Чтение онлайн

– Дело говоришь, наследник, - мигом перестроился Витт. Он вместе с Валем тоже поднялся на ноги и теперь стоял, глядя на Эйлерта чуть сверху: рост позволял.
– Проще всего тебя третьим темпларом представить. На странствующих храмовников внимания мало кто обращает. 

Эта мысль Эйлерту понравилась. Серый орденский плащ сработает лучше, чем иллюзии сыновей Дома Заката! Сделает его, Эйлерта, неприметным, скроет под капюшоном обезображенное лицо. 

– На плащ - согласен, - кивнул он Витту. Кивком указал на ворота и первым двинулся к ним: оставаться в крепости дальше смысла не было.
– Предлагаю зайти в тратторию рейва Гагару, пообедать. По дороге вы мне все-таки объясните, кто такие молчуны. 

Темплары молчали, пока ворота крепости не остались в паре десятков шагов за спиной. Только потом, убедившись, что никто не идет вслед за ними по дороге, Витт кашлянул, прочищая горло перед длинной речью, и заговорил. 

– Значит, о молчунах, наследник…

– Не наследник, а темплар Ренсли. Раз уж договорились меня за одного из вас выдавать, так привыкайте, - поправил Эйлерт. 

– Принимается, - кивнули Витт и Валь. 

– Так вот, - продолжил Витт.
– Молчуны - это тоже орден, вроде нашего, только тайный. Кто его возглавляет, сколько в его составе людей и каких - никому не ведомо. Появились молчуны с полсотни лет назад, тогда и первые слухи в народе о них пошли.

– И что ж это за слухи?
– Эйлерт на ходу нетерпеливо похлопывал по бедру ладонью.

Пока он не услышал главного: для чего могла понадобиться молчунам его синеглазка? Все остальное интересовало его намного меньше. 

– Говорят, орден занимается тем, что скрывает от аристократии простолюдинов и их детей, получивших магию в результате женитьбы с магом. Лечат тех, кто от магии болеть стал, обучают полученной силой пользоваться.

Эйлерт сбился с шага. Тут же выправился, снова пошел ровно, но правая рука невольно легла на пояс - туда, где маги-боевики носили короткий меч. 

– А мечик-то придется снять. Темплары оружия не носят, - заметил Валь. 

– Снимем. Так куда молчуны увозят тех, кого скрыть решили?
– о том, что среди молчунов должны быть маги, Эйлерт догадался сразу, как про обучение услышал.

– Если б об этом было известно, то какая ж тут скрытность?
– без насмешки откликнулся Витт. 

– Хорошо.
– Эйлерт скрипнул зубами.
– Зайдем с другой стороны. Как найти кого-то из молчунов? Мне бы поговорить с ними. Я бы объяснил, что жену не бросал и сам готов ее защищать.

Произнес слова про защиту, и осекся: а правда ли готов - теперь, когда он сам должен скрываться, когда не может доверять никому, кроме темпларов и двух друзей - Дэгри и Кьярвела? Это он, мужчина, боевой маг, привык жить в казармах или даже в поле, переезжать с места на место, нигде надолго не останавливаясь. 

Женщинам такая жизнь не подходит. Им нужен дом - теплый и надежный, отлаженный быт, чтобы рожать и растить детей, стирать пеленки, готовить пищу… Вон, у синеглазки няня старая и сестренка маленькая. Это ради них она старалась, спасала отцовский дом и мастерскую! Ох, как же, наверное, злится на него Анналейса и за магию, которой не просила, и за вынужденный отъезд! 

– Укрыть твою жену храмовники помогли бы, - словно читая мысли Эйлерта, пообещал Витт.
– Но выйти на молчунов непросто, а вытянуть из них то, чего они не хотят говорить - еще сложнее. На то они и молчуны. 

– Мне бы знать, где жена и что с ней! Увидеть бы ее хоть издали. Хочет у молчунов скрываться - пусть скрывается, пока я до его величества короля доберусь да пойму, что за возня вокруг трона началась!
– Эйлерт снова сжал в кулаке рукоять меча. 

Он бы отбил свою синеглазку у любого врага, пустил в ход и меч, и магию, но вот беда: врага-то и не было! Был тайный орден, и занимался этот орден благим делом - спасал простых людей, чья жизнь разрушилась по вине и прихоти магов-аристократов. Таких, как он, Эйлерт! 

– Мы подумаем, Ренсли, как отправить молчунам весточку, что у тебя к ним дело есть, - после некоторого раздумья пообещал Валь.
– Одно могу сказать наверняка: если твоя жена пошла к молчунам, то из Шарсола ее точно увезли. 

– Тогда и нам здесь оставаться незачем, - добавил Витт. 

– Что ж, предлагайте, темплары, каким путем в столицу двинемся?
– окончательно смирился со скорым отъездом Эйлерт. 

Шарсол без синеглазки для него опустел и утратил очарование. Правда, в крепости все еще оставался мор Дэгри, но за него сын Дома Ночи был более-менее спокоен - рассветника почитали героем и усердно лечили. Можно было не сомневаться: еще десяток-другой дней, и рассветник встанет на ноги, а один из ночных, прикрепленных к гарнизону Шарсола, откроет для него дорогу Ночи если не до самого Фраккана, то хотя бы до ближайшего крупного города, откуда до столицы добираться много проще. 

Эйлерт и сам не отказался бы пойти дорогой Ночи - как привык. Но Столп Ночи больше не позволял ему творить собственные заклятия, а обратиться к одному из родичей по Дому - значило раскрыться, дать знать, что жив. Как ни крути, а по всему получалось: преодолеть весь долгий путь наследнику и его защитникам предстоит как простым смертным - без магии, без дорогих карет с мягкими сиденьями.

Темплары понимали все это не хуже самого Эйлерта, а потому, устроившись за столиком в траттории рейва Гагару и сделав заказ, устроили целое совещание. 

– Смотри, Ренсли, - Витт достал из сумки карту королевства Лантерра.
– Мы вот тут, на северо-западе, а нам надо на юго-восток. Можем двинуться по Западному торговому тракту, сами или в составе обоза. А можем сплавиться по реке Пустоловке до берега Драконьей кости. Там Западный тракт реку как раз пересекает. Река дальше на юго-запад уходит, а тракт в нужную нам сторону поворачивает. Что предпочтешь? 

– Как быстрее будет? И не забываем о скрытности!

– Тогда точно по реке, - щелкнул ногтем по карте Валь, и та свернулась.
– В обозе волей-неволей с каждым попутчиком раззнакомишься, разговоришься. А нет - значит, будут смотреть с подозрением, ожидая подвоха. Так и так запомнят. Торговцы и их охрана - люди приметливые и на память не жалуются. 

– Значит, обедаем - и на пристань, - постановил Эйлерт.
– Надеюсь, судно для сплава долго искать не придется. 

– Барки вниз по реке каждые два дня ходят, - Витт спрятал карту, потянулся за кружкой хмельной бракаренсы, которой темплары, как оказалось, совсем не брезговали.
– Если не сегодня, то завтра точно очередная будет. Главное, до заката успеть. Речники предпочитают ночью у берега не стоять без особой надобности.

Витт оказался прав. Когда к вечеру трое мужчин в плащах темпларов явились на пристань, там как раз стояла барка. По сходням бегали матросы, переносили грузы. 

– «Тартаруга», - прочитал Эйлерт название судна, выведенное на борту серой, отливающей серебром краской.

***

«Тартаруга» - значит черепаха. Это Эйлерт помнил и название оценил: подходящее имечко для небольшого деревянного корыта с низкими бортами и скудной оснасткой. Впрочем, чтобы сплавиться по реке, большего и не требуется. 

– Пойду, побеседую с боцманом, - вызвался Витт.
– Если других пассажиров не ждут, так, может, сегодня и отчалим.

– Ступай, - отпустил его Эйлерт. Оглянулся на Валя. Поинтересовался вдруг.
– Вам ведь, верно, не впервой вдвоем странствовать? Я думал, храмовники к своим храмам привязаны, шаг в сторону сделать не могут.