Чтение онлайн

– Это что такое? – Дима заинтересован.

– это когда не все бегают друг к другу шушукаться и жаловаться, а собирается весь коллектив и обсуждает проблему, друг другу говорят свои, так сказать, пожелания. Что нравится, что не нравится. Только не как в доме 2, а цивилизованно. – мне приятно быть нужной, блеснуть знаниями.

– да ты что, все начнут поливать друг друга, остатки персонала растеряю. – тяжело вздыхает.

Ох, Аня, что ты делаешь? Оно тебе надо?

– если хочешь, могу провести собрание. Есть приемы, чтобы всё прошло культурно. Я иногда выступаю коучем корпоративным, скажи, что пригласил меня, а я после собрания с вами побеседовать пойду, мягко ему расклад укажу. – предлагаю, ожидая услышать отказ, мужики ведь народ гордый, помощь не принимают.

Повисает молчание, накрываю ноги одеялом, ожидая ответа.

– только мы типа не знакомы. И я заплачу за твою работу. – ого, такой деловой тон, серьезный.

– Как хочешь. Только не раньше восьми вечера собрание устраивай, основную работу я не брошу ради тебя, даже за сотню таких фоток.

– это само собой. – соглашается. – тут фотками не отделаться, надо вживую посмотреть. Тебе это точно будет не в напряг?

– я бы не предлагала, если бы было трудно. Теперь сможешь уснуть? – очень хочется поговорить с ним, но еле удается зевать так, чтобы не издать звук раненого кашалота.

– рядом точно не уснул бы, но придется спать, раз секс по дружбе обломался. Спокойной ночи, детка. – слышу, что он и сам зевает.

– Спокойной ночи, жеребец. – сбрасываю звонок и еще какое-то время брожу по его страничке.

На работе опять полный завал, но на обед я всё-таки вырываюсь и приглашаю Иру пойти со мной в столовую, хочется поговорить с ней, узнать об Игоре, всё-таки, она нас свела. Набираем еду, присаживаемся за столик, подруге явно не терпится узнать все подробности.

– Ну, как тебе Игорь? – спрашивает она, откусывая сельдерей.

– хороший мужик. Интересный. Правда, пока добивался свидания, был весь из себя брутальный, а теперь волнуется, стесняется. – вспоминаю его нерешительность на парковке после боулинга.

– значит, нравишься ты ему. Всё, поплыл мужик! Ой, Анька, хватай его! У него денеееег полно, сам вроде без закидонов, не шляется по бабам, серьезный и надежный. Ах, как клево, романтика, свидания. – Ирка мечтательно подпирает голову рукой, продолжая жевать свою траву.

– Ой, прости, звонят. – поворачиваю экран телефона и вижу номер Димы.

Почему-то включается режим партизана, хотя, Ира знать не знает о нем и слишком увлечена своими фантазиями или воспоминаниями. Встаю, отхожу к окну и отвечаю.

– Алло.

– Привет, не мешаю? – какой учтивый.

– нет-нет, слушаю. – вожу пальцем по стеклу, стараясь говорить так, чтобы никто не слышал, хотя, слушать-то нечего.

– спросить хотел, сможешь сегодня это собрание провести? Я Глеба уговорил и остальных собрать получается, а чем быстрее, тем лучше. – тон такой деловой, рабочий.

– ну, давай в пол девятого тогда, я постараюсь быстро, чтобы сильно твоих сотрудников не задерживать. Но лучше организуй им такси по домам, чтобы не жаловались потом, что их задержали и пришлось на остановках поздно стоять. И все чтоб трезвые были. – не знаю, зачем последнее уточняю.

– всё, принял. И скинь мне стоимость твоей работы и реквизиты. – слышу, что он входит в зал и звучит музыка.

– Хорошо, скину на Ватсап. До вечера. – ловлю взгляд Иры, которая показывает невидимые часы на руке.

– до вечера. –сбрасывает заонок, никаких «бейб, кис, красотуль».

Возвращаюсь за столик, чувствую, что почему-то краснею. Видимо, ощущение тайны перед подругой смущает.

– Игорь звонил? – спрашивает Ира, видя мою реакцию.

– Да нет, это по делу. Тренинг небольшой попросили провести. – лучше сказать полуправду, чем придумывать ложь.

– а чего красная? Нормально себя чувствуешь? – включает режим мамы троих детей. Четверых, если считать мужа.

– кажется, немного продуло под кондиционером в машине. Ничего, выпью терафлю попозже. А ты знаешь бывшую жену Игоря? – перевожу тему и подруга сразу же загорается, так хочется рассказать.

– Ой, видела пару раз года три-четыре назад. Они там со школьной скамьи вместе были, голые макароны по общагам ели в юности, пока не пробился он. Но как деньги появились, такая звезда стала. Ходит, морда кирпичом, высокомерная. Неприятная дамочка, в общем. Да и не красавица, хотя фигура хорошая, высокая, но на лицо не фонтан, тебе точно не конкурентка. Детей, говорят, обожает, толком теперь не дает отцу с ними видеться. Хотя, думаю, ему особо и некогда, сама знаешь этих деловых мужчин. – машет рукой в пренебрежительном жесте.

– не знаю, мой папа всегда на меня время находил. – с теплом вспоминаю, как бегала встречать уставшего, пахнущего зимним холодом отца, после работы, а он всегда приносил мне вкусности и расспрашивал о моих делах, пока ужинал.

– таких, как Сергей Алексеевич, днем с огнем не сыщешь, не сравнивай. Тем более, когда знают, что детьми мать занята, вообще расслабляются и скидывают всё на неё. Хотя, с такими деньгами, нянек и домработниц ораву наберешь и никаких забот. – Ира уже мысленно считает все расходы и представляет, как организовать жизнь.

– бедные дети, получается, никому не нужны будут. Это тоже не вариант, дорогая. Ты бы хотела своих спихнуть на чужих тёть?
– я-то прекрасно знаю ответ.

– ну нееет, я своих крокодильчиков сама растила, задницы подтирала и катаю по школам-садикам. Но вот уроки с ними делать с радостью поручила бы няне, да нервов не хватит ни у кого. – заливисто смеется, изображая удушение.

Звонит рабочий телефон подруги, и она быстро поднимается места, забирая свой поднос.

– ну всё, я побежала, меня уже потеряли. Давай, дорогая, не болей, выпей обязательно что-нибудь противопростудное. – целует меня в щеку, приобнимаю ее.

Оставшись одна, вспоминаю, что не отправила информацию Диме и до сих пор сама не поела, так что хватаюсь за ложку со скоростью пылесоса поглощая обед, попутно строча сообщение.

К зданию «Собутыльников» подъехала в 20:30, взяла из бардачка папку с материалами для собрания, коробку шариковых ручек и подошла к дверям. По понедельникам бар не работает, так что пришлось звонить Диме, чтобы мне открыли дверь. Поправила волосы и скатавшуюся под веком тоналку, глядя на свое отражение в стекле. Волновалась, честно. И не знаю, от чего больше: из-за встречи с ним или из-за предстоящей работы. Щелкнули ключи в замке, и он открыл мне, как-то вымучено улыбнувшись.