Чтение онлайн

Кто-то другой, а не Лифт, себялюбивая и глупая.

И нелюдимая.

Она подобралась и приготовилась выскочить за угол. Однако Виндль наконец показался в коридоре. Оставляя за собой пылевой след от распадающихся лоз, он извивался по полу в бешеном темпе, пока не добрался до нее.

Спустя мгновение из комнаты вышли двое учеников Мрака. Лифт с Виндлем спрятались обратно в боковой коридор. Она припала к полу, чтобы скрыться в тени и не выделяться на фоне тусклого света далеких ламп. Женщина и мужчина в форме прошагали мимо, даже не взглянув в ее сторону. Лифт расслабилась, поглаживая кончиками пальцев лозы Виндля.

Следом прошел убийца. Он остановился и посмотрел в ее сторону. Его рука покоилась на рукояти меча.

Лифт затаила дыхание. «Не становись потрясной. Не становись потрясной!» Если она задействует силу в тени, то начнет светиться, и он наверняка ее заметит.

Ей оставалось только замереть под пристальным взглядом. Убийца сощурил глаза — странной формы, будто они были слишком большими, — сунул руку в кошель на поясе и бросил в коридор что-то маленькое и светящееся — сферу.

Лифт растерялась: то ли удирать со всех ног, то ли призывать потрясность, то ли не двигаться. Вокруг нее в свете прикатившейся сферы запузырились спрены страха. Лифт встретилась глазами с убийцей и поняла, что тот ее видит.

Он вытащил меч из ножен на долю дюйма. С лезвия заструился черный дым, перетекая на пол и собираясь у ног. Лифт вдруг ужасно затошнило.

Убийца оглядел ее и убрал меч обратно в ножны. Как ни удивительно, он ушел за двумя другими. Он не произнес ни слова, а по ковру ступал почти бесшумно — легкий ветерок по сравнению с топотом, еще слышным дальше по коридору.

В считанные секунды все трое скрылись из виду.

— Бури! — Лифт перекатилась на спину. — Матерь мира и Отец бурь, чтоб их! Я чуть не померла со страху.

— Да уж! — согласился Виндль. — Я даже не пискнул, слышали?

— Нет.

— Я так испугался, что не мог проронить ни звука!

Лифт села, вытерла пот со лба.

— Так, ладно… это нечто, конечно. О чем они говорили?

— О! — воскликнул Виндль, словно напрочь позабыв о своем задании. — Госпожа, они закончили расследование, многонедельные изыскания странностей в городе!

— Отлично! Что обнаружили?

— Понятия не имею.

Лифт шлепнулась обратно на ковер.

— Они обсуждали кучу всего непонятного. Но, госпожа, они вычислили нужного человека! И направляются туда прямо сейчас — свершить казнь. — Он потыкал в нее лозой. — Ну… может, стоит проследить?

— Ага, ладно, — ответила Лифт. — Думаю, это мы сумеем. Не так уж и сложно, правда?

Но все оказалось гораздо сложнее.

Коридоры были до жути пустыми, не говоря уж о куче развилок с маленькими боковыми ходами и комнатами на каждом шагу. Лифт не могла подобраться слишком близко. Прибавить сюда почти полное отсутствие сфер на стенах, и выходило, что не отстать от троицы было сродни чуду.

Однако у нее получалось. Лифт проследовала за ними через все, голод его побери, здание, пока впереди не показались наружные двери. Проскользнув в окошко у выхода, она вывалилась в кусты рядом со ступеньками и затаилась. Троица вышла на лестничную площадку, с которой открывался вид на город.

Бури, как же приятно снова вдохнуть свежего воздуха, пусть тучи и заслонили заходящее солнце. В городе посвежело. И потемнело.

Улицы опустели.

Немногим ранее горожане сновали вверх-вниз по ступеням и пандусам, ведущим в Верховную Диванную. Теперь же лишь несколько припозднившихся торопились в убежища, исчезая в дверных проемах.

Убийца повернулся к западу.

— Надвигается буря.

— Тем более нужно поторапливаться. — Женщина-ученица достала из кармана сферу, подняла перед собой, втянула свет и засияла потрясностью.

А затем взлетела.

Голод побери, взяла и взлетела!

«Они умеют летать? — подумала Лифт. — Преисподняя, а я почему не умею?»

Мужчина поднялся в воздух вслед за напарницей.

— Идешь, убийца? — Женщина посмотрела вниз на парня в белом.

— Однажды я уже станцевал в этой буре, — прошептал он. — В день, когда умер. Нет.

— Такими темпами ты никогда не оправишься.

Убийца не ответил. Двое в воздухе переглянулись, мужчина пожал плечами. Оба поднялись выше, а потом рванули над городом — так гораздо удобнее, чем передвигаться по расселинам.

Они могут летать, чтоб их.

— Ты и есть та, кого он выслеживает? — тихо спросил убийца.

Лифт вздрогнула. Выпрямившись, перелезла через ограждение площадки, на которой стоял убийца. Он повернулся и посмотрел на нее.

— Я никто, — сказала Лифт.

— Как раз таких он убивает.

— А ты нет?

— Я убиваю королей.

— Что гораздо лучше.

Он посмотрел на нее прищурившись и присел на корточки, закинув меч в ножнах за плечи.

— Нет, не лучше. В тенях я слышу их крики, их мольбы. Они преследуют меня, лезут в голову, сводят с ума. Боюсь, они уже одержали верх, и человек, с которым ты сейчас говоришь, больше не может различить среди них глас разума.

— Та-а-а-ак, — протянула Лифт. — Но на меня ты нападать не стал.

— Нет. Ты нравишься мечу.

— Отлично. Меч мне тоже нравится. — Она посмотрела в небо. — Э-э… ты не знаешь, куда они отправились?

— В отчете описывался мужчина, который, со слов нескольких человек, становился невидимым. Когда он заворачивал в переулок, и кто-нибудь шел следом, там оказывалось пусто. Утверждали, что его лицо, искажаясь, превращалось в лицо другого человека. Мои спутники уверены, что он из тех, кого называют светоплетами, и поэтому его нужно остановить.

— А это законно?

— Нин раздобыл у князя запрет на любое связывание потоков в стране, если на то нет специального разрешения. — Убийца изучающе оглядел Лифт. — Мне кажется, как раз из-за твоей истории Вестник теперь сразу идет к правителю, а не раскланивается с местными властями.

Лифт проследила за направлением полета двух других. Небо темнело все сильнее — зловещий знак.

— Он ведь и правда заблуждается? — спросила она. — Тот, кого ты называешь Вестником. Он говорит, что пустоносцы не вернулись, но это не так.

— Новая буря покажет. Хотя… кто я, чтобы судить? Я безумен. Впрочем, Вестник, по-моему, тоже. Это лишний раз убеждает меня, что разуму человека доверять нельзя. Мы должны руководствоваться чем-то большим. Но не моим клятвенным камнем… Что хорошего в исполнении высшего закона, если этот закон подчиняется прихоти человека глупого либо жестокого?

— Та-а-а-ак, — произнесла Лифт. — Ну, можешь сходить с ума как пожелаешь. Ничего страшного. Мне нравятся чокнутые. Смешно же, когда они лижут стены или едят камни и прочую ерунду. Но перед тем, как ты начнешь плясать, не расскажешь ли, куда именно отправились те двое?