Чтение онлайн

— Ты, я и ангелы, — поправила его Сашка.

— Ну да, конечно… И ангелы, — повторил он вслед за ней и снова подумал о той женщине с лицом Мадонны и полным неумением жить, как все…

«Черт ее знает, может, в этом-то и состоит ее привлекательность?..»

Он поймал себя на том, что, вспомнив это немного растерянное лицо, распахнутые глаза, невольно улыбнулся. «А какие лица у ангелов? — подумал он. — Может быть, вот такие и есть — с вечным вопросом в глазах. Как же это вы умудряетесь выжить в таком дерьме?»

И Катя тоже этого не знает. И не хочет знать.

День клонился к вечеру, и Наде совсем не хотелось идти на эту встречу. Куда охотнее она бы отправилась домой… С каждым шагом Надина решимость таяла.

«Я не должна бояться, — сказала она себе. — Я справлюсь… Глупости я сама наделала».

И все-таки больше всего на свете ей бы сейчас хотелось, чтобы Саша оказался рядом.

Особенно в тот момент, когда она увидела три фигуры. Они ждали. Настена прислонилась к стене, задумчиво ковыряя носком туфли землю, рядом с ней возвышалась фигура ее приятеля. Вечная подпевала просто скучала рядом, но именно ей первой досталась высокая честь увидеть Надю. Тут же глаза вспыхнули радостью, она что-то быстро зашептала Настене, та посмотрела в ее сторону. Наде показалось, что Настена до последнего не была уверена, что Надя придет на «стрелку». Значит, она просто не была уверена в своей дурацкой авантюре… Это странным образом успокоило Надю. Немного, но все же успокоило.

Она подошла к троице и остановилась молча.

— Привет, — нарушила тишину первой Настена. — Деньги принесла?

— Нет, — покачала головой Надя. — Потому что я с тобой уже расплатилась…

Настена округлила глаза.

— Ты отдала мне триста рублей! — возмущенно сказала она. — Ты чё, офонарела? Посчитай сама, сколько еще ты должна…

— Неплохой способ заработка у тебя, — рассмеялась Надя. — Я-то думаю, чего это ты так круто одеваешься… А ты просто толкаешь самопалы по цене фирмы…

— Что ты сказала?

— То, что ты услышала. Ты торгуешь подделками… Это не Ив Сен-Лоран. Это сделано где-то в районе вокзала, немытыми руками восточных друзей… Красная цена этому «мыльцу» сотня. Оптом. Я тебе дала триста… Так что ты еще должна мне две сотни, дорогая…

Она сама удивилась тому, что у нее получилось. Именно так и надо с ними говорить. Спокойно. Ровно. Просто…

— Я тебя даже не осуждаю, — сказала она. — Сейчас такой стиль лайф у всех… Продать дерьмецо под видом хорошего товара. Каждый хочет стать богатым. Ты удачно вписалась в антураж… Вот только не надо думать, что у таких лохушек, как я, нет друзей, способных оценить твою продукцию…

— Да что ты говоришь! — воскликнула Настена, кривляясь. — Какая ты умная, Прохорова! С ума прям сойти… Только ты давала расписку и должна отработать, поняла?

— Я никому ничего не должна, — проговорила Надя спокойно. — Особенно вам… А если ты настаиваешь…

— Если ты продолжаешь настаивать, то я согласен заменить ее, — услышала она голос за спиной. Сашин голос. Она обернулась. Он стоял за ее спиной, прищурившись, рассматривая стушевавшуюся Настену с откровенной издевкой. — Правда, я не уверен, что качество ваших фотографий высокое… судя по вот этому дерьму, такое же… Кстати, не будешь ли ты так любезна сообщить мне адрес своей фирмы? Очень интересно взглянуть в глаза тем дяденькам и тетенькам, которые торгуют такими «фишками»… А потом пускают в ход шантаж. Что, юная бандерша, ты все еще хочешь неприятностей?

Настена явно не была готова к его появлению. Она растерялась… Как вести себя с этим человеком, она тоже не знала. И вдруг этот кент из милиции?

— Да пошли вы! — кинула она зло и постаралась удалиться с гордо выпрямленной спиной.

— Если ты еще хоть раз хоть с кем-то устроишь что-то подобное, пеняй на себя, — бросил ей в спину Саша.

Они остались одни.

— Спасибо, — проговорила Надя. — Только я сама бы справилась…

— В следующий раз справишься сама, — сказал он и пошел прочь.

Он и так опаздывал. «Что со мной творится? — думал он, немного сердясь на себя. — Я слишком близко принимаю к сердцу проблемы этих посторонних мне женщин… Слишком близко…»

Они сидели друг напротив друга, и обеим было что сказать друг другу, но они вместо этого молчали…

Катя помешивала в чашке давно размешанный уже сахар. Надя просто сидела, глядя в окно.

— Ты его… любишь? — тихо спросила наконец Катя.

— Ты о ком? — удивленно посмотрела на нее Надя.

— О… «графе» этом…

— Саше?

Надя хотела сказать, что мать сошла с ума и отношения у них совсем другие — какая там любовь? Она для него — второй ребенок. Увы… Но вопрос-то был не о его отношении… О ней, Наде.

— Не знаю, — честно призналась она. — Он не похож на окружающую среду…

— Среду?

— Ну да. Так я называю всю мужскую половину… Среда окружающая. Честно сказать — только не говори мне, что я еще мало живу на свете, — Саша первый, кто на самом деле похож на мужчину. А не на… воздух. Не важно, какой воздух. Чаще вообще они похожи на воздух тлетворный…

— Ты не записалась в феминистки? — засмеялась Катя.

— Пока еще нет, — вздохнула Надя. — Исключительно благодаря встрече с нашим «графом». Жаль, что он меня воспринимает как ребенка… Но он так и Люду воспринимает…

Катя, вспомнив о Люде, помрачнела — и сама не могла понять, что тому причиной. То ли то, что эта самая Люда по обозначению являлась шлюхой, то ли потому, что по Надиным словам получалось, что у Саши с Людой очень теплые отношения. Как бы близкие…

— Они мне очень помогли, — сказала Надя. — И девчонка у него прелесть… Я никогда не думала, что есть на свете отцы-одиночки…

— В церкви с ними была женщина, — сказала Катя.

Надя округлила глаза:

— Не знаю, что там была за дама… Ему некуда было ее деть, Сашу. Если бы у него была женщина, как ты говоришь…

— Она могла просто быть на работе…

— Я не знаю. Я сама слышала, как Люда выговаривала ему, что Сашка не может так долго жить. Что ей нужна мать, потому что это девочка… А он зло усмехнулся и сказал, что мать у нее уже была, спасибо, больше такой радости они не перенесут…

Вокруг образа Саши немедленно снова замерцал ореол, но Катя постаралась с этим справиться. Мать девочки могла быть кем угодно. Если он общается с… Впрочем, Катя тут же себя отругала. Зачем повторять злые слова, вырвавшиеся у неведомой ей дамы? Явно же было видно, что эта дама — существо озлобленное и агрессивное.

— Они при мне дальше развивать эту тему не стали, — призналась Надя. — Но я так поняла, что Сашина мамочка их просто бросила, когда девочка была еще совсем крохой.