Чтение онлайн

Внизу слева: Британский «Челленджер-1/2» в районе Персидского залива. Танк с его наклонным композитным бронированием вооружен 120-мм пушкой и оснащен 1200-сильным дизельным двигателем. Гидропневматическая подвеска способна обеспечивать машине ровный ход по пересеченной местности со скоростью около 50 км/ч.

Внизу справа: Британские боевые машины пехоты «Уорриор» активно маневрируют в ходе учений в процессе подготовки к войне в Персидском заливе. Их 30-мм пушки продемонстрировали способность пробивать броню иракских Т-55.

В военных сценариях будущего ожидалось, что советские танковые и мотострелковые дивизии, наступая против оказывающих им упорное противодействие на заранее подготовленных позициях войск НАТО, будут пользоваться широкой поддержкой массированного огня артиллерии, в задачи которой будет входить подготовка атаки бронетанковых боевых групп за счет уничтожения и нейтрализации значительного количества ПТУРов, которые, как предполагалось, найдут широкое применение в боевом соприкосновении со стороны защищающихся. При этом атакующие возлагали большие надежды на дымовые завесы и облака пыли, которые помогли бы создать обстановку замешательства у неприятеля и – сверх того – скрыли бы продвигающиеся танки и позволили им максимально сократить дистанцию без потерь для себя. Прорвав позиции войск НАТО ценой сравнительно малых потерь, наступающие рассчитывали захватить жизнен по важные участки территории и поставить бронетехнику противника в невыгодное положение, уничтожая вражеские танки на их позициях в целой серии танковых дуэлей, прежде всего за счет численного превосходства.

Со своей стороны войска НАТО должны были сделать все от них зависящее, чтобы подавить неприятельскую артиллерию и одновременно направить продвигающиеся бронетанковые колонны на особо защищенные участки, где мины, орудия с приборами термального наведения, ПТУРы и истребители танков нанесли бы врагу максимально возможный урон. За счет этого, а также минирования пространств между естественными препятствиями, которые преграждают путь противнику. уничтожения мостов и привязывания обороны к мелким населенными пунктам и танко- недоступным рощам (как поступали предки в 30- 40-е годы) удастся снизить все преимущества нападающей советской стороны до введения в действие танковых сил НАТО. Все это было особо нетрудно провести в жизнь по причине бурного роста городов и повальной урбанизации Европы в период после 1945 г. Обороняющимся надлежало ни в коем случае не забывать о необходимости законсервировать парк из основных боевых танков и держать его в готовности для сосредоточенной наступательной операции против ослабленного и измотанного неприятеля.

Идеальным для обороняющихся стало бы по возможности более быстрое оповещение о начале советского броска, что позволило бы снизить выигрыш противника от эффекта внезапности и вступить в бон против него с господствующих позиций на максимальной дистанции. Данные от воздушной разведки, включая беспилотные самолеты, от артиллерийских наблюдателей, а также от легких танков и бронемашин разведывательных частей, прикрывавших основные силы с фронта и по открытым флангам, также позволили бы обогатить командование важными сведениями о положении дел у неприятеля накануне непосредственного столкновения главных сил. Стычки и перестрелки легкой бронетехники с дистанции 1500 м постепенно перешли бы в боевое соприкосновение более тяжелых боевых машин. На открытой местности расчеты тяжелых ПTPK имеют уверенные шансы обнаружить и уничтожить врага на максимальном расстоянии в 3500 или 1000 м и достигнуть нескольких удачных попаданий, начиная процесс изматывания противника. Возможно, сказать свое веское слово довелось бы и некоторым действующим из засад вертолетам с ПТУРами. Однако ПУ ПТУР – вне зависимости от того, что служит им в качестве носителя, – сразу же продемонстрируют собственную ненадежность, как только дым и пыль станут помехой для операторов или же противодействующий огонь послужит следствием отвлечения внимания последних. Что еще хуже и куда опаснее, даже в случае попадания боеголовок в цель, их поражающей способности может не хватить для уничтожения объекта.

Только тогда, когда дистанция сократилась бы до 3000 м, можно было пойти на введение в действие истребителей танков или же танков с их 120-мм орудиями как средств противотанковой обороны, выведенных на заранее разведанные позиции с тем, чтобы вступить в огневую дуэль. Вне зависимости от знакомства или незнакомства с местностью и знания дистанции до критически важных точек, они все равно могли воспользоваться компьютеризированными лазерными прицелами при ведении смертоносного, но экономичного огня по врагу, ответ которого, возможно. не был бы столь же хорошо подготовлен. Как нередко случалось в прошлом, спрятанные в засаде и начинающие неожиданно стрелять танки могли стать ключом для побед на местном уровне. Главный шанс на успех со стороны атакующих лежит в их гибкости, умении быстро определить источники вражеского противодействия и, маневрируя, выйти на позиции, откуда бы представлялось возможным вести наиболее убийственный огонь по противнику – с фланга и с тыла. Как повелось с давнего времени, краеугольным камнем успеха и впредь оставалось бы маневрирование – способность действовать более подвижно, обладая большей информацией о противнике и в условиях лучшего контроля и координации усилий.

Однако, чего не приходилось наблюдать еще даже во время последних арабо-израильских войн, свое громкое – и, по всей видимости, решающее – слово скажет электроника. Хотя широкое применение раций и радаров облегчает задачи командования и управления боем, позволяет добиваться большей оперативной гибкости, чем представлялось возможным в прошлом, данное направление чревато большой опасностью, ибо на нем вооруженный до зубов электроникой солдат рискует стать жертвой того же электронного противодействия. Модуляции со скачкообразной перестройкой частоты и хорошо защищенные приборы, конечно, снижают риск радиоперехвата. однако неприятель все еще располагает немалыми возможностями получать достаточную информацию о том. что происходит путем выводов из косвенных данных, как, скажем, из «подписей переговаривающихся». Возможно также принять позитивные контрмеры за счет выявления целей путем засечки их радиоконтактов, особенно в том. что касается командных пунктов и центров управления. Сходную, так сказать, обоюдоострую негативную отдачу могут дать и приборы, позволяющие видеть ночью и через помехи на поле боя в дневное время. В целях оперативных потребностей и решения задач наиболее точным образом ночь должна рассматриваться как день, принимая во внимание, что спрятаться и замаскироваться становится фактически невозможно. Таким образом, на вековые сложности, присущие ведению боевых действий в темное время суток, накладывается еще и обязанность ночью принимать все меры предосторожности. которые обычно считаются насущно необходимыми днем. Ни темнота, ни дым не способны скрыть передвижений – передвижений, которые требуют в современной обстановке огневой поддержки даже ночью.

Танки советского производства (Т-55 и Т-62) во время боевых действий между Ираном и Ираком в 80-е годы.

Получив по рации приказ от командира американского танкового взвода (т.е. тех трех «Абрамсов», что прячутся в засаде перед селом), командир истребителя танков «Голиаф», притаившегося среди домов селения, отдаст распоряжение выйти вперед на заранее выбранную позицию в положении «башня укрыта». Оставаясь незамеченным для русских, он подтверждает засечку целей, переданных американским союзником, выстраивает машину в направлении головного Т-90, замеряет лазерным дальномером расстояние до центра мишени и инструктирует наводчика дать знать водителю, когда танк продвинется вперед достаточно, чтобы гребень высоты не мешал стрелять из пушки, после чего приказывает водителю приступить к выдвижению на огневую позицию. По команде наводчика водитель останавливает машину, командир нажимает на спуск (компьютеризированная система управления огнем уже произвела все действия, необходимые для наведения пушки: взяла поправку на расстояние, состояние ствола, температуру воздуха, направление ветра и так далее). Засада сработает, когда первый подкалиберный оперенный снаряд (APFSDS) достигнет цели. Поражение брони станет гарантией уничтожения Т-90.

Показанный здесь русский вертолет, вооруженный управляемыми ракетами, один из типичных примеров смертельной угрозы для бронетехники. Вместе с тем, несмотря на действительную опасность со стороны обладающего высокой разрушающей способностью вооружения вертолета, сама машина чрезвычайно уязвима перед ракетами, тогда как эффективность нанесенного вертолетом удара кумулятивными гранатами снижается за счет внедрения композитной брони. В тактическом же смысле, боевой вертолет представляет собой еще одну систему оружия, которую необходимо включать в общий процесс взаимодействия всех родов войск на поле боя. Сам по себе он не может служить заменой танку и является слишком дорогостоящим.

Противостояние танков между собой придерживается старых, давно выработанных схем и имеет под сбой солидный исторический опыт. Большинство поединков протекает на дистанциях. диктуемых особенностями местности, на которой они проводятся, таким образом, редко более чем на 2000 м, а преимущественно на расстоянии менее 1000 м. Степень разрушения и повреждения не так уж отличается от привычной в прошлом. Представим себе вымышленный бой, в котором командир танка «Абрамс» имеет дело на 3000 м с занявшим положение «корпус укрыт» русским Т-90; последний, как должен рассчитывать американец, защищен композитным бронированием и вооружен высокоскоростной пушкой, не уступающей по характеристикам 120-мм орудию «Абрамса». Подозрения в отношении высокого качества неприятельской брони подтверждаются свидетельствами того, как бесславно и печально закончилась попытка ближайшей боевой машины пехоты (БМП) «Брэдли» поразить Т-90 с помощью ПТУРа « Тоу», угодившей танку прямо в скатную броню. Сама «Брэдли» уже превратилась в пылающие обломки, уничтоженная оставшимся неповрежденным русским танком. Командиру «Абрамса» предстоит решить, сможет ли он поразить такую маленькую цель и пробить толстое бронирование Т-90 с экстремального расстояния. И целях осторожности он решает приберечь снаряды и подождать, пока Т-90 не приблизится и не станет более легкой целью или пока в процесс не вступит некий новый фактор – не появится нечто, позволяющее уничтожить врага с большей на то гарантией. Итак, он находится в безопасном положении «башня укрыта» и борется с искушением открыть огонь по двум русским БМП, нарисовавшимся на горизонте на дистанции 1500 метров. Нет, не стоит делать врагу подарок и, поддаваясь соблазну, открывать свою позицию затаившемуся Т-90 или кому-то из его товарищей, которые только и ждут подходящего момента. Точно так же и командир Т-90 не спешит, пока другая «Брэдли» стреляет в русские БМП из 25-мм пушки: он тоже нацелился на крупную поживу. Американец передает донесение и слышит, как взводный командир приказывает поддержке отреагировать на следующий шаг бронетехники противника. Наш командир танка с интересом узнает, что настал черед выдвинуться канадскому истребителю танков «Голиаф» (пока воображаемой машине) с приказом, в частности, уничтожить находящиеся на дальней дистанции Т-90. Вступление на авансцену событий «Голиафа» представляет собой источник проблем для командира Т-90 и ставит его в затруднительное положение. Русский не опознает исключительно приземистой машины или же представляет, что его чрезвычайно толстая лобовая броня Т-90 не под силу 125-мм пушке. Не зная всего, он осторожно продвигается вперед и приказывает наводчику начать работу по цели. Он отмечает результаты показаний лазерного дальномера на собственном прицельном устройстве. Нет ни секунды времени на раздумья и промедления, потому что вражеская скрининговая система автоматической маскировки самостоятельно приводит в действие дымовые мортирки в случае обнаружения присутствия прощупывающего танк луча лазерного прицела, и русский командир знает, что в такую цель крайне трудно попасть.

Однако командир «Голиафа» намеренно выключил систему маскировки, потому что собирается развернуть огневую дуэль и не хочет, чтобы что-то мешало ей. Полностью введенный в курс дела относительно положения Т-90 командиром «Абрамса», командир «Голиафа» показал своему наводчику направление, в котором смотреть, и приказал ему выстроить прицел, а потом отдать команду водителю выдвинуться к гребню холма. Испытывая полную уверенность в том, что его наклонная композитная броня на такой дистанции отразит или даже разрушит русский подкалиберный оперенный снаряд (APFSDS), он готов получить выстрел, однако все же предпочитает максимально использовать эффект внезапности: определить расстояние, прицелиться и выпустить снаряд в направлении цели раньше, чем успеет выстрелить противник. Как выясняется, в его распоряжении не более нескольких секунд – то время, пока его наводчик захватит цель и пока русский командир выдвинется на огневую позицию. Первым же выстрелом «Голиаф» достигает попадания, пробивает броню Т-90, сея внутри смерть и разрушения.

Эпизод, ставший прелюдией к попытке крупного прорыва русских на данном участке, характерен тем, что показывает исключительную важность продуманных действий командования, качества управления и подготовки, присущие профессиональным солдатам армий стран НАТО и ставящие их в более выгодное положение по сравнению с солдатами срочной службы у неприятеля. Каким бы хорошим ни могло оказаться советское снаряжение с технической точки зрения, оно не всегда применяется достаточно полно, не все его возможности раскрываются максимально в руках нередко недостаточно подготовленного личного состава. Однако советская атака, которая развивается на наших глазах, все равно довольно грозное явление. Клубы пыли, поднятые в ходе массированной артиллерийской подготовки и вьющиеся над объектами штурма, кажется, становятся гуще от дыма, примененного специально, чтобы осложнить задачи расчетам ПTPK и всем тем у обороняющихся, кто, не дрогнув сердцем. решительно готовится дать отпор врагу. Реакция обороняющихся прагматичная и многоходовая. Некоторые из тех, которых нападение застало на открытом месте и без прикрытия брони. залегают, пассивно ожидая развития событий. Те же, кто оказался в траншеях, спускаются пониже и надеются на лучшее. Экипажи легкой бронетехники, пользуясь преимуществом подвижности. получив соответствующий приказ, откатываются с особенно угрожаемых участков, ищут предоставляющие большие гарантии безопасности альтернативные позиции, на которых появится возможность ответить огнем неприятелю. когда тот войдет в обозначенные зоны поражения. Команды наилучшим образом защищенных броней танков остаются на месте, чтобы заставить врага дорогой ценой заплатить за каждый метр захваченной территории, стреляя по движущимся мишеням со все более коротких дистанций. Но сам размах наступления противника и его численное превосходство приведут к тому, что сопротивление защитников будет в итоге сломлено. Ничего так уж серьезно не изменилось с 1944 г.. когда армии союзников с двух сторон приближались к немецким границам.