Чтение онлайн

Война… Лизель в который раз удивилась, что она была так недавно. Трудно поверить, что за какие-то три года до ее рождения галактика была объята огнем и никто из населявших ее народов не знал, настанет ли для них завтрашний день. Ведь то была самая ужасная, кровавая, опустошительная война в истории.

А потом все закончилось так же внезапно, как и началось. Наступил мир, разрушенные города стали восстанавливать заново, и жизнь вернулась на круги своя. Уже сейчас подростками, такими как она, великая война воспринималась как миф.

– Наверное, вам мои переживания кажутся смешными, – сказала девушка. – Вы многое повидали.

Тейя печально покачала головой. Джейн подошла к ней и присела на корточки рядом с креслом, чтобы быть ближе.

– Есть вещи, к которым нельзя привыкнуть, – сказала она. – Их нужно просто пережить.

Лизель с благодарностью сжала ее руку. В объятиях своих матерей она обретала веру в то, что больше ничего плохого случиться не может.

* * *

– Но кто это сделал? – вопрошал Юто, меряя комнату широкими шагами. – Почему его до сих пор не поймали?!

– Успокойся, – проворчала Ким. – Его найдут рано или поздно.

– Рано или поздно? Да они уже давно нашли бы его, если бы могли! Ты хоть представляешь себе, как сейчас это делается?..

– Я-то представляю, – откликнулся Марвин, поправляя очки. Он был самым младшим и очень гордился тем, что его приняли в компанию. – Специальный робот подвергает тело ультразвуковой обработке, в процессе которой отслаиваются вся грязь и посторонние предметы величиной до одного нанометра. Потом они сканируются, берется проба ДНК…

– О, Марв, прошу тебя! – скривилась Лизель. – Давай без этих подробностей.

– Я всего лишь хотел сказать, что таким образом мы узнаем, кто находился в контакте с убитым в последний момент, – развел руками парень.

Юто явно обрадовался этой новости.

– Мне кажется, наш друг Марв, чей папа работает в лаборатории, обладает некой конфиденциальной информацией… которой он, конечно же, готов поделиться со своими друзьями?

– Нечем делиться, – смутился Марвин. – Ведь ничего особо не нашли. Иначе я вам давно рассказал бы.

– Расскажи все, что знаешь! – настаивал старший. – Может, копы и сами не понимают, насколько это важно! Кто касался Руперта в последнее время?

Марвин явно испугался, что из-за его длинного языка у отца могут возникнуть проблемы, но Лизель и Ким тоже хотели знать правду, так что ему пришлось уступить.

– Кто касался? Да ты! – выпалил он. У всех присутствующих округлились глаза. – И я! Все мы! Его родители, знакомые – полгорода касались его! Но все это никуда не ведет, отпечатки старые. И никаких следов борьбы.

– Значит, он подпустил убийцу очень близко, – заключил Юто.

– Но это не значит, что Руперт знал его, – парировала Ким. – Убийца мог подкрасться незаметно.

Руперт был их общим другом – достаточно близким, чтобы каждый в компании ощущал его смерть как потерю частички себя. Они все видели его в ночь перед исчезновением – здорового, жизнерадостного, бесстрашного. Сегодня они собрались в школьной библиотеке, чтобы обсудить произошедшее. Может, они до конца и не верили, что смогут разгадать эту тайну, но им было легче переживать трагедию вместе.

– Получается, мы все – подозреваемые, – проговорил Юто.

– Глупости! – фыркнула Ким. – У всех нас есть алиби.

– И никакого мотива, – добавила Лизель.

– И тем не менее это так, – настаивал Юто. – Знаете, что сказал мне Пресли во время дознания? Что Руперт ушел из дома вечером, сообщив родителям, что направляется ко мне. И Пресли хотел знать, не догадываюсь ли я, что именно Руперт хотел со мной обсудить.

– И что же? – не удержалась Ким.

– Так в том-то и дело! – воскликнул Юто, снова принимаясь мерить комнату своими большими шагами. – Я не имею понятия! Возможно, это было что-то очень важное, и поэтому его убили.

– Брось! – недоверчиво усмехнулся Марвин. – Руперт узнает что-то безумно важное – и первым делом решает повидаться с тобой? Это чересчур даже для твоего самомнения. Подумай сам: почему он не сказал родителям? Почему просто не позвонил?

– Может, он недооценил важность информации, – принялся защищаться их старший товарищ. – И не сказал родителям, потому что это было бы неинтересно. Что, если для него это была только игра?

Повисло задумчивое молчание. Каждый пытался представить Руперта – воодушевленного, взволнованного, не желающего доверять самое интересное телефону, бегущего на встречу с другом, как вдруг…

– Но что это могло быть? – прервала молчание Ким.

– В том-то и вопрос, – вздохнул Юто.

– Горы! – вдруг осенило Лизель.

– Какие горы? – переспросил Марвин – но Юто тут же подскочил к ним с горящими глазами.

– Ну конечно! – прошептал он. – Ведь в тот день Руперт собирался в горы!

Их друг всерьез увлекался скалолазанием и, вопреки всем наставлениям, любил делать это один. Он говорил, что только там, на высоте, становится по-настоящему счастлив. Силы и ловкости парню было не занимать, а вокруг Дейла хватало заросших густыми лесами скал, на которых он мог оттачивать свое мастерство. Нередко Руперт брал друзей с собой, обучая их азам скалолазания и помогая преодолевать трудные места, – хотя никогда не вел их туда, где им могла бы грозить серьезная опасность. Они провели на природе много прекрасных дней, устраивая пикники над обрывами с видом на Дейл, его маленький космопорт и соседние поселения. Ходили слухи, что вокруг города расположены заброшенные военные базы, оставшиеся со времен войны, но друзьям они не попадались. Возможно, это был просто миф.

Мысль о том, что в пустынных и безобидных лесах вокруг Дейла Руперт наткнулся на то, что стоило ему жизни, показалась Лизель одновременно нелепой, пугающей и захватывающей.

– Кто-нибудь знает, куда именно он хотел отправиться? – спросила она.

– Я знаю, – ответил Марвин. – Он хотел пойти на запад, на лошадиную гору.

– Но мы там были уже тысячу раз! – разочарованно воскликнула Лизель. – Там ничего нет!

– В этот раз он собирался пойти дальше. Он хотел забраться на хребет и посмотреть, что на той стороне.

Все замолчали, обдумывая это известие.

Лошадиной горой друзья называли скалу, расположенную далеко на западе от города, под определенным углом смутно напоминающую голову лошади. «Хребет» лошадиной горы был для них почти неприступным – и даже для Руперта это был бы опасный подъем.

Юто включил телефон, чтобы получше изучить карту.

– На хребет мы, пожалуй, взобраться не сможем, – признал он, – но этого и не требуется. Возможно, взобраться по отвесной скале для Руперта было делом принципа, но, вообще говоря, на вершину есть путь и попроще. Хотя придется сделать небольшой крюк.