Чтение онлайн

– Что ты чувствуешь? – вдруг поинтересовался Аббаста, взглянув на Еву. – Что ты пережила?

– Что? – переспросила она, посмотрев в его лазурные опечаленные глаза, которые будто бы понимали всё.

– Тебе проще будет, если выговоришься. Хоть через слёзы, истерику и крики, но это будет терзать меня, а не твою душу, – пояснил правитель второй половины королевства Тёмных.

Ева не сводила глаз с Аббасты, затем горько хмыкнула и отвела взгляд в сторону. Приподняв голову, она прикусила и без того красную губу. Но на лице отчего-то возникла улыбка, синие глаза пустым взором начали всматриваться в чарующую даль водной глади.

– Вы были первым, кто спросил меня об этом. О моём прошлом, – признала она.

– Давай без этих прелюдий, можешь и на ты, – мягко перебил Аббаста, махнув рукой.

Его действия будто бы сохраняли былую беззаботность, но лицо окутывал мрак и печаль. Лазурные глаза тяжело смотрели туда же вдаль, куда и девушка. Его бледные губы были лишь плотно поджаты, сохраняя невозмутимость.

– Раньше, – начала Ева невольно улыбнувшись. – Раньше всё было так легко. Я просто жила. Жила сегодняшним днём, особо не забивая голову мыслями о будущем. Оно меня и без того пугало из-за неизвестности и ответственности. Но я знала одно. Я хотела быть похожими на них… На маму с папой…

Последние слова она проговорила практически шёпотом. Голос не мог не дрогнуть. Слёзы легко проступили на глаза, но пеленой сидели перед роговицей. Лёгкая улыбка не покидала лица от тёплых воспоминаний.

– Если тебе сложно, я не прошу тебя говорить об этом, – вмешался Аббаста. – Все мы разные…

– Нет. Всё хорошо, – уверила Ева, громко сглотнув. – Я хотела быть, как мама. Такой же заботливой и понимающей. Я хотела быть, как папа. Такой же умной и влиятельной. Я хотела всю жизнь прожить с ними. Это были беззаботные времена, когда ничего не волновало, кроме каких-то мелочей. Но нет. Судьба распорядилась иначе… И в тот день, когда я думала, что потеряла абсолютно всё, все ниточки жизни, появился он. Джексон… До этого мы познакомились только утром. Тогда он показался мне холодным и нелюдимым. Может, Джексон таким и был сперва, но его действия… Он принял меня, выслушал. Мне этого хватило, чтобы привязаться к нему и довериться… Не знаю, успела ли я его полюбить. За такой промежуток времени вряд ли возможно влюбиться. Но, когда он начал открываться мне, я хотела ему помочь. Когда Джексон улыбался, я не могла отвести от него глаз. Когда он смеялся, мне тоже хотелось залиться хохотом. Мне становилась так тепло и хорошо на душе рядом с ним. А мы познакомились недавно… Может, эти события и заставили меня ухватиться за эту ниточку. За него. Удержаться от боли, забыть обо всём.

После этих слов она мотнула головой и вновь закусила губу, да так, что кровь выступила на коже. Холодная слеза скатилась на ладонь, лежащую на колене.

– Я до сих пор не могу поверить, что это произошло. Вообще, не могу поверить, что это не очередной сон или кошмар. Я до последнего надеялась очутиться в мягкой кровати на даче. Где на кухне или гостиной сидят родители, и как всегда ждут, когда я проснусь. И Джексон… Он бы жил спокойно со своей стаей. Никто не погиб. Все живы и счастливы, – шёпотом проговорила она, сжимая и разжимая ладонь. – Но нет. Это всё. Лучше бы этого не было. Не было ни этой магии, ни этих ваших Наследников, ни этого мира! Никого и ничего…

Аббаста на это лишь тихо вздохнул.

– Это мир мало чем отличается от твоего, – вдруг начал Аббаста. – Может, конечно, твой не так красочен, но он явно спокойнее. Здесь же природа удивляет своей красой, пейзажами. Воздух тут более влажный, живой, погода благосклонна. Но вот жители… Мы сами губим себя. Сами вонзаем клинки в сердце. Ведь эти войны, они абсолютно ни к чему не ведут.

– Так зачем вы их ведёте? – не понимала Ева.

– Мы все, как малые дети, – признал Аббаста, переместив руки себе за спину. – Мы ищем, кто сильнее и устраняем. Страх, адреналин, наверное, многим этого не хватает. Нам это навязывается испокон веков. Войны – это хорошо. Мы должны сражаться. А мы, что? Заложники, рабы системы. Слепые кроты, что боятся узреть внешний мир в ярких и тёплых цветах.

После этих слов он взглянул на Еву, которая, скривившись, смотрела на него.

– И впрямь, как дети, – тихо согласилась девушка усмехнувшись.

– Да, мы это признаём. Я, так точно, – сказал король.

– Ну и на кой чёрт жить тогда рядом с такими людьми? – тихо спросила Ева.

– Стоит доверять Насл… людям, Адалия, – ответил он.

– Я не Адалия, – процедила девушка отвернувшись.

– Прости. Я и забыл спросить, как тебя зовут, – опешил Аббаста, начав мотать головой.

– Ева. Меня зовут Ева Бурлакова, – шёпотом представилась она.

– Ева, хорошо, прости ещё раз, – повторил мужчина, смотря себе под ноги.

– У Вас… тебя такой взор, будто бы ты понимаешь меня, – растерянно вымолвила Ева.

– Да. Понимаю, оттого и знаю что нужно в такой момент. Что мне нужно было тогда,– признался Аббаста, поджав губы. – Я примерно в твоём возрасте потерял ту, которую полюбил и буду любить всю жизнь.

– Соболезную, – тихо выдала девушка, поджав руками колени.

– Я кое-что нашёл в канцелярии. Это полагаю, адресовано тебе, – вдруг сказал Аббаста, протянув ей небольшой конверт.

Ева испуганно смотрела на пергамент. Она перевела взгляд на мужчину, который слегка кивнул. Дрожащей рукой девушка взяла в ладонь конверт. Поверх него было нацарапано чёрными чернилами имя Джексона и ниже Евы, как получателя. Она осмотрела бумагу не то опечаленным, не то испуганным взглядом, боясь открыть послание. Но сморщив нос и поджав губу, Ева аккуратно распечатала конверт. Достав оттуда письмо, девушка судорожно приступила к чтению.

Ева Бурлакова

Это письмо я пишу, уже в канцелярии. Поэтому если ты его читаешь, то я пал в том бою. Честно, ранее подобные завещания никогда не писал, но мы Наследники всегда пишем их перед сражениями, ведь сказать своему близкому о том, что ты можешь не вернуться очень сложно, да и не факт, что ты падёшь.… Однако, сейчас не об этом.

Мне сложно открываться новым людям, Наследникам. Сложно поверить в их искренность и правоту. Но ты сперва предстала передо мной, как самое невинное и заботливое существо. Я и сам не заметил, как открылся тебе, ведь ты мне напоминала меня. Такую же потерянную, сломленную и теперь одинокую душу. Оттого сложно будет тебя оставлять одну. Ты не только заставила меня открыться, но и дала надежду, что хоть где-то добро осталось. Хоть кто-то способен оставаться светом в этом тёмном мире. Забавно, что ты являешься Тьмой. С данным именем сразу ассоциируется всё плохое, отрицательные эмоции, которые когда-либо существовали. Но ты совсем не соответствуешь этому понятию. Ты легко заставишь любого улыбаться, как и меня когда-то.

Я не хочу, чтобы ты читала это письмо. Эти буквы и слога. Хочу, чтобы ты услышала это в живую, а не от мёртвой бумаги. Хочу, чтобы узнала, что ты стала для меня непросто незнакомкой, девушкой или даже подругой. Ты стала надеждой, в которую я никогда ранее не верил. Показала мне, что я не столь холоден и способен на чувства.

Ни в коем случае не проливай слёзы. Ты и так много плакала в последнее время. Поэтому хочу оставить небольшое напутствие тебе, если, конечно, позволишь.

Твоя жизнь не остановится после моей смерти, после хоть чей-то гибели. Мир не крутится вокруг мертвецов. Самое главное в жизни чувства, память, эмоции. Живи дальше, радуйся этому дивному миру, где бы ты ни была, и кто бы рядом с тобой не находился.

Никогда не меняйся, оставайся всегда такой, какая ты есть. Ведь в мире полно и счастья, и горя, но без этого жизнь не может существовать. Это его почва, все чувства. А жизнь – это цветок, что будет цвести и процветать в красочном и прекрасном саду твоей души, который не все посетят и не все увидят.