Чтение онлайн

У Алекса даже руки опустились от такой наглости. Он понял, что криком тут не возьмешь, поэтому устало вздохнул и прикрыл глаза.

– Ну? В чем я должен каяться? Что вы такого нарыли?

– А-а-а, – радостно потер руки Дуся. – А я сразу понял, что вам от меня не уйти. Пойдемте сядем в столовой, выпьем по чашечке горячего шоколаду, кстати, вы не знаете, горячий шоколад – это какао, что ли? Ну да не важно. Короче, чего-нибудь выпьем, и я вам расскажу, за что вы убили Ирину Плюшкину.

Алекс нервно дернул кадыком и стремительно пошагал в столовую.

Марфа Николаевна стряпала к ужину заварные крендели, и все работники крутились возле нее. Возвращения хозяев никто не ожидал. Ксения уехала на похороны и рано вернуться не собиралась, а Алекс… К нему вообще в доме относились как к закону: знали, что работает, а где и как, никто не ведал. Но ждали его не раньше программы «Время». И вот тут такая неожиданность!

– Я не совсем в курсе – у нас что, будет публичное прослушивание? – грозно уставился на Дусю Алекс.

– А это не я, это ваши работники. Видите, опять посиделки устраивают, вместо того чтобы в поте лица, на ваше благо… Работают, надо сказать, без огонька, дисциплины никакой, – поморщился Дуся. – Не умеете вы наладить организацию домашнего труда.

Алекс так зыркнул на работников, что через минуту в столовой и даже на кухне никого не осталось, даже поварихи – только одни крендели. Да еще Алекс с Дусей.

– Ну? И что же такое страшное вы мне хотели поведать? – подпер щеку Алекс.

– Как то есть – что? Я хотел рассказать вам про то, как вы прикончили подругу вашей жены – Ирину, – воодушевился Дуся. – Если я что-то неправильно скажу, вы меня поправьте.

– Черта лысого!

– Как хотите, я и сам придумаю. Значит, дело было так: вы уже давно испытываете к Ирине Плюшкиной легкое отвращение. Но ваша жена в ней буквально не чает души. Вы вроде бы и запрещаете им видеться, но серьезного повода для окончательного «нет» у вас не имеется. И тогда вы – какая низость – подслушиваете разговор жены с Ириной и записываете его на пленку. А потом приходите к Плюшкиной и начинаете ей угрожать, дескать, если она не отстанет от вашей супруги, то вы… Ну я еще не придумал, что вы такое ей наговорили. «Откажись от Ксении!» – кричали вы. Но она не знала, что вы в гневе – монстр, поэтому от вашей жены не отказалась. Наверное, она вам еще что-то такое задиристое бросила, типа «не твоего ума дело, корыто старое!». Тут вы ее высадили и несколько раз проехались по удивленной жертве. Примерно так, я прав?

Алекс все так же сидел, подперев щеки кулаком и старался не сильно волноваться. Просто никак нельзя было выдать себя.

– Это вы про кого сейчас рассказывали? – спросил он, наивно тараща глаза.

– Это я про вас. И про Плюшкину, конечно.

– Очень занимательно. Только мне не совсем понятно про удивленную жертву. Это значит, в машине я ее припугнул, а потом, когда она не отстала от Ксении, между прочим, а как я узнал, что она не отстала? Ах, да! Она же мне сама сообщила. Ну так вот, когда она гордо заявила, что я – старое корыто, я, значит, поставил ее напротив машины, а она послушно ждала, пока я ее несколько раз перееду, так?

– Ну… Она, наверное, сначала сомневалась… Надеялась на вашу порядочность.

– Очень неосмотрительно с ее стороны, – сочувственно покачал головой Алекс и вдруг предложил: – А давайте теперь я вам расскажу, как все было!

Дуся ожил, заелозил на стуле и поближе пододвинулся к рассказчику.

– А было все так. Вы, Евдоким, увидели в гостях у Ксении прекрасную молодую девушку, заманили ее… ну я не знаю, куда вы ее заманили, а потом начали домогаться прелестницы в извращенной и прямо-таки грубой форме. Девушка от такого счастья вырвалась и понеслась по дороге, ничего не видя, где и была сбита машиной. Ну как? Едем в милицию каяться?

– Ка… это я должен каяться? – возмутился Дуся.

От волнения у него затряслись щечки, колени стали ватными, а ладошки моментально покрылись влагой.

– Давайте не будем откладывать, собирайтесь.

– Но… позвольте… А почему я? У нас были другие планы! Это не я должен в милицию… Почему я-то?

– А почему я? – спокойно спросил Алекс. – Вы наворотили семь верст до небес, в вашей версии есть недоработки, а у меня гипотеза складная, красивая.

– Но у меня есть доказательства! У меня есть кассета! Кассета, где вы записывали разговор вашей жены с подругой!

– Очень ценная улика. И где же она? – полюбопытствовал Алекс.

– Она у меня в шкафу! Я и показать могу! Нет, вы не сидите пнем, пойдемте, я вам сейчас же, немедленно представлю доказательства.

Дуся чуть не вприпрыжку понесся к своей комнате, Алекс не спеша двигался следом.

– Вот… сейчас… – бормотал Дуся, выкидывая из ящика вещи. – Она где-то у меня здесь была…

Алекс не торопил. Он прошелся по комнате, проверил пальцем пыль на полке и удрученно покачал головой – плохо работает Люся.

– Сейчас, сейчас… – наполовину залез в шкаф Дуся. – Вот идиотство… Кто-то спер кассету. У меня была припрятана здесь улика, вот тут лежала, на самом видном месте… Это не вы украли?

– Бросьте пороть ерунду, – сморщился Алекс. – Никакой улики у вас нет и не было. А я, если бы был вашим преступником, уже давно бы тюкнул вас по головушке камешком, отобрал бы все, что мне надо, и никто бы мне слова не сказал. Неужели вы сомневаетесь? И вообще! Вы считаете себя умнейшим сыщиком, а сломя башку понеслись показывать мне важную улику. Без понятых. Несерьезно…

Алекс не стал больше задерживаться в комнате и вышел на улицу. Хозяйским глазом он окидывал свои угодья, и те его чем-то огорчали, потому что Алекс хмурился все больше и все злее кусал травинку.

– Да нет! Вы уж погодите! – бежал вслед за ним Дуся, заглядывал в глаза и пытался уговорить Алекса поверить в свою версию.

– Не собираюсь годить. И вообще, я вас, кажется, отправил к матушке, а вы…

Он непременно бы снова его схватил и опять поволок в машину, но тут ворота разъехались и на дорожке появилась машина Ксении.

– Долго же ты… – ворчливо встретил ее муж, когда девушка уже выскочила из гаража. – А что это ты на прическу нацепила?

Ксения нацепила не только на прическу – она вся была слегка помята и немного потрепана: в волосах и на костюме красовались остатки оливье, по щеке прошла алая царапина, и несколько ногтей были обломаны.

– Ксюша! Тебя били? Пытали? – кинулся к ней Дуся, понимая, что только от него девчонка примет сочувствие.

– Не мелите ерунды! – прервал его Алекс. – Кто это будет пытать ее на поминках?

Дуся разгорячился. Пока Ксения отряхивала с себя следы траурного застолья, он, будто молодой петушок, наскакивал на Алекса и выкрикивал ему в лицо:

– Вы! Да вы ничего не знаете! Конечно! Девочку запросто могли пытать, потому что мы почти нашли убийцу! И поня-я-ятно, что вам хочется поскорее от меня избавиться! Я слишком много знаю! И нечего меня каждый раз из дома выталкивать!

– Алекс, ты что, выталкивал его из дома? – сурово насупилась Ксения.

Алекс еще не знал, как ответить поделикатнее, а Дуся взахлеб сыпал правду-матку: