Чтение онлайн

– Дай мне твою одежду, пожалуйста. Мне велели ее сжечь. Это приказ хозяйки.

– Ни за что! Пусть свою сжигает, если хочет… Это – моя одежда, я не позволю сделать это с ней.

В дверях дворецкий столкнулся с девушкой.

– Послушай моего совета: не обращай на него внимания. – Подмигнула мне девушка, – Он дворецкий этого дома. Старый кардинал. Самый преданный работник, знаток и хранитель тайн. Он знает все обо всех, кто тут живет и работает…

Я обратила внимание на бабочек, прикрепленных к ее фартуку.

– Что это у тебя? Уже весна?

– Нравится? У меня еще есть, только голубая. Если хочешь – я тебе ее подарю.

– Спасибо! – обрадовалась я. Бабочки мне и, правда, понравились.

– Я – Лина, – сказала девушка, протянув руку.

– А я – Милагрос, – ответила я и по старой привычке, плюнула на руку и поздоровалась с Линой. – Называй меня просто Милли или Чолито.

– Добро пожаловать! Мы будем жить в этой комнате вместе. Ты новая сиделка старухи?

– Да, только не знаю, сколько я смогу ее вытерпеть. Она мне не понравилась.

– Я тоже, кстати, не планирую задерживаться здесь, – сказала Лина, поправляя свои огненно-рыжие волосы ниже плеч. – Я учусь на парикмахера и скоро, как только закончу обучение – открою свой салон.

– Ничего себе! – удивилась я. – Это здорово! Желаю удачи. Ты бизнесмен, как и я.

– А у тебя какой бизнес? – спросила Лина.

– Продажи.

– И что ты продаешь?

– Да, все, что можно.

– Кстати, завтра у меня день рождения, – сменила тему Лина. Видимо продажи – не ее конек. – Ты приглашена!

– Ого! Как здорово! Я подоспела, как раз к празднику, – присвистнула я. – Значит, завтра мы устроим ужин в твою честь, а потом пойдем на танцы.

– На танцы?! – удивилась Лина. – Но мне нечего одеть. Совсем.

– Не волнуйся, я что-нибудь придумаю. – А почему здесь три кровати? Надеюсь, этот парень спит не здесь?

– Нет! – сквозь смех ответила Лина. – Здесь спит Марта – другая служанка. Имей в виду, она – настоящая стерва.

– Оставь ее мне, – деловито ответила я, и стала разбирать свои вещи.

– Куда положить библию? – поинтересовалась Лина, достав ее из сумки. Новая подруга вызвалась помочь мне с разбором вещей. – На прикроватную тумбу?

– Да, – ответила я через плечо, перекладывая одежду в шкаф.

– Какая роза! – услышала я и сразу обернулась.

– Это моя, – выхватила я у Лины уже почти засохший цветок и вложила обратно в книгу.

– А что за цепочка у тебя? Она запуталась в волосах, дай поправлю! – «Вот, любопытная!» – подумала я про себя и наклонилась к Лине.

– Это святая Дева Соледат. Слышала о такой?

– Нет, я и не думала, что есть такая Святая, – ответила Лина и, взяв со своей тумбочки яблоко, громко откусила от него. – Вот так совпадение, этот дом тоже называется Соледат.

– Да ты что!? В честь того певца, который выходит на сцену в пончо?

– Неее, к этому дому пончо точно не имеет никакого отношения.

– Тогда почему его так назвали?

– Не знаю, никогда об этом не думала. Наверное, потому что здесь все одиноки, – задумчиво сказала она. – Соледат – это одиночество.

– Странно, здесь столько комнат…

– Ты откуда? – спросила Лина, уже доедая свое яблоко.

– Да, тут, рядом. Час езды, – не вдаваясь в подробности ответила я. А ты?

– Из Хунина.

– Хунина?! Из такой дыры?

– Не из дыры, – надула губы Лина. – Это край, где живут Гаучо.

– Ну, понятно, – засмеялась я и в этот момент меня немного отпустило. Я ожидала худшего, когда ехала сюда. А пока все очень даже ничего.

Я работаю в этом доме всего несколько дней и еще многих здесь не знаю, но одного врага нажить уже успела. Это мой наниматель – маленькая седовласая старушка. Сеньора Анхелика.

На днях я ворвалась в ее комнату в тот самый момент, когда «оловянные глаза», так я прозвала дворецкого из-за его круглые очки и все время широко открытые глаза, принес ей чай.

В комнату я пришла не просто так, а, чтобы рассказать, как Бернардо обращается со мной. Корчит из себя начальника, делает выговоры по поводу и без, вечно упрекает меня в том, что я грязнуля. А это, между прочим, не так! Я даже ванную за собой всегда мою…

Как только я забежала к старушке – она сию же минуту меня прогнала за то, что я, видите ли, не постучала перед тем, как войти. Но ведь я уже вошла?! Она могла бы меня выслушать, но нет же! Вместо этого она выставила меня за дверь и разрешила войти только после того, как я ПРАВИЛЬНО постучалась. Как она на меня разозлилась!

Было видно: я раздражаю ее. Тем не менее, я высказала ей свое мнение по поводу Берни.

– Скажите, чтобы он от меня отстал! Потому что, во-первых, я не грязная. Во-вторых, могу за себя постоять!

– Хорошо, Бернардо, – Анхелика устало махнула рукой, дав понять дворецкому, чтобы тот вышел из комнаты и перевела внимание на меня. – Позволь тебе сказать, сеньорита. Я запрещаю тебе употреблять вульгарные выражения в моем присутствии. Если тебе не хватает словарного запаса – лучше совсем молчи. Впрочем, я думаю: и сказать-то тебе тогда будет нечего. Так что держи рот на замке и делай свое дело. Ты поняла меня?

– Не надо сердиться, Донья! А то морщинки появятся…

Анхелика уставилась на меня, приоткрыв рот и я сразу поняла, что из него сейчас полетят неприятные словечки. Поэтому я быстро схватила со стола овсяное печенье и убежала на кухню.

Ух, какая неприятная старуха! Они с этим дворецким – отличная пара! Придирчивые и чопорные, прислугу за людей не считают…

Сегодня у нас праздник – День рождения Лины. Я уже позвала именинницу на дискотеку. Теперь осталось придумать, в чем она пойдет. Лина раньше никогда не была на танцах. Надеть ей по этому случаю нечего… Проблему нужно как-то решать. Вот только, как?

Я зашла на кухню и попросила Сакорро – нашу кухарку, приготовить на ужин что-нибудь вкусненькое. Сакорро работает поваром в особняке очень давно, сколько себя помнит. Это очень добрая женщина, терпению которой можно позавидовать!

Ее дочь Марта – та еще штучка, настоящая змея! Постоянно впутывается в какие-то истории, заставляя мать переживать. Сакорро сложно справляться одной. Ее муж умер, когда ее дочь была совсем ребенком.

В наш разговор влез Рамон – здешний садовник. Статный мужчина. Покоритель роз и женских сердец, по своему собственному мнению. Тайно влюблен в Сакорро, но все никак не решается в этом признаться.