Чтение онлайн

Вместо гордости верующие должны возгревать в себе чувство благодарности к Богу за Его великие милости.
– От Него и вы. Здесь следует прибавить выражение: существуете (в греч. ). Раньше они, можно сказать, не существовали (ср. ст. 28), а теперь они представляют собою, благодаря Богу, нечто очень важное.
– Во Христе Иисусе. Христос дает им с избытком все, чего они были лишены во мнении мира, а что именно дает, об этом сказано в следующих словах. Прежде всего Он стал для них премудростью от Бога, - т. е. высшею мудростью, чем человеческая, о неимении которой, может быть, жалели коринфские христиане, - праведностью и освящением, - т. е. дает действительную праведность людям и ведет их по пути святости к предназначенной им цели (ср. Рим. I:18 и VI:1 и сл.). Наконец Христос стал для нас искуплением т. е. вводит нас в вечную славу, какую имеет Сам, воскресит наши тела и прославит нас после этого в Своем Царстве (ср. Рим. VIII:18-30 и Лк. XXI:28; Еф. I:III, IV:30; Евр. XI:35).
– Хвались Господом. Эти слова выражают основную мысль всего отдела, начиная с 13-го стиха. Не учителей веры следует восхвалять, а Самого Христа - Ему одному подобает Слава! (Хотя у пр. Иеремии под Господом разумеется Иегова, но Ап., очевидно, главным образом обозначает этим именем Христа).

Во время основания Церкви в Коринфе Ап. Павел держался строго упомянутого им в первой главе принципа: не прибегать в деле утверждения Евангелия к помощи человеческой мудрости.

Когда я приходил к вам. Это было по удалении Ап. Павла из Афин (см. Деян. гл. XVIII).
– Не в превосходстве слова, т. е. не заботясь о том, чтобы его слово, его речь была построена по всем правилам ораторского искусства.
– Или премудрости. Он не заботился также и о том, чтобы его проповедь выдавалась философским глубокомыслием.
– Ибо я рассудил. Ап. действовал так в Коринфе по заранее принятому решению.
– И притом распятого. Ап. решил из всей жизни Христа останавливать внимание коринфян главным образом на Его распятии, которое хотя и мало говорит человеческой мудрости, но за то является действительным средством искупления человечества. Он не хотел, чтобы христианство подействовало на коринфян только удовлетворяя их интеллектуальным или эстетическим запросам. В таком случае коринфяне легко могли приравнять его к тем философско-религиозным учениям, каких много появлялось в то время. Нужно было Коринфянам показать прямо христианство как совершенно особую, новую религию, не имеющую ничего общего с вышеупомянутыми учениями, а это и возможно было только при том направлении, какое придал своей проповеди апостол.

Апостол хорошо сознавал, что выступать в Коринфе только с одним возвещением о Христе распятом, было с его стороны большим риском. Чувство немощи переходило у него в прямой страх за исход своего предприятия и даже сопровождалось некоторого рода телесным потрясением (трепетом). И в самом деле, Ап. пришел собственно проповедовать язычникам, к которым он не мог обращаться с указанием на то, что на Христе исполнились ветхозаветные пророчества, как делал он это обращаясь к иудеям. Прибегать же к языческой мудрости он также не хотел. Отсюда понятна была его тревога.

Тем не менее слово его, т. е. Евангелие, которое составляло содержание его проповеди, и проповедь, т. е. его речи о Христе (со внешней стороны) оставались чуждыми влияниям человеческой мудрости.
– Не в убедительных словах человеческой мудрости. Ап. полагал силу своей проповеди не в том, чтобы придать ей внешний вид строго разработанной ораторской системы.
– Но в явлении духа и силы. Под явлением следует разуметь ту ясность, какая получается в уме слушателя проповеди апостола (ср. XIV:24-25). Апостол, проповедуя коринфянам, старался только о том, чтобы для них стало вполне ясно то, что составляло сущность Евангелия.
– Духа и силы. Духа– это родительный причины. Только от Божественного Духа получается такое вполне ясное сознание в слушателях проповеди апостольской (ср. Еф. I:17, 18). Силы– это родительный, обозначающий способ действия Духа. Дух действует в этом случае сильно; внутренняя сила истины, возвещаемой при помощи Духа Св. увлекает ум, волю и сердце человека к послушанию этой истине.
– Едва ли апостол здесь мог иметь в виду чудеса, какие он творил и в Коринфе (мнение Иоанна Златоуста), потому что в I гл. он сам отнесся с осуждением к иудеям, которые искали опоры для своей веры во Христа только в чудесных знамениях (ст. 22).

Апостол поступал так потому, что хорошо понимал, как легко может вера, обоснованная логическими доводами, быть потрясена новыми доводами такого же рода. Он хотел поэтому своим простым свидетельством о Христе только проложить путь воздействию силы Духа Божия на сердца коринфян - Таким образом здесь Ап. опять возвращается к теме, высказанной им в I гл. 18 ст. : Евангелие вовсе не есть мудрость, а сила, не философия, а дело спасения. Коринфяне потому и разделились на партии, что не захотели признать этой истины. Они делали из Евангелия систему, превращали Церковь в философскую школу, а служителей ее - в учителей и риторов.

Апостол сказал уже (I:23-24), что Христос распятый есть не только Божия сила, но и Божия премудрость. Последнее положение он развивает теперь. Он изображает мудрость, заключающуюся в Евангелии, по ее сверхъестественному происхождению и по ее недоступности для обыкновенного человеческого разумения (6-9) и указывает тот способ, каким только и можно узнать ее и передать другим (10-13). При этом апостол раскрывает понятие "совершенства" христианского, которое делает людей способными понимать божественную премудрость (14-16).

Здесь содержится тема далее следующего отдела, кончающегося 4 стихом III главы. Хотя крест не есть мудрость, но для того, кто уже испытал по себе благодать искупления, даруемого Крестом Христовым, Крест является источником всякого просвещения и высшей мудростью.
– Мудрость, о которой здесь говорит Апостол, это не простая проповедь о Христе, а религиозно-философские рассуждения о существе и основах христианства, о планах Божественного домостроительства. Такие рассуждения предлагает Ап. напр. в послании к Рим. (гл. IX-XI), в послании к Ефесянам (гл. I) и к Колоссянам (гл. I) или в XV гл. нашего послания. Излагать такие учения - это дело уже не миссионера, а учителя. Миссионер обращается собственно к сердцу человека-грешника и указывает ему на крест как на средство спасения от грехов, а учитель развивает познания верующих и этим содействует усилению в них чувства христианской любви.
– Так понимать выражение премудрость побуждает употребленное при этом выражение: между совершенными. Слово совершенный здесь очевидно имеет особый смысл, не одинаковый с выражением верующий . В III гл. 1 ст. вместо этого слова уже поставлено слово духовный , противоположное выражению младенец(ср. XIV:20; Еф. IV:13, 14). Младенцем здесь и в указанных параллельных местах называется верующий, только что вступивший в Церковь и нуждающийся еще в духовном укреплении. Таким образом, под совершенным нужно понимать христианина, уже достигшего полного мужеского возраста, в противоположность христианину-ребенку, в достаточной (хотя и не в полной - ср. Флп. III:12-17) мере утвердившегося в христианской вере и жизни. Когда Ап. находится среди таких утвердившихся во Христе верующих, то он считает себя в праве открывать пред ними сокровища мудрости, заключенной в Евангелии (ср. Кол. II:3). При этом Ап. действует уже не как проповедник, а как учитель (вместо: проповедуем следовало бы поставить: беседуем, обсуждаем– по греч. ).
– Премудрость не века сего. Коринфяне полагали, что учение христианства - это только усовершенствованное учение греческой философии. Ап. напротив говорит, что возвещаемая им мудрость - вовсе не произведение ума человеческого (века сего - см. I:20).
– Не властей века сего преходящих. Некоторые толкователи разумеют здесь демонов, на основании Ин. XII:31 и Еф. VI:12. Но ведь по апостолу, эти власти века распяли Христа (8) - значит, это не демоны. Затем, этих властей века Ап. считает способными познать премудрость Божию во Христе и полагает, что, познавши ее, власти века не распяли бы Христа. Но опять этого он не мог сказать о демонах, которые знали Христа и тем не менее всячески вредили Ему... Лучше видеть здесь тех людей, как Ирод, Пилат и фарисеи, которые стояли при Христе во главе иудейского народа и почти бессознательно содействовали осуществлению плана Божественного домостроительства.
– Преходящих. Чем больше усиливается влияние Евангелия в мире, тем более утрачивают свою власть представители человеческой мудрости.

Премудрость Божию. Эта мудрость первоначально была в Боге и от Него изошла - Тайную . У Ап. Павла слово тайна обозначает не факт или событие, с которым один человек ознакомляет другого, а решение, сокрытое до времени в Боге и потом Самим Богом же открываемое. Тайна - это событие или истина, которых человек не может узнать своим собственным умом, самостоятельно, а узнает только по откровению от Бога (Рим. XVI:25; Еф. III:4; Рим. XI:25; Кор XI:51; ср. Лк. VIII:10). Вместо тайную правильнее бы перевести: "которая существовала как тайна". Относить это выражение к слову проповедуем– нельзя, потому что это значило бы, что Ап. вводил какое-то особое, эсотерическое или секретное, преподавание религии.
– Сокровенную. Этим прибавлением указывается на то, что Богу долгое время благоугодно было скрывать эту премудрость от людей (ср. Рим. XVI:25; Еф. III:5). Этим она различается от другой, тоже Божией премудрости, какую люди могли узнавать с самого своего появления на свет (1Кор.I:21; Рим. I:20): то была премудрость, раскрытая в творении.
– Которую предназначил Бог... Два признака истинной Евангельской премудрости уже указаны. Это - ее высшее происхождение и затем ее сокровенность. Теперь Ап. указывает третий характерный ее признак - ее высокое предназначение. Премудрость эта должна повести за собою прославление верующих. Человек создан для небесного прославления - эта цель была определена в Совете Божием еще прежде создания мира и человека (ср. Рим. XIII:29). Слава эта будет состоять в том, что верующие образуют из себя общество святых, которые способны отражать на себе величие Божие и служить орудиями святой воли Божией, которые стоят к Богу в отношении детей и ко Христу - в отношении братьев.

Здесь Ап. доказывает сверх человеческое происхождение Божией премудрости, заключенной в Евангелии, и ее таинственный характер указанием на факт распятия Христа людьми. Христос, эта воплощенная Божественная Премудрость, не был признан в этом Своем достоинстве представителями человечества, высшими представителями человеческой мудрости. Они не имели понятия о высоком предназначении человечества и потому отвергли и распяли Того, Кто первый исполнил в Своем лице это предназначение.
– Господа славы. Как сказал Ап. в конце 7-го стиха, слава была конечною целью человеческого существования на земле, в силу Божественного предназначения. Но когда пришел Сам Господь, Сам Владыка этой славы, люди, вместо того чтобы обратиться к Нему за получением этой славы, отвергли Его и даже умертвили!

Ту же мысль - о высшем происхождении премудрости Евангельской и ее таинственности - Ап. доказывает здесь ссылкою на пророческое слово. Проще и естественнее пополнить этот стих прибавлением: "эта премудрость есть то, что написано в словах: "не видел" и т. д.
– Откуда взято это место, сказать трудно. Вероятнее полагать вместе с блаж. Иеронимом, что здесь пророк соединил в одно два изречения пр. Исаии, находящиеся в LXV-й гл. его книги (ст. 4 и 17).
– Три выражения: видеть, слышать и приходить на сердце– обозначают собою троякий путь, каким идет человеческое познание: видение или непосредственный опыт, слух– или познание получаемое чрез изучение предания и, наконец, то, что приходит на сердце или знание, основанное на собственном размышлении. Ни одним из этих трех средств человек не мог добиться познания о предназначенном ему от Бога спасении, как о благах, здесь еще получаемых чрез Христа, так и о будущем, небесном, прославлении (ср. Еф. III:18).