Чтение онлайн

«…Предположим на минуту, что Христос внезапно явился бы в сем храме, как некогда в Иерусалимском… – голос Филарета был негромок, но в полной тишине долетал до каждого уха. – И увидев продающих фарисейское благочестие и покупающих славу ревностных служителей Бога, а также приносящих в жертву Богу несколько торжественных минут и надеющихся заплатить ими за целую жизнь порочную, думаете, не изгнал бы вон их из храма? Да не сотворят из дома молитвы дом гнусной торговли! Не царствует лукавый мир, но в рабстве пребывает – честолюбия, злата, чрева, сладострастия…»

Проповеди Филарета, особенно надгробное слово, сказанное на смерть графа Александра Строганова, сделали имя ученого монаха знаменитым. Самый читаемый в то время журнал «Вестник Европы» опубликовал его обращения с амвона. И обер-прокурор Святейшего Синода князь Голицын, да и сам государь Александр Павлович восхищались его метким и врачующим словом. За отличие в преподавании Слова Божия иеромонах Филарет был пожалован наперсным крестом с драгоценными камнями – отличие высочайшее для простого монаха!

С марта 1812 года архимандрит Филарет – ректор Петербургской Духовной академии, где преподавал любимое богословие и церковную историю. В том же месяце его назначили настоятелем Новгородского Юрьевского монастыря.

Да, 1812 год знаменит и славен! Великую победу одержала Россия, одна-одинешенька выигравшая войну против армии двунадесяти языков во главе с непобедимым прежде Наполеоном. Жаль только, владыка Платон не увидел полного разгрома французов! Рано утром 11 ноября он тихо отошел в иной мир. Говорят, что за месяц до своей кончины вскочил вдруг задремавший было митрополит из кресла и закричал:

– Вышел! Вышел!

Его не могли понять, пока он не объяснил:

– Французы из Москвы уходят! Слава Богу, и я теперь умру спокойно.

…5 августа 1817 года в Троицком соборе Александро-Невской лавры архимандрита Филарета посвятили во епископа Ревельского. Через год – он уже архиепископ Тверской епархии и член Святейшего Синода.

Большой радостью для владыки Филарета стало долгожданное издание Евангелия на славянском и русском языках.

«Мы обязаны доставить душеспасительные книги Писания каждому на том языке и наречии, на котором он удобнее разуметь может, – не уставал повторять на собраниях Библейского общества владыка Филарет. – Будет людям доступна и понятна Библия, многие сердца откроются Слову Божию».

Шел 1821 год. Святейший Синод назначил архиепископа Филарета управлять Московской епархией, со времен митрополита Петра считавшейся самой почетной и уважаемой на Русской земле.

Владыка приехал в Первопрестольную накануне Успенского поста.

– Кто я, дерзнувший возглашать благодатное слово среди церкви, в которой сияли столь многие светильники веры? – звучал в переполненном Успенском храме Кремля голос Филарета. – О Владыко Господи! Ради народа Твоего – даруй благодать служению сему.

Десятки, сотни священных обителей радостно перезванивались колоколами в Москве и Подмосковье. Но любимой для владыки Филарета по-прежнему оставалась Троицкая лавра – там, возле святых мощей преподобного Сергия, он по-настоящему начал жить духовной жизнью. Там, в монастырском храме Сошествия Святого Духа на апостолов, погребен учитель и наставник Платон.

В те времена монастыри получали деньги из государственной казны. Но сумма эта была не такой уж значительной. Главная поддержка– частные пожертвования. «В рай входят святой милостыней», – говорили в старину. «Возлюби…» – вот и милость окажешь. Отблагодарить монастырь за возможность помолиться в святом месте стремились и простолюдины. Однако первыми жертвователями всегда считались помещики и купцы. «Много пташек на свете, и каждая поет своим голосом… Учись подпевать каждой из них, – наставлял владыка Филарет настоятелей святых обителей. – Не человекоугодничать надо, а смиренною покорностию снискивать благорасположение добрых людей».

Для святителя Филарета благотворительность, которую он обрел в лице московской аристократии – князе Сергее Голицыне, графе Дмитрии Горихвостове, княгине Волконской, – была одним из важных дел. Сколько бедных сельских храмов и отдаленных монастырей обязаны ему святою поддержкой! Сколько православных греков, сражающихся за свою независимость, было вызволено на эти деньги из турецкого плена.

Филарет любил поэзию. Стихотворные строки порой сами собой слагались в голове – стоило взять в руки перо, и стихи дивным потоком лились на бумагу. Однажды в доме князя Голицына услышал Московский святитель стихи поэта Александра Пушкина, чье творчество поначалу не одобрял, но с каждым годом все более проникался его вдохновенной лирой.

– Вот настоящий вопль души, потерявшей верный путь, – взволновался митрополит, дослушав стихи до конца. – Но поэзия, конечно, восхитительная.

Ночью владыка, пораженный отчаянием поэта, написал ему знаменитый ответ:

Стихи митрополита восхитили Пушкина. Иным, одухотворенным взором посмотрел он вокруг. Иначе не родились бы благодарные строки, посвященные святителю:

Задумал однажды император Николай соорудить в Москве величественную Триумфальную арку. Памятник сей намеревались воздвигнуть в честь славных деяний государя Александра I. Однако же на воротах не было никакого упоминания о покойном, не было даже знака о его победах. Зато украсили ворота боги языческие.

Митрополит Филарет венчал Александра II на царство в Успенском соборе Кремля

Митрополит Филарет отказался освящать Триумфальную арку, чем вызвал раздражение царя. Но что для него гнев императора! Христианскому пастырю страшно одно – разойтись с волей Господней.

Общим значительным деянием Филарета и настоятеля Троицкой лавры архимандрита Антония (Медведева) стал Гефсиманский скит в трех верстах от монастыря, окруженный вековыми елями. «То будет моя последняя обитель, – думал владыка, всякий раз навещая скит. – Когда почувствую, что слаб и немощен, попрошусь сюда на покой, с тем, чтобы здесь же погребли и кости мои…» Освящая храм Гефсиманского скита, в котором к тому времени уже хранилась частица мощей великомученика Пантелеймона – дар Иерусалимского патриарха Кирилла, – святитель Филарет сказал:

«Кто б ты ни был, брат мой, не предавайся унынию безнадежному, не дай скорби одолеть тебя… Помни, что горечь твоя уже наибольшей частию испита в великой чаше Христовых страданий…»

19 февраля 1855 года Российский престол перешел к Александру II. Митрополит Московский венчал его на царство в Успенском соборе Кремля. Глубоко переживал великое Таинство Московский святитель – с воцарением нового монарха наступало для России новое время, обещавшее не только успехи, но и опасности.

Царь Александр II, высокий и статный, не имел отцовской державной суровости, был мягок и добр сердцем. Первым делом он завершил начатую еще при отце неудачную войну с Османской Турцией, в которой против России выступили Англия с Францией. А в феврале 1861 года царь подписал знаменитый Манифест, отменяющий в России крепостное право. Этот Манифест об освобождении крестьян составляли известные царские чиновники, но последним, кто правил знаменитый текст, оказался митрополит Филарет.