Чтение онлайн

Благодаря тому, что долгое время был заперт в этом теле, я видел, как голем орудует и одним, и вторым своим оружием. Причём дадао Бин Жоу применял в основном против людей и человекоподобных монстров, таких как цзянши, а за алебарду брался в крайних случаях при сражениях с более крупными монстрами.

Сперва подумал оставить гуаньдао в одной из телег, так как не хотел тащить на себе лишний вес, но всё же передумал и прихватил с собой. Да, вес этого чудовищного оружия был велик, но для моего нового тела это не доставляло больших проблем. Не скажу, что алебарда ощущалась, словно пушинка, но я понимал, что в этих лесах водятся монстры, против которых это гипертрофированное стальное весло будет лучшим вариантом.

Неприятное чувство, подсказывавшее, что задерживаться у разгромленного каравана долго не следует, подталкивало меня поскорее покинуть лесную поляну, на которой совсем недавно развернулась настоящая бойня. Возможно, это была вспышка паранойи, но может быть и так, что эта подсказка исходила из опыта и инстинктов тела. И во втором случае к этому чувству определённо стоило прислушаться.

Первое же движение в сторону от каравана переполняет меня новым, незнакомым чувством. Чувством того, что я теперь невероятно силён…

Моё новое тело — не просто шедевр, а воплощённый кошмар для любого, кто решится встать на его пути. Здесь в равной мере смешалась непривычная для этих мест генетика «северных варваров» и абсолютно бесчеловечная алхимия, влитая в Бин Жоу буквально с колыбели, литр за литром, превращая его плоть в оружие. В прошлой жизни я был щуплым, не слишком высоким и из-за больного сердца никогда не знал, что такое тренировки, кроме самой простой — ходьбы. И, признаюсь, не раз ловил себя на завистливом взгляде к тем, кто часами тягал железо в спортзалах. Но теперь… теперь любой, кто на Земле жил тренировками в режиме двадцать четыре на семь, увидев Бин Жоу, захлебнулся бы завистью. Даже Шварценеггер в свои золотые годы смотрелся бы на его фоне, как обычный парень из соседнего двора.

Два метра роста. Плечи такой ширины, что дыхание перехватывает само по себе. Мышцы, словно стальные канаты, подчиняющиеся малейшему движению воли. Сто тридцать килограммов чистой, выверенной до предела мощи, усиленной возможностями практика предельного ранга второй Ступени Возвышения.

На любом рынке Империи Бин Жоу возвышался над толпой, словно штурмовая башня над городскими стенами. Даже самые рослые стражи и воины едва доставали ему до плеча, а простые жители — и вовсе до середины груди. Точнее — теперь моей груди.

Когда впервые увидел тело, в которое занесло мою душу, подумал, что угодил в оболочку мифического Конана-варвара: чудовищная даже на вид сила, лицо, будто высеченное из камня, длинные чёрные волосы, собранные в хвост, и глаза — холодные, чистые, цвета горного льда, которые смотрят прямо в душу, выдёргивая наружу самые тёмные и древние страхи у всякого, кто осмелился бы встретить этот взгляд.

Но даже для того монстра в человеческом обличии, каким я сейчас являюсь, удаляться далеко от торгового тракта опасно, потому как в этих лесах встречаются чудовища, способные убить даже это тело. Особенно с учётом того, что я пока далеко не в полной мере могу двигаться так, как это делал оригинальный Бин Жоу.

С обычными действиями — такими, как ходьба, бег, прыжки, взмахи руками — у меня нет проблем, но вот всё остальное: боевые навыки, применение магии — требует мысленной команды. А это плохо, потому что, насмотревшись на действия голема, я понимаю: сражаться нужно интуитивно, и любая посторонняя мысль во время боя может стать последней.

Даже не знаю, сколько мне предстоит тренировок, прежде чем я смогу хотя бы приблизиться к той боевой эффективности, которую показывал мясной голем, пока мой разум был заперт в его голове.

С каждым шагом, с каждым пройденным метром я двигаюсь всё увереннее. Первая эйфория, затопившая меня при обретении свободы, постепенно тускнеет, и я отчётливо понимаю, в какой сложной ситуации оказался.

Вокруг меня чужой и невероятно опасный мир. Здесь правит сила и монстры, причём некоторые из них способны уничтожить целый город и перебить всех его жителей. Хорошо ещё, что за четыре месяца невольного заточения я успел понять, по каким правилам он живёт. Но не сказал бы, что эти знания меня радуют: слишком необычен и страшен этот мир, особенно для обычного офисного клерка, которым я был, кажется, совсем недавно.

Да, я обрёл новую жизнь и долгожданную свободу, но, чтобы сохранить их, нужно действовать обдуманно и не допускать ошибок. Главная цель сейчас — не быть раскрытым. А опасность более отдалённая, но пугающая куда сильнее, в том, что, благодаря памяти Бин Жоу, я знаю: в далёком пустынном оазисе, спрятанном от чужих взглядов в гористой местности, есть флакон с кровью моего нового тела. И тот, кто создал Бин Жоу, потратив на это невероятное количество ресурсов и более восемнадцати лет, из этой крови может изготовить новый управляющий амулет и снова подчинить это тело своей воле, а мой разум вновь запереть в клетке чужого черепа.

Нет, я, скорее, сам отрублю себе голову, чем позволю ещё раз такому случиться. Лучше смерть, чем роль бессловесного зрителя! И это не пустые слова. Я действительно так поступлю, если возникнет угроза пленения разума.

Но есть и обнадёживающие воспоминания. Я знаю, что даже если будет создан новый управляющий амулет, для его активации нужно прикоснуться к моему телу. А тот оазис находится очень далеко от того места, где я сейчас. Очень далеко, в нескольких десятках суточных переходов. Ещё немного успокаивает то, что мастер-алхимик, практик какой-то заоблачной Ступени, создавший Бин Жоу, никогда лично не покидает своего оазиса. Против него у меня не было бы и тени шанса, но, скорее всего, по мою душу он отправит кого-то из своих помощников.

А в том, что Бин Жоу попытаются вернуть, как только поймут, что он не появился после гибели каравана в указанном месте, у меня нет сомнений. В моё нынешнее тело вложены такие деньги, что его цена превышает вес в чистом золоте. А такими активами никто разбрасываться не будет.

И смерть мясного голема не инсценировать: тот самый флакон с кровью, что хранится в оазисе, не даст себя обмануть. Этот волшебный фиал «чувствует искру жизни» того, чья кровь в него помещена, что делает любую инсценировку бессмысленной.

Может, выйти к людям и рассказать о том, что пустынные племена готовят большой набег? Поведать о чудовищных опытах, которые ведёт «старец в горах», тот самый алхимик, который создал Бин Жоу?

Наивно и отдаёт попыткой мыслить в рамках земных норм. Тут в лучшем случае никто мне не поверит. А в худшем… Найдут мага разума на пару ступеней выше моего нынешнего тела и выпотрошат мою память, словно выброшенную на берег рыбу. Выпотрошат так, что ни о каком сохранении личности не будет идти и речи.