Чтение онлайн

– Почему я должна нести?
– спросила я, а возмущение продолжало клокотать в душе, и я даже толком не могла сказать, почему.

А скелет невозмутимо ответил:

– Потому, что у меня котомки нет.

Пришлось дать доступ. Костя залез в заплечную сумку, что-то тянул там и ерзал. Наконец дернул так, что меня колыхнуло. Краем глаза заметила, что он положил кусок мяса себе в тазовую кость, чтобы освободить руки.

Я вздрогнула и отвернулась, буркнув:

– Полегче там, не вагоны грузишь.

– Никогда не грузил вагоны, - в тон мне отозвался Костя.
– Да не переживай. Если магическое какое достижение будет возможно, я без вопросов тебе отдам. И подскажу, как его получить.

В инвентаре появился кусок мяса «золотистого мохнука», аж на десять килограммов. Силы удерживать такую массу еще были, но уже в обрез.

– А, где твой питомец?
– поинтересовался скелет, он сорвал пучок листьев и начал оттирать присохшую кровь с костей.

Я пошарила взглядом по кустам и с недоумением пожала плечами.

– Не знаю... Вася-Вася! Кис-кис-кис, ящерка!

Костя вскинулся и крикнул:

– Ты что, режим охоты у него не сняла?

– Какой еще режим охоты?
– изумленно выдохнула я.
– Он же сам!

Скелет аж подпрыгнул от избытка чувств.

– Только не говори, что не разобралась с настройками!
– выдохнул он.
– Он в базовом режиме «инстинкт»? Да ладно!

Вопль скелета еще не затих в ушах, а я уже мчалась в сторону пшеничного пастбища. Папоротники больно хлещут по ногам, боковым зрением вижу, как отлетают единички урона, но мне сейчас абсолютно все равно. Я перепрыгиваю бревна и кочки, а в голове лишь одна мысль - отозвать самонадеянного ящера. Видимо, после успешной охоты, он решил своим хищным мозгом, что теперь ему море по колено, а мохнуки на один зуб.

На край поля я выметнулась как раз в тот момент, когда «стригущий» скрежет над полем разом стих. Я увидела, как сразу три здоровенных мохнука подняли головы над пшеницей и воззрились на торчащий из колосьев зеленый хвост с крайне неодобрительным видом. Я присела на корточки и тихо позвала василиска, хищные алгоритмы которого похоже, боролись с инстинктом самосохранения, и он мешкал.

Вася услышал. Кончик хвоста задрожал, потом поплыл в мою сторону. Но мохнуки стояли спокойно всего пару мгновений. Затем над полем прокатилось гулкое хрюканье и сразу три туши, тяжелыми прыжками рванулись за василиском.

– Вася скорее!
– крикнула я нетерпеливо.

Моя ли команда его подстегнула или топот за спиной, но василиск дернул хвостом и, подпрыгнув, понесся ко мне по высокими скачками уже не скрываясь.

Хрюканье мохнуков сменилось свирепым визгом, и они помчались следом, оставляя в пшенице волны, словно корабли на воде. Я заворожено уставилась на это страшное, но величественное зрелище, но тут в плечо впилась жесткая костяная ладонь, и скелет прошипел:

– Беги!

Я подскочила, как пробка, и рванулась в лес еще быстрее чем из леса. Выносливость, изрядно потраченная предыдущим забегом, еще не восстановилась, сердце барабанило, а одышка подсказывала, что выносливости уже меньше половины. Подол путается в колосьях и корягах, которые непонятно откуда взялись, а скелет вцепился в локоть и тянет как паровоз, не давая рухнуть. Я же чувствую, как с каждым шагом наливаюсь тяжестью.

– Ко... Костя...
– проговорила я, запыхиваясь.
– Куда мы...

– К деревьям, - крикнул скелет на бегу.
– Шевелись!

– А как же Вася?
– спросила я, чувствуя, как легкие начинают гореть.

Скелет, оглянулся, перепрыгивая выщербленный пень, и бросил:

– Ничего с ним не будет!

Всеми фибрами цифровой кожи ощутила, что он врет и выпалила:

– Его сожрут! Сожрут с костями! И ты это знаешь!

– Они его преследуют, а так и нам достанется. Раньше думать надо было!

В груди вспыхнуло. Манеры скелета с каждой секундой бесили все больше, а злобные мохнуки уже лязгают своими «ножницами» рядом с василиском. Тот явно бежал медленнее, и только вилял влево-вправо, быстро взмахивая хвостом. Его выпученные глаза смотрели на меня с такой надеждой, что я застонала и резко остановилась. Рукав балахона треснул, пальцы скелета соскользнули, и он закувыркался по земле, гремя костями. А я внезапно обрела вселенское спокойствие и холодно отчеканила, подняв руку с заклинанием:

– Я никуда без него не пойду!

Череп, за неимением мышц и мимики, остался бесстрастным. Но показалось, будь у него кожа, скривился бы, как от лимона. Провалы глаз полыхнули зеленым, он всплеснул руками и быстро протараторил:

– Отправь василиска в атаку на что-нибудь! Любой объект на карте, лишь бы увел их прочь! Не поймают они его, он увертливый, а вот тебя затопчут!

Один мохнук щелкающий жвалами возле василиска, повернулся ко мне и поднял голову. Его маленькие глазки уставились на меня так же неодобрительно, как и давеча на хвост василиска в пшенице.

Костя прошипел:

– Скорее! Клик на ящере, клик на карте.

Я заворожено посмотрела на раскрывшиеся жвала золотой твари. Несколько рядов треугольных белых зубов, язык с каким-то раструбом, в глубине тоже поблескивают зазубрины... Судорожно сглотнув, я покликала по карте и, безошибочно ткнув по сообщению «атака», отправила Васю к одной из далеких отметок на карте.

Василиск резко вильнул и помчался прочь. Мохнуки позади него недовольно взревели, пробороздив лапами землю, и устремились было следом. Однако недобро пялившийся на меня гулко протрубил, и они остановились, поворачиваясь ко мне.

По спине скользнула струйка холодного пота, решительность дать бой сразу пропала, а жесткие пальцы скелета на моем локте воспринялись уже значительно положительнее. Тот спокойно и тихо проговорил:

– Дыши спокойно. Медленно и уверенно. Уходим, как от оленя в берлоге. Спиной вперед...

Мы двинулись синхронно переставляя ноги. Но мохнуки начали переглядываться, реветь. Через несколько шагов Костя развернул меня к ним спиной и шепнул:

– Дерево перед нами, наклоненное. А теперь... Бегом!

Мы ринулись с места словно спринтеры, хотя нужное дерево было и впрямь рядом. За спиной сначала раздался недоуменный рев, а потом он сменился злобным хрюком, что значит мохнуки решили разнообразить свой зерновой рацион человечиной.

Возле дерева, что бугрилось старой корой, я оглянулась, и сердце упало. Мохнуки, опустив рыла к самой земле, мчались за нами мощно и неотвратимо. Даже в тени леса шерсть их искрится, как на солнце, а в раскрытых пастях сверкают рады острых зубов.

– Мам-ма...
– вырвалось у меня.