Чтение онлайн

Зайти домой через парадный вход – наиглупейшая идея за весь вечер, поэтому Максиму пришлось воспользоваться запасным вариантом. Он спустился со ступенек, прошел несколько метров до угла дома и, подпрыгнув, уцепился за трубу. Макс карабкался вверх, пока не дополз до небольшого выступа в стене. Через несколько мгновений он очутился возле окна, которое предусмотрительно не стал закрывать. Спрыгнув на пол собственной комнаты, он глубоко выдохнул. Интересно: второй раз за день зайти через окно.

Макс выключил телефон, разделся и нырнул под одеяло, пытаясь погрузиться в сон под пьяные крики, доносившиеся с первого этажа. Размытые видения кружились перед глазами, оставляя за собой только шлейф дремоты и ни одной ниточки крепкого сна. Вот уже несколько лет Макс не видел снов, лишь смазанные образы, которые переплетались с пережитыми днями. Ни одна ночь не укрывала Максима с головой от последних сияющих бликов луны до первых лучей солнца. Он ворочался с боку на бок, прокручивая события жизни. Ему так хотелось все исправить и вернуть на свои места, но каждый вечер звуки битых бутылок продолжали разноситься по дому.

Электронные цифры на запястье приближались к полудню. О вчерашних приключениях напоминала лишь еле заметная боль в мышцах и невероятный голод. Нацепив первое, что попалось под руку, Макс вышел из комнаты и сразу услышал глухой храп, доносившийся из соседней спальни. Марина не изменяла своим привычкам, что позволило Максиму расслабиться.

Он проворно спустился по деревянной лестнице на первый этаж, но не успел перешагнуть порог кухни, как споткнулся о бутылки, которые со звоном раскатились по углам. Максим еле устоял на ногах, чудом увернувшись от осколков, и замер. Неистовый храп по-прежнему раздавался с верхнего этажа. Максим выдохнул, выпрямился и осмотрел кухню.

Помещение пережило по меньшей мере нападение варваров, по большей – боевые действия. Битые бутылки, осколки посуды и остатки еды растянулись вдоль всей кухни. Плитку усеивали липкие красные пятна, из-за чего расстояние до противоположной стены напоминало испытание на минном поле. Максим извивался, как плющ, но, все же, смог добраться до чайника.

Он нажал на кнопку и широко открыл окно, чтобы выветрить запахи алкоголя. Через несколько мгновений дом заполнили ароматы османтуса с цветочных клумб. Запах напоминал о летних семейных путешествиях. Несмотря на холодные, полные отчуждения и одиночества отношения с родителями, дальние поездки создавали видимость маленькой, дружной семьи. Тихие семейные ужины, неспешные прогулки на лошадях и сады, переполненные всевозможными цветами. Тогда, десятилетним мальчиком, Макс не ценил совместного времяпрепровождения. Он хотел быстрее вернуться в город. Но сейчас, посреди кухни, собирая руины и без того несчастливой семьи, воспоминания затягивали в гущу кустарников.

Свист чайника вернул в реальность, напоминая о необходимости взбодриться. Максим потянулся к шкафу с посудой и к большому удивлению не обнаружил в нем ни одной чашки. Он сразу догадался, что пьяные руки матери добрались до каждого уголка кухни. Кофе отменяется.

Послышался глухой сигнал входящего сообщения. Максим разблокировал телефон, и на экране высветились десятки грозных посланий от одного из юристов фирмы, а по совместительству и единственного союзника Макса. Выключенный звук телефона благополучно скрыл от своего владельца всю важную информацию.

«Ты скоро?», «Где тебя носит?!», «Срочно приезжай, они уже здесь!», «Макс, они в бешенстве, и я тоже!», «У тебя осталось 10 минут».

– Черт! – выругался вслух Максим, вспомнив о совещании и машине, которая осталось возле клуба.

Макс молниеносно взлетел на второй этаж, надел светло-серый костюм и васильковый галстук под цвет глаз и помчался на улицу, где его ожидало такси. Как только его нога коснулась крыльца, Максим снова споткнулся.

«Новый день – новая привычка», – подумал он, вспоминая вчерашний бег с препятствиями. Макс обернулся и обнаружил груду осколков посуды, которая расползлась по всей веранде. Ничто не могло скрыться от щупалец Марины, и Максим уже совершенно не понимал, как с этим бороться. Времени совсем не оставалось, так что он бросил все, как есть и помчался на работу.

Сентябрьское солнце еще согревало остатками лета извилистые улицы Ашикера. Не смотря на середину дня, дороги казались полупустыми, и такси быстро доставило Максима к работе. Шлагбаумы, колючая проволока, собаки и угрюмые охранники угнетали одним своим видом. Макс в очередной раз задумался о том, зачем обычному металлообрабатывающему заводу приставили такую сильную охрану.

Максим ни разу не использовал пропуск: сына главного акционера знали в лицо. Вот и сейчас, охранники кивнули, пропуская Макса на режимный объект. Обширная территория не позволяла обойти периметр пешком, на это мог уйти весь день, так что Максим попросил машину и стал ждать. Ему никогда не нравилось это место. Излишне строго, слишком уныло и невероятно скучно. Отец вынудил его встать во главе завода несколько лет назад, когда открыл головной офис за тысячу километров отсюда, бросил свою семью и больше никогда не появлялся в жизни сына. Макс не понимал той странной формы опеки, которой придерживался его отец. Бросить, но заботиться – оригинально, однако, Максу не представилась возможность спросить об этом лично. Отец установил весьма прозрачный ультиматум: не хочешь потерять состояние – руководи. И вот Макс здесь: изо дня в день опаздывает и проклинает завод.

Подъехал автомобиль и лихо доставил Максима по пустынным широким дорогам к административному корпусу. Возле главного входа невысокий мужчина лет под сорок, явно страдающий лишним весом, вышагивал марш обиженных и оскорбленных, нервно поглядывая на часы.

– Я уже здесь, не переживай, – сразу крикнул Макс, выходя из машины. Он поблагодарил водителя, закрыл дверь и подошел к юристу.

– Ты должен был приехать четыре часа назад! Сделку уже провели, без тебя. Все решения приняты. Тебя вообще не волнует судьба компании?

«Нет», – подумал Макс, но не стал озвучивать свои мысли. Уговор с отцом заключался в ведении бизнеса, в то время, как об успешности предприятия речь не заходила. Работа занимала далеко не первое место в жизни Максима, а неприязнь к ней еще больше сдвигала завод на задние ряды.

– Андрей, я не считаю встречу с партнерами из Краснодара важной настолько, чтобы присутствовать на ней лично, – они зашли внутрь здания и направились на верхние этажи. – Думаю, линейных руководителей и лучших юристов, включая тебя, более, чем достаточно.

– Ты слишком легкомыслен, – Андрей пыхтел позади, сердито покоряя ступени.

– Ты знаешь, что это не так. Вспомни открытие нового филиала, заключение договора с китайцами, и то судебное разбирательство с судоходной фирмой. Я вел все эти дела, потому что они играли важную роль.

– Я вижу, к чему ты клонишь, – юрист, наконец, достиг вершины лестницы и остановился перевести дух. – Но ты же генеральный директор! Максим, нельзя постоянно пропускать даже обычные встречи. Ты это понимаешь и без меня. И ты должен, нет, ты просто обязан находиться здесь каждый день, нравится тебе это или нет.

Максим молчал. Он понимал, что юрист говорил совершенно правильные вещи. Как только дыхание Андрея нормализовалось, они продолжили путь, а Макс сменил тему.

– Какие результаты?

– Мы сделали все, как ты сказал, – юрист неохотно переключился. – Они согласились снизить входные пороги на 5%.

Максим моментально развернулся, походя на Майкла Джексона в парадном мундире, и бросил на коллегу выжидающий взгляд, но тот молчал. В полной тишине, лысеющая макушка юриста проплыла мимо, заворачивая в кабинет директора. Макс прошел следом, закрыл за собой дверь и направился к столу, не отводя взгляда от собеседника.