Чтение онлайн

— Ну вот и всё — сказал Юрий и достал фляжку из внутреннего кармана — все на позиции — если в ближайшие полчаса никого из них не появится на горизонте, разрешаю отдыхать.

— Это самоуправство! — возмутился Борзов.

— Самоуправство это ваше поведение, товарищ полковник — вы не имели права решать вопросы о перемирии с боевиками, не говоря уже о том, что мы и слушать не должны были этого лесовика.

— Как будто вы имели!

— Да, я имел право решать, что нам делать — разведя руками ответил Юрий — и я им воспользовался. «Комиссар имеет право делать всё необходимое для защиты людей и аборигенов от угроз исходящих от разумных видов, неподчиненных Лиге» — процитировал он закон — Только из-за угрозы раскрытия планов посторонними, я не счёл нужным проинформировать солдат, которые и так были в состоянии полной боеготовности, не так ли, товарищ Андреев?

— Вероломный вы человек, Юрий Ратмирович — ухмыльнулся он в ответ и тяжело вздохнув, вернулся на позиции.

— Товарищ Чернов сказал, что через пару часов сюда прибудут солдаты лиги. Они эвакуируют нас всех в Атею. В городе развёрнут целый батальон — справятся и без нас.

— Прекрасно. Если мы, конечно, доживём до этого момента — возмутился Борзов.

— Следующий залп готовьте химическими снарядами — скорее всего они будут идти неплотной цепью, если, конечно, вообще будут идти — скомандовал Андреев.

— А если у них противогазы?

— Ещё скажи, что у них есть ОЗК — отшутился Андреев.

— Здесь есть добровольцы, которые пойдут осматривать их останки? — спросил Юрий стоявших вокруг него солдат Я палил по ним термобарическим снарядом, так что это будет безопасно — выживших остаться не должно. Выступаем через час. Если никто не согласиться, я пойду один.

— Юрий Ратмироич, вы не забыли о нашей основной миссии? — спросил успевший успокоиться Борзов.

— Во-первых, не о нашей, а о вашей, товарищ Борзов — поправил его Юрий — а во-вторых, позовите сюда Тсмера — я его проинструктирую по некоторым вопросов касающимся деловой этики.

— Их вождь отказался отдавать спасательную капсулу — разберитесь с этим произволом, Юрий Ратмирович.

— Обещаю вам, мы уладим этот вопрос.

Спустя секунду прибежал князь. Юрий начал оживленный и очень эмоциональный монолог на нерейском, в котором красноречиво объяснил Тсмеру, что в случае, если кто-то из его народа хоть слово скажет про двух странных людей, прилетевших сюда недавно, их ждёт крайне незавидная судьба, а в случае если они раскроют его участие в их отбытии с места падения, аборигенам будет проще самоубиться в полном составе, не дожидаясь возвращения комиссара. После чего, закончив свои объяснения, отправил Борзова в сопровождении нескольких нерейцев на осмотр капсулы.

Юрий точно не знал, скольких боевиков убило этим обстрелом, но в точности оружия он не сомневался. Внутренние войска были вооружены несколько архаичным оружием, по техническому уровню сравнимым с тем, что использовали в двадцатом веке. Но и спустя четыреста лет, штурмовые винтовки и миномёты, дополненные современными прицельными приспособлениями, вполне устраивали тех, кому предстояло воевать с аборигенами.

В тот день боевики не смогли заблокировать частоты, на которых велось спутниковое наведение орудий и Юрий, практически без проблем, навёл орудие, обращение с которым помнил со времен службы: на дисплее наведения появилась карта окрестностей, он отыскал дорогу и по небольшому маячку, который он прилепил к плечу разведчика, навёл РСЗО. Он знал доктрину своего врага — мотоциклисты, как самые мобильные воины, обычно располагались в головной части колонны. Исходя из этого, он указал на карте цели для ракет — они должны были упасть ровной линией вдоль дороги. После, электроприводы, с учётом полученных через спутник показаний метеорологической службы, навели установку. Юрию оставалось лишь отбежать в сторону, чтобы не попасть под пламя вылетающих двигателей.

Выжидая время, Юрий решил посмотреть в свой телефон, проверить сообщения: Дидона и Магон не писали ничего нового. Видимо, он не зря на них положился.

Как и ожидалось, никакой ответной атаки не последовало. Юрий разрешил начать складывать баррикады, а сам направился проверять, что же удалось устроить благодаря обстрелу.

Четыре километра по пустыне в полной экипировке под полуденным солнцем — не самая приятная прогулка. Лучи солнца нещадно сушили голую землю. Нестерпимый жар поднимался от земли. Чёрная форма Юрия лишь довершала картину адского пекла. Каждый шаг поднимал пыль, сквозь подошву берцев, ступни обжигала раскаленная земля.

Наконец-то, они дошли до дороги.

Если Преисподняя и существовала, то эти нерейцы попали в неё ещё до того, как погибли. На почерневшей от копоти земле лежали останки колоны, вернее её части. Юрий положил пистолет обратно в кобуру — выживших после такого остаться не могло. Каждый из нерейцев был раздавлен ударной волной, а после поджарен. В воздухе всё ещё чувствовался запах горелого мяса.

Юрий ходил между погибшими и осматривался — рядом с погибшими лежали опаленные амулеты, развалившееся оружие, обрывки одежды. Тот самый переговорщик — Юрий узнал его по лежащему рядом остову мотоцикла.

— Здесь их около семидесяти — сказал один из солдат.

— Неплохо. Очень неплохо — заключил Юрий — Вы уверены в докладе, товарищ?

— Тут трудно сказать точно — некоторых вряд ли удастся опознать.

— Что с ними делать? Закапывать?

— Ни в коем случае — местные сочтут это чем-то вроде проклятия их земли. Пусть аборигены сами придут и разберутся.

Юрий посмотрел на это зверское зрелище. Своей вины за содеянное он не чувствовал — все эти аборигены были мертвы с того момента, как подняли оружие против людей. Единственное, что в тот момент привлекло его внимание — среди сломанного оружия были не только охотничьи ружья и украденные со складов автоматы, но и новейшие винтовки, которые предназначались ударным силам на случай военного конфликта межзвёздного масштаба. Кто им это предоставил? Борзов? Не исключено.

Идти назад не хотелось — солдаты устроили привал неподалеку от места бомбёжки. В паре десятков метров они сели ждать подкрепления. Спустя примерно двадцать минут, в поле раздался рокот моторов.

К Юрию подъехал грузовик с символикой лиги, из которого вышли солдаты в пятнистой форме. Выйдя, они отсалютовали комиссару и солдатам, а после начали бурно обсуждать последствия обстрела. Некоторые из них начали собирать сувениры — амулеты, куски оружия, а один из солдат и вовсе взял череп погибшего противника. Солдаты доложили, что командование решило встретить врага у Сарматска — там на стороне людей было и численное превосходство, и инфраструктура, и укрепления. Потери должны были быть минимальными. Приехавшие солдаты должны были перекрыть противнику все возможные пути отхода — тут охрану Юрия оставлять было непростительно опасно.

Во время дороги в Нустад, Юрий, отчитавшись по всему произошедшему, предпочёл вздремнуть. Проснувшись через пару часов, он был уже рядом со столицей северной Аорсии.

Это был уже совершенно другой город — впереди, за опоясавшими холмы стенами виднелись узкие улочки, делавших город похожим на средневековые города Старой Земли. Традиционная архитектура выдавала историю города: Нустад был построена семьдесят лет назад силами бежавших со Старой земли немецких радикалов для них же самих. Глинобитные белые стены каркасных домов, покрытых черепицей, смотрелись несколько чужеродно в плотном кольце нерейских папортниковых лесов. Это вросшая в холм крепость, напоминала Юрию о том, кто они такие на самом деле — жестокие завоеватели из иного мира.

Подступы к городу-крепости хранили следы атак — у обочины стоял сожжённый остов грузовика, в поле возвышалась баррикады, а водителю постоянно приходилось объезжать воронки от снарядов.

За оборонительным периметром город, казалось, жил совершенно мирной жизнью. Юрию объявили, что он сможет вернуться после того, как ситуация в южной Аорсии станет более безопасна.

Во время стрельбы он не особо задумывался над тем, что он творит. Но теперь его накрыл запоздалый прилив мук совести. Лицо нерейского посла, который в своей наивности думал, что проживёт больше пары часов; выжженное поле, оскалы смерти испепеленных черепов.