Таблеточку, Ваше Темнейшество?
Шрифт:
– Лери, разве мы все не выяснили по поводу моей принадлежности? – спокойно возразил Рэйвен.
– Конечно, выяснили, – улыбнулась я. – Ты настоящий правша, а левой рукой пишешь исключительно в качестве хобби.
– Лери…
– Не волнуйся. У меня нет никаких предубеждений по поводу темных и Темнейших, – сказала я. – Тем более ты уже с нами дня три, если не ошибаюсь. У тебя было полно времени, чтобы, при желании, приготовить нас на завтрак, обед или ужин. Судя по тому, что мы целы и невредимы на данный момент, то темные все-таки людей не жрут. Но!
Я на секунду замолчала, глядя в чуть прищуренные глаза Рэйвена. Ну, хоть не пытается отнекиваться – не люблю чувствовать себя дурочкой.
– Но что?
– Но после того, как сходишь на допрос, я попрошу тебя уйти. Пойми правильно. Я благодарна и за помощь в аптеке, и за то, что вызвался завтра заменить меня. Но на мне трое детей, а я сама еще не до конца обжилась в этом мире. Я не хочу неприятностей, – закончила я, чувствуя, как щеки немного краснеют. – Я соберу тебе небольшую сумку в дорогу с едой и лекарствами.
Давненько я не краснела от стыда. С одной стороны, Рэйвен нам никто, всего лишь гость. С другой – он хороший человек, который помогал и выручал. Выгонять его в тот момент, когда его (или не его) ищут Светлейшие – не самый хороший поступок. Но мысли о детях немного успокоили разбушевавшуюся совесть. Ненадолго. Когда Рэйвен понимающе и грустно улыбнулся, совесть снова с садистским удовольствием напомнила мне о моей беспринципности.
– Не думай лишнего. В конце концов, никаких темных тут у тебя никогда не было. И как непрошеный гость я сильно задержался. Завтра схожу на магический допрос – и пойду домой, – ответил Рэйвен.
Я хотела возразить, но тут же заткнула себя. Так для всех будет лучше. Но еще раз уточнила:
– Рэйвен, но все-таки для тебя не опасно…
– Разумеется, никакой опасности нет. Я маг, внутри которого светлая магия. Как Светлейшему может быть опасно на допросе у Светлейших? Все будет хорошо, Лерия, не волнуйся.
Я попрощалась и с неспокойной душой ушла в свою комнату. Полночи прокрутилась в постели, не способная выгнать лишние мысли из головы, после чего заснула совсем ненадолго.
А дальше утро, отсутствие кофе, лицо панды-китайца, перепившей ликера, – помятое, с черными кругами и еле заметной щелочкой глаз.
Конец ознакомительного фрагмента.