своих камеристок. Но не спала, сидела, устроившись в изголовье кровати с книгой, которую нашла на небольшом бюро темного дерева. Книга была по экономике и управлению государством и явно принадлежала Гаэлю. Ей нравилось держать в руках нечто, условно являвшееся его «частью».
Она как раз читала. И вдруг - ощущение...
Даже не услышала - почувствовала его. И тут же бросилась к окну, смотреть во двор. Гаэль был там, только что соскочил с коня. Огонь жаровен освещал его высокую фигуру. Сразу стало жарко в груди, Алену затопило радостью. Несколько человек из челяди уже подбежали к нему, а он бросил поводья и поднял голову вверх, безошибочно находя ее в окне взглядом. А потом быстро пошел по двору.
Алена тут же спряталась за простенок и замерла, пряча улыбку. Но сразу же вернулась к кровати и торопливо накинула поверх тонкого пеньюара плотный капот. Она как раз успела обуть ноги в мягкие туфли, когда раздался деликатный стук в дверь.
– Миледи, вы не спите?
– Нет, - откликнулась она, чувствуя, как сладкий холодок волнения разливается в легких.
Вошла одна из ее камеристок, Каппа, присела в книксене, сложив перед собой руки.
– Лорд Гаэль спрашивает, примете ли вы его?
Камеристка ждала, а у нее перехватило дыхание. Наконец Алена справилась с собой и смогла произнести ровным тоном:
– Приму, конечно.
Как ни старалась принять бесстрастный вид, камеристка, похоже, все равно догадалась обо всем. Глаза лукаво блеснули. Она снова присела в поклоне.
– Да, миледи. Я распоряжусь, чтобы сюда принесли ужин.
И тут же выскользнула из комнаты. Алена осталась ждать.
Потекли минуты.
***
Он очень спешил. Перескакивая через ступени, шел к ней.
Уезжая утром, оставлял ее одну с тяжелым сердцем, но ему нужно было выяснить некоторые моменты. Чтобы точно знать, что его сила не повредит ей.
Потому он и разыскал охотника на ведьм Мидхэма. Тот, увидев его, в первый момент запаниковал, но Гаэль явился не для того, чтобы расправиться с ним.
– Альба, - жестко проговорил он.
– Все о ней с того момента, как ты ее нашел и привез Норту Волхану.
Охотник некоторое время смотрел на него, пытаясь противиться, потом сдался. Отвернулся и выдал неохотно:
– Да, странным было многое. Она называла другое имя и ничего о себе не помнила.
«Так что ж ты сдал ее?!» - рвалось из него, но Гаэль шумно вздохнул и потер переносицу. Потом спросил:
– Где ты ее нашел?
А попав на место, понял, почему она казалась ему новорожденной.
Другая, пришедшая в этот мир для него. Суженая.
Сердце сжималось и внезапно начинало колотиться, гоняя в крови огонь. У самой двери он остановился, пропуская камеристку и прислугу с подносом. И только потом вошел. С порога увидел ее... И все.
Ужин остался нетронутым.
Он целовал ее, сгорая от безумия.
Ждала его. Он видел это в ее глазах.
Чего стоило удержаться на грани, когда она сама хотела большего. Сила требовала дать ей это, дать себе... Но впереди предстоял церковный обряд, а он не хотел, чтобы хоть какая-то тень легла на Альбу. Иначе эта свора от нее никогда отстанет.
Когда наконец смог оторваться, сказал:
– Завтра я сообщу Волхану, чтобы готовили венчание.
глава 9
Он так сказал это.
Алене хотелось закрыть глаза и просто растаять в его объятиях. Ощущения, невероятные, жаркие, все еще переполняли ее, но разум уже проснулся.
Она не могла не сказать.
– Гаэль, ко мне сегодня подходил один из этих... в серых сутанах. Ты не представляешь, до какой степени они ненавидят тебя.