Чтение онлайн

Да и реакция «серого», когда тот всё-таки увидел Кристину, была красноречивее любых слов: так мог бы выглядеть фанат, которому повезло столкнуться с любимой рок-звездой, и который теперь не может поверить своему счастью. Не говоря уже о том, что Кристине почему-то удалось прикоснуться к «большеголовому» — и не только рукой, но и рукояткой молотка…

— Ну и что же я такое?.. — задумчиво пробормотала она.

— Не знаю, — сразу же отреагировала Хель.

— Но что-то ты ведь увидела? Или, хочешь сказать, тогда, в лесу, ты просто проходила мимо?

На этот раз небольшая пауза потребовалась самой Хель. Через некоторое время, когда Кристина уже решила, что, не желая отвечать на неудобны вопрос, призрак впал в оцепенение, тишину нарушил бесцветный голос призрака:

— Жизнь подобна тусклой лампе в темноте. Чем сильнее живое существо, тем оно ярче, и тем проще его заметить. Однако такие, как я, вынуждены идти на свет всегда, каким бы слабым он ни был.

— Почему?

— Голод, — просто ответила Хель. — Что бы мы ни поглощали, этого всегда недостаточно. Но позволяет ненадолго продлить наше существование.

— И что тебе помешало? Продлить своё существование? — мрачно проворчала Кристина.

— Ничего.

От этого признания, как всегда простого и прямолинейного до дрожи, у Кристины пересохло во рту. Она и раньше не питала особых иллюзий по поводу того, зачем Хель нашла её в своё лесу, но одно дело понимать это теоретически, и совсем другое услышать собственными ушами. Хель, между тем, продолжала:

— Что-то изменилось. Стало спокойно. Появились мысли, воля, контроль. Выбор.

— Как тот рах на болоте, — выдохнула Кристина и нервно поёжилась, будто снова почувствовала длинные пальцы призрака у себя на шее. — Помнишь, когда она меня схватила? На какое-то время… даже не знаю, как объяснить. Как будто у неё в глазах появилось что-то разумное. Она даже отпустила меня, правда, всего на пару секунд…

— Она изменилась, — согласилась Хель. — Как и существа, с которыми мы сражались внизу. Прежде они не могли управлять мёртвыми.

— Ты тоже заметила, да?

«Большеголовый» в подвале явно не ожидал, что увязнет и станет погружаться в тело покойного жреца. Скорее всего этим объяснялось и то, что оживший мертвец был таким неуклюжим — «серому» просто никогда не доводилось управлять чужим телом. Интересно, а остальные, те, что разорвали его на части, не могли получить точно такие же способности?

«Этого нам только не хватало», — Кристина похолодела. Нужно было что-то решать — но как это сделать, если она толком не понимает, как всё это работает? Оставалось только вернуться к первоначальному вопросу и продолжить тянуть из Хель информацию:

— Но почему они идут именно за мной? Что такого вы все там увидели?

— Маяк, — после непродолжительной паузы развила метафору Хель. — Яркий пульсирующий свет. Его можно было увидеть по всему лесу. Вскоре все, кто увидел этот проблеск, пошли на него. — Помолчав, она добавила с неожиданной теплотой: — Это красиво.

— Ну вот так на моей могиле и напишите: «Её порвали в клочки, потому что это было красиво», — мрачно отшутилась Кристина, а затем запоздало удивилась: — Но подожди, если люди, как ты говоришь, похожи на «тусклые лампы», то откуда могло взяться столько… света?

— Отовсюду, — Хель мгновенно переместилась в пространстве и, оказавшись перед Кристиной, заглянула девушке в лицо. — Струится сквозь тебя. Пульсирует, изменяется, расходится во все стороны. Разве ты не чувствуешь?

Кристина не знала, что ответить. Возможно, что-то такое и имел в виду Дух, когда говорил о некой «настоящей силе», — но что толку? Она никогда не чувствовала в себе никакой силы и совершенно точно не могла ею пользоваться — если не считать одного единственного случая, о котором Кристине не хотелось даже вспоминать. А учитывая всё, что рассказала Хель, это вообще нельзя было назвать преимуществом — скорее уж огромной мишенью на спине.

«Кстати, о мишенях», — Кристина рывком поднялась с кресла и беспокойно прошлась по комнате, внутренне холодея от вырисовывающихся перспектив. Вечно голодный призрак, привязанный к ней какой-то совершенно непонятной связью и питающийся силой, о которой она сама не имела ни малейшего представления — каково? Да, от Хель по-прежнему не исходило никакой угрозы, но это пока она сыта и довольна жизнью. А что потом? Что будет, если завтра, послезавтра или через месяц этот источник иссякнет?

«Хорошо ещё, что второй рах не успел сформировать такую же связь, иначе в итоге всё могло бы закончиться эпической битвой за право доедать мои останки». — Она резко передёрнула плечами, живо представив себе эту картину. И всё же, пусть от всех этих мыслей уже шла кругом голова, Кристина твёрдо решила сразу расставить все точки над «i»:

— То есть я для тебя — просто источник пропитания, — не оборачиваясь, глухо произнесла она, — который ты, так уж и быть, готова защищать и прятать от остальных?

— Нет.

— А что тогда?

— Ты помогла мне. Я хочу пойти с тобой.

— Как же у тебя всё просто… — Кристина недоверчиво покачала головой и. описав большой круг по спальне, остановилась у окна, наблюдая за снующими во дворе слугами и солдатами из ополчения.

Разговор получился на удивление тяжёлым.

Особых причин не доверять призраку у неё не было. Если подумать, Хель была последним существом, которое можно было бы обвинить в патологической склонности ко лжи. Если бы она действительно собиралась оторвать Кристине голову, то давно бы уже сообщила об этом в своей обычной, безэмоциональной манере — или, на худой конец, просто ушла бы в себя, наотрез отказываясь обсуждать эту тему.

И всё же, как относиться к призраку, на счету которого наверняка был не один десяток убитых, Кристина не знала. Можно ли считать, что теперь, когда Хель полностью осознаёт свои действия, всё это осталось в прошлом? Кого-то задрали волки, а кому-то не повезло натолкнуться на раха — и не было в этом никакого злого умысла, потому что и те, и другие убивают ради пропитания, так что ли, получается?

Одновременно с этим, Кристина не могла не признать, что ей даже нравится компания Хель. Прямолинейный и по-своему неуклюжий в общении призрак вызывал улыбку, серьёзная и требовательная аристократка — невольное уважение, а мрачный и беспощадный рах, учитывая, через что пришлось пройти человеку, которым он был в прошлом, — искреннее сочувствие. Оставалось только придумать, как держать под контролем самую тёмную сторону личности Хель и, по возможности, не афишировать её существование. Впрочем, учитывая покладистость призрака, задача эта не казалась невыполнимой.

Размышляя об этом, Кристина не сразу заметила, что настроение её заметно улучшилось, и как на смену мрачному стоицизму пришли практичность и умеренный оптимизм. И, что самое главное, у неё в голове окончательно сложился вполне рабочий план.

— Да, так и сделаем, — энергично кивнула сама себе Кристина, отворачиваясь от окна, за которым всё равно не происходило ничего интересного. Она собиралась было вернуться в кресло, оказавшееся на удивление удобным, — но вдруг резко замерла на месте, сообразив, что Хель куда-то пропала.

Впрочем, обнаружить пропажу оказалось совсем не сложно: призрак успел разместиться в освободившемся кресле в своей прежней, жутко неудобной позе, от одного взгляда на которую становилось не по себе.

— А ты, я смотрю, своего не упустишь, — возмутилась Кристина, останавливаясь напротив кресла. Не то чтобы ей действительно хотелось согнать призрак с места, просто чувство справедливости требовало побороться за него хотя для вида. — Вообще-то, я первая туда села!

Однако, вместо ответа, Хель лишь удивлённо склонила голову набок — и так и замерла, безразлично разглядывая что-то, будто бы сквозь Кристину. Девушка нахмурилась — но губы уже сами собой начали растягиваться в улыбке. Миг спустя копившееся всё это время напряжение вырвалось наружу и она, смеясь в голос, махнула рукой: