Чтение онлайн

— Тогда он любит не меня, тогда он влюблен в свои собственные мечты. И есть только один способ выяснить это.

По дороге в Нью-Йорк Карен не могла думать не о чем другом, как только о встрече с Эриком. Она видела все так ясно. Она позвонит ему и скажет, что она подруга Индиры, Карен Ист, и что ей необходимо поговорить с ним. Он тотчас же пригласит ее к себе в студию. Потом, когда она войдет, он будет ошеломлен. А что, если он потеряет сознание от шока? Нет, Эрик вряд ли способен упасть в обморок. Скорей уж он разозлится. Да, более вероятно. Но когда она все объяснит — как Эйлин втянула ее в эту авантюру, — он простит ее.

Когда самолет пошел на посадку в Ла Гардиа, она все еще представляла свое возвращение. Эрик откроет ей дверь, его лицо бледно, мягкие серые глаза широко открыты от недоверия. Он оглядит ее с головы до ног, а потом непроизвольно протянет руку и дотронется до ее лица, как будто она привидение.

«Индира? Это ты? Это действительно ты?» — спросит он, а потом заключит ее в объятия и скажет, что очень скучал, очень любит ее и не может жить без нее.

Она расскажет ему, что не могла жить без него, и он поклянется ей в своей неумирающей любви и доверии. Доверии? Как он может ей доверять после всего того, что она сделала?

А может быть, он будет в ярости, в такой ярости, что откажется даже разговаривать с ней. Что же тогда делать? Вместо того чтобы заключать ее в объятия, он, например, скажет: «Я не из тех мужчин, с которыми можно играть в подобные игры. Я возмущен тем, что ты сделала, возмущен этим маскарадом. Ужасно возмущен. Уходи! Не желаю больше тебя видеть!»

Потом она будет молить о прощении и говорить, как она любит его и не может жить без него. И его сердце смягчится. Она обнимет его, прижмется к нему и будет шептать ему на ухо слова любви, и он перестанет злиться, когда она покроет его лицо тысячей поцелуев.

К тому времени, когда Карен добралась до своей квартиры, она была измучена предположениями. Она решила, что следует выяснить точку зрения мужчины на эту проблему, обсудить все это с Элги. Мужчины никогда не реагируют так, как ожидаешь.

Элги работал, стараясь вернуть ее волосам и бровям прежний натуральный цвет, а она рассказывала ему о своих планах.

Элги нахмурился.

— Карен, ты хочешь знать мое мнение, честно?

— Да. Именно поэтому я тебе все и рассказала.

— Карен, дорогая, если бы я был влюблен в человека, который поступил со мной так, как ты с Эриком, я был бы очень зол. Я бы…

— Так я и думаю, что он будет зол. Я готова к этому. Я хочу узнать другое, смог бы ты пережить это? Злость, я имею в виду, а не любовь.

— Чем больше я был бы влюблен, тем злее я был бы. Ты действительно думаешь, что он страстно, до умопомрачения тебя любит?

— Да, я знаю это.

— Тогда он, возможно, убьет тебя.

Карен позвонила Клэр, которая спросила:

— Когда ты вернулась? Ты уже обесцветилась?

— Вернулась вчера вечером. Весь день просидела у Элги, чтобы опять превратиться в блондинку.

— Как ты выглядишь?

— Похожа на себя — на ту, что была раньше.

— Эрик знает, что ты вернулась? Ты уже разговаривала с ним? Что ты теперь собираешься делать?

— Именно об этом я и хотела с тобой поговорить. Клэр, Элги сказал, что на месте Эрика убил бы меня, когда узнал бы всю правду.

Клэр нервно рассмеялась.

— Элги склонен к преувеличениям. Не думаю, что Эрик уж очень будет злиться. Хочешь, пойду к нему вместе с тобой? По-моему, неплохая идея. Лучше, если рядом с тобой кто-то будет, когда вы встретитесь. Я буду выполнять роль буфера.

— Миротворца.

— Что-то в этом роде.

Идеальное решение. Карен почувствовала себя лучше.

— Будешь меня морально поддерживать. Клэр, мне кажется, что я напугана до смерти и не в силах встретиться с ним один на один.

— Слушай, — успокаивала ее Клэр, — относись к этому спокойнее. Я дважды работала с Эриком с тех пор, как ты уехала. Позвоню ему и спрошу, нельзя ли прийти поговорить с ним, неважно о чем, а придем мы вместе. Когда Эрик откроет дверь, я буду стоять между вами. Братство навсегда! Ну, как звучит?

— Великолепно, — с облегчением вздохнула Карен.

— Позвоню ему прямо сейчас, а потом перезвоню тебе.

Через пять минут Клэр перезвонила.

— Все в порядке. Он будет ждать меня завтра в шесть. Встретимся в пять тридцать в кафетерии на углу Шестой авеню и Тринадцатой.

Кафетерий был переполнен, было шумно. Поднимался пар от аппарата, где варился кофе, звенели чашки, гудели голоса, все это нервировало Карен. Клэр нигде не было видно. Карен нашла свободный столик и заказала двойной кофе, но сколько бы она ни размешивала в нем сахар, по вкусу он напоминал ей желчь или древесную кору. Она взяла дольку лимона, нервно повозила ее по блюдцу вперед и назад, пока не разорвала на две половинки. Кусочки плавали на маслянистой поверхности кофе. У нее застыли пальцы на ногах. Начали замерзать ноги. Теперь она уверена, что весь ее план — ужасная ошибка. Нужно было все рассказать ему еще много недель назад. Она не должна была позволять зайти всему этому так далеко. Но он так любил Индиру, а она так любила Эрика…

— Карен! — окликнула ее Клэр, чмокнула подругу в щеку и уселась на сиденье напротив.

— Дай-ка мне посмотреть на тебя. Вот теперь это действительно ты. Какое облегчение видеть твой прежний бледный облик. Теперь могу признаться, что никак не могла привыкнуть к тебе черной и золотистой. Для меня ты всегда оставалась серебряной. — Глаза Клэр сузились, и одна бровь сардонически поползла вверх. — А ты прибавила в весе, не так ли? Зная тебя, не удивлена. Наверное, съела всех омаров в Майне. Как кофе?

— На вкус, как желчь и кора, — мрачно сообщила Карен.

— Не унывай. Все будет хорошо. Вот посмотришь. Тебе не о чем беспокоиться, раз мы вместе. Даже мрачному датчанину не справиться с двумя женщинами.

— Он не мрачный, — запротестовала Карен. — Эрик даже не бывает грустным. Она почувствовала, как у нее перехватило горло. — Ох, Клэр, он самый добрый, нежный, дорогой…

— Не забудь сказать, сексуальный.

— Самый сексуальный мужчина на земле. А я так ужасно с ним поступила, он возненавидит меня. Он определенно будет чувствовать ко мне отвращение.

— Не плачь, Карен. Косметика потечет. Неважно, будет ли он зол, это не продлится долго. Если он любит тебя, он переживет обиду. И простит. Ну, а теперь пойдем, пока ты не начала биться головой о стену.

Когда они поднимались на лифте в студию Эрика, Клэр положила руку на плечо Карен и ободряюще сжала его.

Карен сказала:

— Почему ты не спросишь, желаю ли я выкурить последнюю сигарету и не завязать ли мне глаза?

— Мужество и еще раз мужество, — поддержала ее Клэр. — И, схватив безжизненную руку Карен в свою, она зашагала к двери Эрика.