Танец воров
Шрифт:
– Так и быть. Но предупреждаю, ты не получишь ответ, пока я не помочусь.
Он кивнул, довольный сделкой.
Я наблюдал, как она умело прижимала его к стене, но не был уверен, какова была ее цель. Все это ради того, чтобы справить нужду? Мне в это не очень верилось.
– Слушай, – приказала она. Голос ее был веселым, будто она участвовала в розыгрыше.
– Мой взгляд – точно меч, покров – чешуя,Я ловкий, прыгучий, но ты быстрее меня.У меня две ноги, хотя я не умею стоять,В голове лишь песок могу собирать.Я выдыхаю огонь, да только свет мой неяркий,Поймать меня сможет практически всякий.В груди моей пусто, сокровищ там нет,И я не печалюсь – такой мой ответ.Я меньше нуля, но больше него,Ответь на загадку и скажи мне, я – кто?– Ящерица! – закричал кучер.
Он сделал еще несколько предположений, концентрируясь на одной подсказке, но не собирая их вместе. Пустыня! Лошадь! Дракон! На каждую отгадку она отвечала «нет», а он сердито ерзал на сиденье и требовал повторить вопрос. Она повторяла, но на все его ответы девушка категорично отвечала «нет». Чем больше росло его разочарование, тем непринужденнее она становилась. Она сидела, раскинув руки, и постукивала пальцами, как будто находясь в предвкушении.
– Сдаюсь! Что это? – завопил он.
– Сначала остановка, – напомнила она.
Пробормотав несколько проклятий, кучер закричал «п-р-р-р!», одновременно натягивая поводья.
– Остановка! – предупредил он охотников, которые ехали впереди и разведывали дорогу.
Лицо кучера побагровело от ярости. Он спрыгнул с сиденья и шумно зашагал к задней части телеги. Похоже, он намеревался выбить из нее ответ.
– Скажи ему! – прошептал я. – Я не хочу быть прикован к кровавому месиву!
Она посмотрела на меня и улыбнулась.
– Я справлюсь, мальчик-красавчик.
В голову закралась мысль: не потеряла ли она рассудок, получив удар по голове? Она потянулась, вытащив из брюк край рубашки. В тот же момент появился кучер.
– Говори, – прорычал он. – Говори! Дела свои сделаешь после!
– Откуда мне знать, что…
Он схватил ее за плечи, толкнул. А она… налетела на него, едва уловимым движением сняла с его брюк ключи, а потом без лишнего шума засунула их под рубашку.
– Так и быть! – уступила она. – Хорошо! Я скажу ответ.
Он оттолкнул ее, ожидая.
– Дурак. Пустоголовый дурак. – Девушка жеманно склонила голову. – А я-то думала, что ты отгадаешь.
Кучер уловил намек. Его рука тотчас взметнулась, и кулак ударил ей в челюсть. Девушка упала.
Кучер уставился на нее.
– И кто здесь дурак? Я получил ответ, а вот ты осталась без туалета. Обмочись, стерва!
Он вернулся на место и снова погнал лошадь вперед.
Девушка села, потихоньку приходя в себя. Из уголка ее рта струилась кровь. Наши глаза встретились. Никто из заключенных даже не заметил, что она сделала.
Рахтан указала на мои руки. Я наклонился, а она тем временем достала ключи из-под рубашки и медленным, осторожным движением открыла замок на моих цепях. Я тихо положил их на пол повозки. Остальные заметили – я прижал палец к губам, чтобы они не издали ни звука. Я взял у нее ключи и проделал то же самое с цепями на ее запястьях. Остальные беспокойно зашуршали и тоже протянули руки. Звон цепей поднял шум.
– Тихо там! – через плечо заорал кучер.
Мы все замерли. Спустя миг я осторожно освободил сидящего рядом мужчину. Он взял ключи и проделал то же самое с соседом.
Девушка, пнув меня ногой, кивнула на скованные ноги, однако ключи уже оказались вне пределов нашей досягаемости. Я махнул двум последним мужчинам, чтобы те передали ключи, но они впали в панику: у них никак не получалось попасть ключом в замки. Я прижал палец к губам, предупреждая их не шуметь. Один из них начал дергать руками и, всхлипывая, взмолился: «Скорее! Скорее же!» Другой наконец освободил его, но не раньше, чем кучер повернулся и увидел, что происходит в повозке.
– Разбегайтесь! – закричал я, надеясь отвлечь внимание кучера.
Я бросился за ключами, которые выпали у мужчины из рук. Но не тут-то было. Люди, стремясь поскорее выбраться из повозки, бросились на нас, выбив ключи из моих рук.
Кучер закричал, предупредив охотников, и потянулся за топором. И я, и рахтан одновременно бросились за ключами, и я почти их достал, как вдруг она закричала: «Сзади!»
Я перекатился как раз в тот момент, когда топор расколол телегу в месте, где секундой ранее находилась моя голова. Мы с кучером схватились за рукоять, пытаясь вытащить топор из пола повозки. Я поднялся на ноги, но держать равновесие было сложнее, так как одна нога по-прежнему была скована.
– Брось топор, ублюдок! – закричал я, отпустил рукоять и оттолкнул кучера в сторону.
Как только он пошатнулся, моя рука метнулась вперед, и я впечатал кулак ему в горло. Его глаза выпучились, а спустя мгновение он повалился с повозки, не в силах сделать вдох. С кучером было покончено, но не успел я опомниться, как всадник с булавой в руке устремился в нашу сторону, удвоив скорость галопа. Его взгляд был прикован ко мне.
Девушка, схватив ключи, пыталась открыть замок на лодыжках. Но я понимал, что времени на кандалы у нас не было.
– Бежим! – закричал я, схватив ее за руку и потянув за собой.
Как только наши ноги опустились в грязь, прямо над нами просвистела булава. Пока лошадь охотника взбивала копытами землю, мы скользнули под повозку – в тот же момент булава расколола дерево над нашими головами. Мы переползли на другую сторону и побежали, неуклюже наступая на связывающую нас цепь.
– Сюда! – закричал я.
Охотник почти нагнал нас, но я знал, что ждет впереди. Оставалось только молиться, чтобы девушка-рахтан не отставала. Споткнись мы – и нам конец. Но, как бы сильно я ни боялся, она держалась на высоте. Цепь между нами лязгала, девушка мчалась, крепко сжимая в руке ключи. Вскоре равнина уступила место длинному, крутому склону, ведущему к реке. В прыжке мы бросились вниз и покатились, кувыркаясь по рыхлой грязи. Кандалы врезались в ноги; мы то удалялись друг от друга, то снова сближалась, не в силах прервать падение, пока не оказались на плоском гребне над рекой.
– Ключи! – крикнула девушка.
Ее ладонь оказалась пуста. Она выронила их во время падения.
Мы отпрянули друг от друга, поднявшись на ноги. Наши лодыжки кровоточили в местах соприкосновения с кандалами. Мы стали оглядываться в надежде увидеть блеск ржавого ключа.
– Дьявольский ад! – прошипел я, увидев, что всадник преодолевал крутую насыпь, продолжая преследование.
– Фика видэ, – ругнулась девушка, оглядываясь в поисках спасения.
Бежать было некуда, только в реку, а это был долгий путь вниз.