Чтение онлайн

Джейн похолодела от страха. Попыталась взять себя в руки. Господи, какое ей дело до Тревора? Если он такой идиот, что шатается в одиночку в таком пустынном месте, так и поделом! Он в состоянии о себе позаботиться.

И нечего ей стоять и ждать, когда он вернется цел и невредим. Джейн закрыла окно и задвинула шторы. В следующее мгновение она уже была в постели и пыталась уснуть.

«Засыпай! — приказала она себе. — Пользы не будет, если станешь беспокоиться за этого наглеца. И перестань о нем думать!

Но куда же он пошел?»

— Я съездил в город и накупил тебе целый гардероб. Шикарный! — объявил Барлет на другое утро, поджидая Джейн на первом этаже. — Ну, не то чтобы шикарный… В этом городишке магазинов-то раз-два и обчелся. «Шикарный» — это бальные платья в пол, бархатные накидки… А я взял тебе брючки и кашемировые свитера. Но отличного качества. Хотя ты и в наших одежках смотришься потрясающе.

— Ну, еще бы. — Она сморщила нос, оглядывая свои непомерно свободные джинсы и темно-синий свитер с чужого плеча. — Я, конечно, благодарна вам всем за эту жертву, но с большим удовольствием облачусь в вещи, которые не будут волочиться за мной по полу. А тетрадь для рисования купил?

Бартлет кивнул:

— Это оказалось немного сложнее. Но в одной лавке я обнаружил небольшой писчебумажный ассортимент.

— А как вам удалось отыскать работающие магазины в такую рань? Сейчас еще только начало десятого!

— Хозяйка магазина одежды сжалилась и открыла пораньше. Уж больно у меня был жалобный вид, наверное, когда я перед ее витриной стоял. Милейшая особа!

Джейн живо представила себе, как тает сердце этой дамы при виде Бартлета — до такой степени, что она открыла магазин раньше времени.

— Спасибо вам за хлопоты. Но можно было и не спешить.

— Женщина в затруднительном положении любого рода всегда не в своей тарелке, а для большинства модная одежда и самооценка — синонимы. Ты, конечно, не такая, как все, но я решил, что и тебе это не повредит. — Он повернулся к выходу. — Пойду принесу свертки из машины.

— Погодите. Он обернулся.

— Что такое?

— Вчера вечером возле конюшни я видела какого-то человека. Светловолосый и щупленький, как мальчишка. Не знаете, кто это?

— Это Джок Гэвин. Один из работников Макдафа. Он живет в комнате при конюшне и таскается за Макдафом, как собачонка. Славный парнишка! Очень тихий. И, мне кажется, какой-то заторможенный. Он тебе не докучал?

— Да нет, я его только в окно видела. Но его явно что-то очень интересовало в этом замке.

— Я же говорю, он малость не в себе. Даже представить не могу, что он там делал. Если будет беспокоить, скажи мне, я проведу с ним работу.

Она улыбнулась. Бартлет заспешил во двор. «До чего же он милый, — подумала Джейн. — Добрый, внимательный. Второго такого поискать».

— Господи, боже ты мой, Бартлет опять за свое. От ее улыбки не осталось и следа. Она повернулась лицом к Тревору.

— Не поняла?

Он притворно поежился:

— Так… К слову пришлось. Я не имел в виду ничего дурного. Преклоняюсь перед властью, какую он имеет над слабым полом.

— Он благородный и заботливый человек.

— Я на его фоне здорово проигрываю. Что ж, после стольких лет бок о бок с Бартлетом остается только смириться со своей участью. — Он посмотрел товарищу вслед. — А что это он говорил с тобой о Джоке Гэвине? Мальчишка к тебе подходил?

— Нет, но вчера вечером я видела, как он стоит и смотрит на замок. Стало любопытно, кто он такой.

— Я скажу Макдафу, чтобы держал его подальше.

— Я не против, если парнишка захочет со мной пообщаться. Просто хотела знать, кто он.

— Ну вот, теперь знаешь. Завтракать будешь?

— Я не голодна.

Он взял ее под локоть.

— Тогда сок и кофе. — Под его рукой Джейн напряглась, и Тревор резко добавил: — Ради бога, не съем же я тебя! Что ты меня так боишься?

— Я не боюсь. — Это была правда. Она напряглась не из страха. Черт, как же с этим бороться? Она выдернула руку. — Просто не надо меня трогать!

Он сделал шаг назад и поднял руки.

— Так хорошо?

Нет, не хорошо. Дьявол, ей хочется ощущать прикосновение этих рук!

— Отлично. — Девушка повернулась и ушла на кухню. Джейн открыла холодильник, когда ее догнал Тревор.

— Ничего отличного тут нет, — возразил он. — Ты ершишься, как дикобраз, а я… Ну, в данный момент речь не обо мне. Но нам обоим станет легче, если мы выработаем более приемлемую форму сосуществования.

— Мне с тобой никогда не было легко. — Она достала пакет апельсинового сока. — Ты к этому и не стремился. Чтобы с человеком было легко, его надо знать, а ты никого к себе не подпускаешь. Тебя вполне устраивает скользить по поверхности и время от времени только макать в воду хвост.

— Макать хвост? — Он усмехнулся краешком губ. — Это такой эвфемизм?

— Понимай как хочешь. — Она налила сок в стакан. — Смысл от этого не меняется. Тебе нравится низкий стиль? Могу устроить. Беспризорники всегда свободно владеют ненормативной лексикой, сам же объяснял Марио, что я не тепличный цветок.

— Уж это точно. Если честно, ты мне напоминаешь одно вьющееся растение из Джорджии. Красивое, сильное, ничто его не берет — дай волю, и весь мир заполонит.

Она отпила сока:

— Сорняк небось?

— Само собой! С ним никакого сладу. — Он улыбнулся. — А кроме того, ты непредсказуема. Сегодня утром, например, я был совершенно убежден, что ты кинешься в атаку — ты же не выносишь никаких недомолвок. Однако же ты этого не делаешь. И даже как будто уходишь от разговора. Мне пришлось его самому затевать. — Тревор внимательно посмотрел на девушку. — Я, наверное, тебя сильно расстроил. Ты еще не готова. Тебе нужно время.

Господи, да он ее видит насквозь!

— Ты меня не расстроил… — Она посмотрела ему в глаза. — Нет, расстроил. Причем намеренно. Ты не терпишь, когда ситуация выходит из-под контроля, и вздумал мной манипулировать.

— Зачем мне это?

— Не хотел, чтобы я задавала вопросы, и решил переключить мое внимание на другое.

— На что? На секс? — Он покачал головой. — Все гораздо сложнее. Тебе охота задавать вопросы? Задавай.

Джейн набрала воздуха:

— Джо говорит, ты замешан в какой-то гадости. Это правда?

— Да.

— Больше ничего не скажешь?

— Попозже. Еще вопросы? Она подумала:

— Вчера вечером ты куда-то уходил. Куда?

Он удивленно поднял брови.

— Ты меня видела?