Чтение онлайн

— Полет на месте! Красиво! — восхищенно воскликнул Столяров.

Пройдя в центр станции, молодые люди остановились подле большого прозрачного шатра, внутри которого виднелась небольшая черная палатка. Одарка выразительно посмотрела на своего спутника. Столяров узнал эту историческую палатку и прочел на ней надпись:

У 937 ю. д. ПЕРВАЯ ДРЕЙФУЮЩАЯ СТАНЦИЯ ГЛАВСЕВМОРПУТЬ — «СЕВЕРНЫЙ ПОЛЮС».

Одарка засмеялась.

— Мы, арктанинцы, называем эту палатку «нашей маманей». Это жилье первых советских поселенцев на полюсе.

В небольшой уютной столовой Ветлугиных мать Юры, метеоролог Арктании Ирина Ветлугина, маленькая голубоглазая женщина с лицом тихой и умной девочки, накрывала на стол. Вошел дед Андрейчик. Потирая сухие маленькие руки, он втянул теплый воздух комнаты и сладко зажмурился:

— Пахнет борщом. Приятно!.. И еще… постой… Чем же еще пахнет?…

— Угадай, — лукаво улыбаясь, сказала Ирина.

— Голубцами! Право же, голубцами!..

— Правильно! — подтвердила Ирина. Она знала, что ее отец — любитель голубцов, и попросила в арктанинской столовой изготовить сегодня голубцы.

Дед огляделся деловито и уже без всякого юмора спросил:

— А где Юра?

— Отпросился на часок полетать.

— А-а! Так вот куда он мою кирку утащил! Амундсена собирается во льду искать.

Ирина удивленно взглянула на отца.

— То есть как это «искать»? Не понимаю.

— Не понимаешь? А вот он тебе расскажет. Даже точно укажет координаты, где в данное время нужно искать труп погибшего Амундсена.

Ирина пожала плечами:

— Каждый раз что-нибудь новое. Зачем ему понадобился труп Амундсена?

Дед Андрейчик заложил руки за спину и забегал по комнате, плутовато поглядывая на дочь.

— Ай-яй-яй! Какая же ты отсталая, дочка! Ты даже не знаешь, что профессор Бахметьев уже оживил двух замороженных макак.

Ирина смотрела на отца изумленно.

— При чем тут макаки?

— Вот тебе на! — с напускным гневом воскликнул дед Андрейчик. — Как это, «при чем тут макаки»?… Если макаки заморозились и потом обратно разморозились, то почему бы нашему Юрке не найти замерзшего Амундсена и тоже не «разморозить» его? Ведь это же пустячное дело!..

Ирина неодобрительно покачала головой:

— Новая затея.

Старик усмехнулся:

— Это пока еще не затея, а идея. Идея красивая, как сказка. Это хорошо! Из таких малолетних фантастов потом получаются смелые экспериментаторы, ученые, инженеры. Но сейчас за ним надо смотреть в оба. Если он вздумает сам полететь на поиски Амундсена, он может попасть в беду.

Ирина была явно обеспокоена.

— Я поговорю с ним. Надо запретить ему одному летать на вертолете.

— А вот это уже ни к чему! — возразил старик. — Запретом тут не поможешь… Я обещал ему слетать с ним на то место, где он хочет искать Амундсена. Пусть сам убедится, что идея его — лишь плод детского воображения…

Ирина, покачав головой, только вздохнула.

Вошел Ветлугин, спросил:

— А Одарки со Столяровым еще нет?

Дед Андрейчик засмеялся.

— Так вот они и прибежали к тебе. Ведь она его лет двадцать пять не видела, а он ее, пожалуй, и все тридцать…

Но в дверь постучали, и Одарка, румяная, сияющая, вошла в комнату со Столяровым.

Через минуту Столяров уже как старый знакомый беседовал одновременно с Ветлугиным и с дедом Андрейчиком.

— Ну, что, молодой человек? Нравится вам наша висюлька? — посмеиваясь, спросил старый радист.

— Чудесная висюлька, Степан Никитич! Сказочный ковер-самолет, да и только.

— Ага! Сказки многие сейчас былью стали. Помню я одно древнее сказание о том, как плененный народ в свою землю шел. Враги его настигали, а впереди море, и на берегу ни одной лодочки! Вождь того народа ударил жезлом по воде — и разверзлось море, встала вода стеной по обе стороны, и прошел народ по дну морскому, как по сухой долине. На врагов же его рухнули водяные стены, и погибли жестокие люди… А теперь выискались такие волшебники, что Дно морское хотят поднять и на нем, как на огороде, картошку сажать.

— Зачем же картошку, Степан Никитич?

Столяров улыбнулся.

— Мы на поднятом дне морском радиорубку поставим и оттуда во все концы земного шара сводки и прогнозы о погоде будем рассылать.

Ветлугин внимательно посмотрел на Столярова.

— Так вот зачем вы сюда пожаловали! — воскликнул дед Андрейчик.

Но Ирина прервала разговор:

— Прошу к столу!..

Вдруг распахнулась дверь, и ворвался Юра, в дохе, в рукавицах. За ним белым клубочком вкатилась Ася.

В руках у Юры был найденный им во льду пистолет. Из предосторожности Юра держал его за дуло.

Все удивленно смотрели на детей.

— Папа!.. — Юра шагнул к отцу. — Я нашел во льду пистолет!

Ветлугин взял из рук Юры находку и внимательно ее оглядел.

Ирина тревожно смотрела на мужа.

— Осторожно, Володя!

— Сигнальный ракетный пистолет, — сказал дед Андрейчик, разглядывая из-за плеча зятя находку Юры. Он протянул руку и повернул какой-то рычажок.

— Предохранитель… Вот так… Теперь из него ничто не выскочит.

— Из него уже выскочило! — пропищала Ася.

— Что?! — в ужасе вскрикнула Ирина.

— Там… на льду… я не знал и нажал вот здесь… — виновато сказал Юра и показал на, кнопку пистолета. — Да! А он сделал «дзынь». И из него выскочил огонь и стал гореть прямо на льду.

— Сигнальная ракета… — пояснил дед Андрейчик.

Ветлугин смотрел на Юру строго:

— Зачем же ты нажимал у него спуск?

— Я не знал…

Дед Андрейчик качнул головой:

— Н-да… Ловко… Вот тебе на!

Отложив в сторону пистолет, Ветлугин приказал детям:

— Раздевайтесь и рассказывайте…

Дети быстро скинули свои шубы. Юра уселся против отца, помолчал немного, чтобы успокоиться, и подробно, но сбивчиво стал рассказывать, при каких обстоятельствах и где именно он нашел пистолет.

Ася присутствовала тут же. Она не могла усидеть на месте, то и дело вставляла свое слово в рассказ Юры:

— Юра подкрался к нему, и мы вместе крикнули: «Это дохлый моржонок!».

— Юра вытащил его, и мы вместе крикнули: «Это пистолет!».

Найденный Юрой пистолет лежал на столе.