Чтение онлайн

Нахмурившись, она крепко обняла колени.

— Почему ты помогаешь, Вэл?

Он нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы с тобой не связаны душами, как я с Рангаром. Ты мне ничем не обязан.

Он положил руки на бедра и посмотрел на пасмурное ночное небо. Наконец, он вздохнул.

— Полагаю, мне наскучило быть хамом, и я решил попробовать себя в роли героя.

Она закатила глаза и швырнула в него огрызком яблока, но правда заключалась в том, что Валенден рисковал своей жизнью ради нее. Он пожертвовал не меньше, чем она… и потерял, возможно, даже больше.

Брин искренне ответила:

— Спасибо, Вал.

Он устроился рядом с ней, держа свою руку рядом с ее, чтобы полюбоваться их одинаковыми кольцами.

— Не стоит благодарности, дорогая жена. Только не забирай одеяло.

Он дразняще потянул за шерстяное одеяло, и она обернула его вокруг них двоих, а затем провалилась в беспокойный сон. Ей снилось, что она снова в апельсиновой роще, которую посещала маленькой девочкой на юге Воллина. Цитрусовые росли только в южных королевствах, и она обожала сезон, когда в замок Мир прибывали повозки с апельсинами, лимонами и грейпфрутами. В течение нескольких недель в каждую еду добавляли лимонную цедру, цитрусовые соки, засахаренную апельсиновую корку.

Через некоторое время она проснулась, почувствовав сильный запах лимонной кожуры. Задыхаясь, она потрясла Валендена, лежащего рядом с ней.

— Вал, Вал, проснись!

Его глаза распахнулись, а одна рука инстинктивно потянулась к клинку, лежащему сбоку. Она вспомнила, что, когда он не был пьян, то был очень искусным бойцом. Но, когда Валенден понял, что на них никто не нападает, то расслабился.

— Черт возьми, Брин, я наконец-то заснул…

Она набросилась на него, схватив за плечи.

— Вал, это кожура лимона!

Он бросил на нее взгляд, который говорил о том, что беспокоится, не сошла ли она с ума.

— О чем ты говоришь? Ты разбудила меня, чтобы поговорить о лимонах?

— Я почувствовала этот запах в комнате новобрачных в ту ночь, когда убили Трея. Тогда я не придала этому значения, потому что на кухне во все блюда добавляли мирские деликатесы, как дань уважения моей родине. Мирский мед, мирские сыры…

Он кивнул, протирая глаза.

— Я в курсе

— Я предположила, что они добавили консервированную лимонную кожуру в блюдо, которое ел Трей, и поэтому я почувствовала этот запах. Но они этого не делали. Это просто пришло мне в голову. В блюде не было ни лимона, ни цитрусовых.

— И? — сказал он ворчливо.

Она приподнялась на коленях, глядя на огонь, потрескивающий за пределами убежища.

— Сын Алена. Тот самый, который помогает рыбакам в доках. Мадам Делис как-то сказала мне, что у него была фляжка наполненной лимонным ликером.

Валенден перестал тереть глаза, опустив руку.

— Сын Алена — шпион, — вздохнула она. — Это он убил Трея.

Валенден выпрямился, услышав это дерзкое обвинение.

— Ты уверена, Брин?

Она крепко сцепила руки.

— Ты когда-нибудь чувствовал запах лимона в Берсладене? Я точно нет. Убийца — сын Алена. Не знаю, является ли его отец тоже шпионом… возможно, сын действовал самостоятельно. Ален, конечно, говорил, что готов работать с Треем и со мной как с регентами, но, возможно, его сын не хотел этого. Кажется, его зовут Бродерик.

Валенден погладил подбородок.

— Сейчас мы мало что можем с этим поделать. Моя семья должна узнать эту информацию как можно скорее, но, если мы вернемся сейчас, то рискуем попасться Бродерику и тем, с кем он еще может работать. Я пошлю гонца, как только мы дойдем до города.

Они попытались снова заснуть, но мысли Брин были слишком заняты другим. Чтобы отвлечься, она начала практиковать свои заклинания. Валенден наблюдал, тоже не в силах уснуть и, в конце концов, вздохнул.

— С формулировками у тебя все в порядке, — сказал он, — но жесты рук требуют практики. У тебя такой вид, будто ты рисуешь пальцами по грязи. Заклинание зависит от движения рук.

Она попробовала еще раз, и он сказал:

— Немного лучше. Слушай, мы будем в дороге две недели. Я помогу тебе тренироваться, если хочешь.

— Правда? — ее глаза загорелись.

— Нам нужно чем-то заняться, чтобы скоротать время, а Рангар дал понять, что мы не можем заниматься моим любимым делом.

Он наблюдал за тем, как она тренируется над заклинанием поиска, и критиковал ее до самого утра, пока не посмотрел на восходящее солнце и не бросил ей сумку.

— Пора двигаться дальше. Выбирай платье, женушка.

Она перебирала платья внутри, пока не нашла простое темно-синее, подходящее ей по размеру. Она начала расстегивать пуговицы, потом нахмурилась.

— Отвернись, Вал.

Он разделся до пояса, провел влажной тряпкой по груди, принимая водные процедуры, прежде чем они снова отправятся в путь, и теперь насмешливо смотрел на нее.

— Думаешь, я не видел раньше обнаженных женщин?

— Думаю, ты видел сотни, — ответила она. — Но меня ты не увидишь.

Он отвернулся с усмешкой. Брин с любопытством разглядывала магические знаки на его плечах. Но потом он натянул рубашку, и, одевшись и собравшись, они снова отправились в путь.

Через несколько часов они вышли из леса на грунтовую дорогу, которая, судя по всему, использовалась довольно часто. Валенден посмотрел на солнце.

— Если мы пойдем этим путем, то к полудню доберемся до деревни Тиммон. Если мне удастся заложить несколько серебряных подсвечников, которые я взял с собой, мы сможем купить пару лошадей.

Они двинулись по дороге. В какой-то момент мимо проехала карета, и Брин начала паниковать, испугавшись, что ее темные волосы и простое платье недостаточно хорошо замаскированы и ее узнают. Но Валенден велел ей не высовываться, и карета проехала мимо, лишь помахав им рукой.

Когда они наконец добрались до Тиммона, то обнаружили, что это не более чем деревня на перекрестке дорог. Кроме нескольких сгрудившихся домов, здесь был только один магазин, служивший рестораном, таверной и торговым пунктом.

Валенден поправил свою сумку и направился к двери, а Брин нервно топталась сзади.

— Говорить буду я, — успокоил он ее. — Будет лучше, если они не услышат твоего акцента. Просто притворись хоть раз в жизни кроткой, послушной женой.

Она мысленно метнула в него кинжал. Вал взял ее за руку и повел внутрь, где за прилавком сидел худой молодой человек с несколькими полками, уставленными товарами. Там стояли два столика, за которыми посетители могли поесть, и оба они сейчас пустовали.