Чтение онлайн

Однажды, мне выдалась честь пообщаться с нашим Мэром Мистером Клоузом.

Он воистину закрытый человек, но мне удалось, к сожалению, его разговорить. Зря. Зря. Зря. Я часто расспрашивал об этом. Что вы чувствуете, когда счастливы?

Все как на подбор отвечали мне заученной фразой.

“Счастье – это высшая степень радости.”

ЧЕРТОВЫ ИДИОТЫ. Я не верю, что все они чувствуют одно и тоже. Это невозможно.

Счастье необузданная энергия, которая имеет разные проявления, не просто какая то радость. Больше чем ты и я, сильнее любого шторма и урагана, удивительней самого удивления, это то, что мы создаем в телах друг друга. Ты можешь конечно сам создать его, но это похоже на онанизм, схожие чувства в итоге, но сам процесс.

Вы спросите, какое тебе дело до того что думают о счастье другие?

Дело в том, что Фрэнк сказал мне держать язык за зубами, не говорить им о том, что я знаю, иначе они высмеют меня и выставят сумасшедшим. Я и есть сумасшедший, тот, кто до сих пор этого не понял далек от того что я хочу донести. Не то что бы мне прогнозировали развитие моего воображения до такой степени, признаться, я даже не ходил к врачам, просто мир, который судя по всему был обозрим только мне, краше чем был раньше, до того, как это началось. Раньше я был занудой. И у меня был только Фрэнк. А сейчас не только Фрэнк. Сейчас у меня много приятных знакомых. Он был единственным, кто хоть каплю понимал мои истории и мог как-то это представить. Надеюсь я делаю все правильно, я толкаю его на подобную моей тропу. На путь человека, который видит больше, чем-то, что под его ногами. Так вот, я не готов смириться с тем, что так будет вечно. Что они будут вечно глядеть не дальше своего носа. Быть может я вообще один такой. Почем я знаю. ВЫ ТОЛЬКО ПОДУМАЙТЕ КАКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Мне нельзя просто так пустить это собаке под хвост. С другой стороны, я не альтруист. Но надо. Вот вы подумали зачем я это делаю, если придумали, что то особенное то нет, придумайте самую простую причину моим поступкам. Так вот я делаю не по этой причине, моя особенная.

Я просто хочу думать, что вы не можете как я. Вот он мой эгоизм, я конечно хочу, чтобы они разули глаза, но тогда они станут как я, а я стану как они, мы станем одинаковыми, серой массой. Черт с ним. Этот вопрос не стоило поднимать. Боюсь, вы подумаете, что я заносчивый и ранимый или еще что-нибудь… Не желаю даже допускать, что был понят не так как хотел. Это сразит меня прямо в мое гипертрофированное сердечко. После начнутся оправдания, а ля, вы слишком недалёкие для моей истины, после я вдруг стану таким же овощным рагу, как и все вы. Поэтому лучше признаю ошибку сейчас, пока нет глобальных последствий. Ведь это так по-взрослому, признавать ошибки. По крайней мере так принято считать. Главное лишь то, что готовность признавать их рождается в случае в котором твоя победа не первостепенна.

Я думаю о Мэролин каждый день. Это изматывает меня. Мне советовали найти кого-нибудь другого, твою мать, если тебе отрубят руку и дадут протез, то ты наконец поймешь почему я отказываюсь от замены. Давайте все вместе начнем дышать углеродом, или отрастим себе жабры и переберемся с суши на большую часть поверхности земли. Ведь все это миллионы лет эволюции, адаптация под то, что происходит вокруг, ДНК изменяет свою форму, хромосомы истерично меняют количество, дабы привыкнуть к тому, что так как раньше уже не будет. А учитывая масштаб, то есть время за которое все меняется, можно смело заявить, что ничего не изменится, не изменится пока ты жив, но решение – смирение. А не пытки в попытках. Даже если твой полет будет длиться десятилетиями, ты не успеешь отрастить крылья. Кстати о наболевшем.

Буквально минуту назад, я обещал когда-нибудь рассказать вам о том, почему николь не достойна заглавной буквы, должен уточнить, мое мнение субъективно, зовите ее как угодно, но я более не нажму на «shift» пока пишу ее имя. Почему мое «позже» настало через минуту? Все просто, я не могу так скоро закрыть тему, если сам же ее поднял. Дело в том, и я знаю, что я страдаю такой «болезнью» не один, я вечно не могу делить женщин с кем-либо, то есть, допустим я вижу свою экс девушку с каким-то парнем и мне становится чертовски плохо, стоит пустить в голову мысль о том, что у них любовь или же хотя бы секс, она словно пуля большого калибра пробивает мне голову и высыпает мои мозги на близлежащие предметы. Я ни раз рассуждал сам с собой на эту тему, и пришел к выводу, это идет из детства. Когда мне не доставались желанные игрушки я понимал, что мне нужно ценить то что есть в несколько раз сильнее. Теряя их меня окутывал страх, это как своего рода боевые действия, происходящие в моей комнате, мои игрушечные «солдаты» браво охраняли мою территорию и порой выбирались на открытую местность помочить сраных ускоглазых (я пулялся в дворовых ребят песком), как только пропадал боец приходило осознание, начала, это начало настоящей войны, в которой могут погибнуть все «солдаты», а мне ничего не останется. Будь ты хоть сраным Маршалом игрушечной армии, без солдат ты не стоишь ничего. Поэтому я боялся, боялся обесцениться, и давал деру при первой опасности для моих солдат. А теперь представьте, ты умопомрачительный генерал, у которого были самые лучшие солдаты, а теперь они под управой какого-то дилетанта. Ну разве не ужасно?? Он ведь их еще и трахает небось. Черт, меня занесло. Ладно, соль в том, что когда я увидел никки с каким-то слащавым мальчишкой она приветливо улыбнулась и даже не отсосала мне по старой памяти, ну что за человек. Разве ее любовь умерла? Разве может любовь умирать, она ведь говорила мне, что никогда меня не забудет, мол это самые сильные чувства в ее жизни, а в итоге она даже не отсосала мне на этой сраной улице. Тварь.

Конец ознакомительного фрагмента.