Танцующая в неволе
Шрифт:
– Конечно, представляю, но разве мне, вашему партнёру и мамочке проекта следует ориентироваться на коммерческие цены? А ещё я – та самая несушка, в запасе у которой ещё не одно яйцо с сюрпризом. И не прибедняйтесь, я ведь Вас не обкрадываю, просто хочу приобрести недвижимость по выгодным ценам.
– Да при любом раскладе – это целое состояние и по-любому грабёж.
– Ну, Вы-то наверняка не обеднеете, а вот мои деньги считать не надо, Олег Константинович. Очевидно, у нас с Вами разные представления о состоянии.
– Конечно, я знаю, дорогая, что ты не бедная Золушка. Я много и с удовольствием следил за твоей интересной, насыщенной жизнью в Париже, – Карабас растянул кислую улыбку во всю рожу.
– Не советую Вам копаться в моей личной жизни, Олег Константинович, чтобы потом сильно не разочаровываться в своей. – Мой тон и в начале разговора не предвещал добрых посиделок, теперь же уровень напряжения достиг критической отметки.
– Не хотелось бы, – мрачно заметил Соколов.
– Тогда самое время обсудить остальные бонусы, – напомнила я.
Битый час Соколов торговался со мной по каждому пункту, но в итоге всё же сдался.
– Ты беспощадная акула, Диана, – устало выдохнул он. – Вообще-то я приглашал тебя в надежде на другой разговор. У нас тендер на носу, между прочим!..
Соколов незамедлительно изложил мне свой новый грандиозный план по завоеванию новых земель и озвучил, что надеется на моё активное участие. Я милостиво пообещала подумать и это, конечно, вовсе не тот ответ, на который он рассчитывал. Ещё я не забыла упомянуть о том, что в Париже меня ждёт Поль с очередным сюрпризом, и у Карабаса алчно заблестели глаза. Вот и замечательно – информацию я подкинула, пусть теперь переваривает. В попытке сгладить настроение встречи, Большой Босс попытался меня развлечь светскими сплетнями, но сейчас это последнее, что способно меня заинтересовать.
– Как твоя новая тачка, помощь с оформлением нужна? – нащупал тему Карабас.
– Машиной довольна, а с оформлением пока подожду.
– Ну, ты, если что, обращайся – вмиг исполним. О, кстати, Диана, мне же тут пару дней назад по твою душу звонил Евгений Ланевский… знаешь такого? – Карабас внимательно наблюдает за моей реакцией.
– Сын Ланевского? Встречались в офисе, – отвечаю равнодушно.
– И как он тебе? – Карабас подался вперёд, для него это не праздный вопрос.
– А что мне с него? – изображаю недоумение. – Пока я с ним по работе не пересекалась, поэтому никак.
– Да?.. А мне показалось, что он просил твой номерок не для обсуждения рабочих вопросов, – Карабас загадочно улыбается, и его цепкий взгляд не отпускает меня ни на секунду.
– Вот с ним бы и фантазировали на эту тему, Олег Константинович. Надеюсь, Вам не взбрело в голову делиться контактной информацией?
– Обижаешь, Дианочка.
Всё-таки этот хряк подгадил финал нашей встречи.
Оказавшись в приёмной, я кивнула Риммочке, прижимавшей к уху трубку телефона, и направилась к выходу.
– Диана, одну минуточку, – окликнула секретарша и, быстро свернув телефонный разговор, обратилась ко мне с ослепительной улыбкой: – Диана, Олег Константинович очень просил показать Вам новый кабинет и, если он Вам понравится, то останется только выбрать мебель.
Я уже намеревалась передать через Римму грубый посыл для её босса, но внезапно мне пришла в голову шальная мыслишка.
– Римма, а если я захочу там переделать ремонт?
– Ну-у, я не знаю… – растерялась она, – это надо будет спросить у Олега Константиновича. Но ведь вы ещё не видели кабинет…
– Показывай, – скомандовала я решительно.
Надо отдать должное Карабасу – кабинет мне понравился. По площади он, конечно, уступает директорскому, зато кроме панорамных окон, здесь имеется выход на просторный балкон. Я мысленно нарисовала себе удобное кресло на этом балконе и низенький круглый столик… но скомкала и выбросила набросок. Вид из окна можно назвать красивым, но не более – не впечатляет.
Когда-нибудь я построю себе дом, где буду смотреть из окна на бескрайнее море и слышать только всплеск волн и крик чаек. И никакого людского гомона, и шума транспорта. Когда-нибудь…
А здесь тяжёлый запах и многоголосье мегаполиса. Конечно, я уже привыкла и смирилась с этим. Тем ценнее становится каждое мгновенье наедине с природой.
– Вам нравится? – врезался в мои мысли голос Риммочки.
– Да, Римма, здесь симпатично, но ремонт всё же понадобится, я бы хотела кое-что изменить. Надеюсь, бюджет Большого Босса не сильно пострадает? – я злорадно улыбнулась.
– Уверена, что он не пострадает, даже если Вы решите переделать весь этаж, – выпалила Римма, поджав пухлые губки.
О-о-о! Неужели Карабас так заездил свою помощницу?
– Римма, а сколько ты работаешь на Соколова?
– Скоро уже три года, – тоскливо призналась девушка.
Похоже, этот бульдозер за три года порядком помял малышку.
– Как-то ты невесело об этом говоришь, не нравится работа?
– Конечно, нравится, – поспешно встрепенулась Римма и добавила: – Просто сегодня устала.
Да кто бы сомневался.
– Тогда почему не попросишь у шефа выходной?
Римма посмотрела на меня так, будто я предложила ей уговорить Карабаса сдать нормы ГТО.
– Сегодня же понедельник, – сказала она таким тоном, словно это всё объясняет.
– Тогда предлагаю это отметить, – невозмутимо отвечаю ей в том же духе.
Возражать Римма не отважилась и молча зацокала каблучками вслед за мной, обратно в приёмную.
Самообладание Карабаса после моего ухода было и так на пределе его возможностей, и поэтому, когда я снова объявилась в его кабинете, бедняга даже не успел замаскировать кисляк на косматой роже.
– А вот и я! – я озарила его кабинет радостной улыбкой.
– Какими судьбами, Дианочка? – преувеличенно бодро спросил он.
Я оценила вымученную улыбочку Карабаса, и мне захотелось накапать ему «Корвалол». Щадя его расшатавшиеся нервы, я сперва поблагодарила за прекрасный кабинет, а заметив его удовлетворение, выразила желание внести свои коррективы и попросила освободить для этого бригаду Андрея. Получив же одобрение, я перешла к следующей просьбе – укоротить для его помощницы Риммы сегодняшний рабочий день, поскольку она необходима мне в качестве гида для запланированного шопинга. От такой вопиющей наглости Соколов чуть не забрызгал слюной весь свой роскошный интерьер. Однако зарождающийся бунт я эффективно подавила и растоптала.